перьевую ручку, и ведет по бумаге.
У меня перед глазами все плывет. Горло начинает саднить.
Сознание ускользает…
Итан вдруг отпускает, заставляя припасть к столу и закашляться.
Сквозь расплывчатое пятно вижу, как Блейк передает поверенным бумаги.
— Теперь печать, — он рывком ставит меня на ноги и задирает рукав моего платья.
Я вырываюсь и получаю звонкую пощечину. Блейк дергает меня к себе, принимает от помощника ритуальный кинжал, делает небольшой надрез на ладони и прижимает ее к моему запястью.
Вздрагиваю, ощущая, как проступают на моей коже линии узора покровительства.
Поверенный Блейка хватает меня за плечи, чтобы я не дергалась. А Итан награждает меня еще одной пощечиной.
Когда печать проступает полностью, Блейк отшатывается, поправляя волосы. Он выглядит выведенным из себя и нервным.
— Теперь наша связь будет только крепнуть, — произносит. — Ты успокоишься и, возможно, будешь счастлива.
Я ощущаю его чужеродную магию, которая словно яд, бежит у меня по венам. Чувствует ли он мою?
— Это невероятно, — говорит он слегка дрожащим голосом. — Такая мощь. Что будет, как только я возьму больше?
Он нетерпеливо хватает меня за руку и выводит из комнаты. А я отчего-то не могу противиться.
— Все у нас будет хорошо, не сомневайся. Я стану первым лордом Равендорма, а ты скрасишь мою жизнь, Неялин. Теперь не сомневайся, я стану уделять тебе гораздо больше внимания.
Его голос наполняется легкой хрипотцой. Из него улетучивается злость, остается лишь желание и трепет.
Теперь я стану его рабой, любовницей и орудием в его руках.
А он…
Кажется, Итан напрочь забывает о Мелиссе. То, с какой жаждой он шепчет, касается и тянет меня в постель говорит о многом.
Я ощущаю, как его голос пронизывает меня, словно электрический импульс. Как только окрепнет связь покровительства, все его приказы будут для меня несокрушимы.
Он приводит меня в свои покои, укладывает в постель и почти сразу приникает губами к шее, где остались следы от его пальцев.
— Ты сама до всего этого довела, — шепчет, стягивая с моих плеч платье и дрожащими руками дергая шнуровку. — Все могло быть по-другому.
Его голос обволакивает, раздражает, вынуждает слушать и подчиняться.
— Ты будешь счастлива, вот увидишь, — шепчет он, будто усыпляя собственную совесть.
Неожиданно раздается короткий стук и голос помощника лорда Блейка вещает:
— Ваше сиятельство, к вам леди Эшфорт. Просить ее ждать?
— Черт…
Итану явно не хочется останавливаться. Возбужденно втягивая воздух, он нехотя выпускает меня из объятий и уходит. А я не могу найти в себе силы воспротивиться. В голове бьются его слова: «Ты сама до этого довела».
Лежа на постели безвольной куклой, я повернула голову — на столе стоял графин с водой. В сознании мелькнул неясный образ.
«Встань, Нея, и высыпи сонную траву в воду!» — послышался приказ.
— Аарон.
«Ну и кашу ты заварила».
— Я не смогу.
«Хочешь сказать твое положение хуже моего? Меня похоронили, Нея. Это ни черта не весело!»
— Зачем ты так бездарно умер?
«Спроси об этом Роула. Он мог хотя бы предупредить, что Джаред бросится на меня с ножом».
— Ты его никогда не слушал.
«Ты бьешь по больному. Вставай. Напои Блейка этой отравой. Клянусь, Неялин, я его всего переломаю, если он еще раз до тебя дотронется».
Я не могу сдержать мрачную усмешку.
Почему герцог Элгарион так глубоко у меня внутри, что я воскрешаю его образ, слышу его голос, представляю, что бы он сделал и что сказал.
Извлекаю сверток, поднимаюсь и с трудом подхожу к столику с графином. Наливаю воду в бокал и высыпаю туда порошок из сонной травы.
В этот момент слышу, как в соседней комнате Блейк что-то объясняет Мелиссе. Сквозь внутреннее сопротивление подхожу к двери и прислушиваюсь.
— У тебя будет все, Мелли, — вещает Итан. — Она никак тебя не побеспокоит, обещаю. Я люблю тебя. Она — всего лишь мьеса. Не закатывай сцен, пожалуйста. Ты всегда знала, что она останется со мной. Это благородный поступок мужчины. Гордись, что я именно такой. Мелл…
— Когда мы поженимся? Отец в ярости. Моя репутация почти раздавлена. Во дворце опасно.
— Королева ко мне благосклонна. Ты станешь ее статс-дамой. А свадьбу мы обязательно сыграем. Дай мне только заняться делами. Элгарион почти разорил меня. Я должен быть уверен, куда приведу жену.
— Но Лейн всегда будет при дворе! Ты говорил, что отошлешь ее!
— Сейчас сложное время.
— А я?
— Ты будешь купаться в роскоши, Мелли. А теперь иди к себе, любимая. Скоро все закончится.
Я возвращаюсь к графину, беру в руку бокал, и в этот момент возвращается Итан и оценивающе смотрит на меня. На его губах расцветает предвкушающая улыбка. Он закрывает дверь.
— Теперь нам никто не помешает.
— Пить хочу, — роняю. — С водой, кажется, что-то не так.
— Глупости, — Итан берет бокал и принюхивается.
— Ее нужно заменить.
— Не тяни время, — Блейк раздражается и демонстративно делает несколько глотков, и только потом до него доходит. — Черт…
Он вскидывает темные глаза, отшвыривает бокал и удивленно смотрит на меня.
— Ты что-то подмешала в воду? Отвечай!
Сила его голоса так велика, что я не могу солгать.
— Да. Сонную траву.
В этот момент по дворцу начинают разносится крики, и в воздух вмешивается сила разношерстной магии.
— Что это? — удивленно спрашивает Итан, морщась и смахивая подступающий сон.
Эти звуки кажутся мне чем-то волшебным. Это марш надежды.
Я поворачиваюсь к Итану и отвечаю ему прежде, чем он засыпает:
— Возмездие.
* * *
Я сталкиваюсь с Варлосом в коридоре, когда он несется меня спасать. Он с ужасом смотрит на мою руку, на которой стоит печать Блейка.
— Неизбежные потери, — поясняю я, не желая заострять на этом внимание. — Все в порядке.
Когда Блейк нейтрализован, я ощущаю, как магия печати медленно рассеивается.
Дворец наполняется шумом и криками, и мы со всех ног бросаемся по коридору. Я подбираю меч у убитого стражника. Варлос пробивает путь к дверям, а в одном из залов, где бьются бывшие наставники короля, я присоединяюсь к ним. И, пусть во мне живет дар жизни, мой меч тоже может приносить смерть.
Магия не просто стрекочет, она всюду. Дворец снова дрожит.
Нас оттесняют, но в какой-то момент Нико и лорд Квинси прорывают кольцо сопротивления. Здесь же бьется
