не я, а ты.
— Может быть, соберем Совет и вызовем американца для дачи показаний?
— Почему бы и нет? — ухмыльнулся Пауль, — только не сейчас. Позже. Да и вряд ли это тебе поможет. Твой сообщник арестован и будет допрошен в самое ближайшее время. Мне кажется, через пару часов он все расскажет. Как ты долгое время работал на него, совершая все ранее перечисленные диверсии. Как ловко убрал Быкова, пытаясь свалить вину на наемников. А когда не выгорело, решил обвинить меня. Ну как тебе моя версия событий, Стив?
— В это никто не поверит.
— Поверят, Стивен, еще как поверят. Уж я постараюсь быть убедительным. И в отличие от тебя предоставлю неопровержимые доказательства в виде чистосердечного признания твоего сообщника — Джона.
— У вас ничего не выйдет.
— Я всегда считал, что ты, Стивен, просто дурак, но теперь понял, что ты очень опасный дурак. Дурак с инициативой. А значит, договариваться с тобой я не буду.
Пауль достал из кобуры пистолет и нажал на спусковой крючок…
* * *
Стивен вздрогнул и открыл глаза.
Да, именно так все и будет. Задним числом Пауль повесит на меня всех дохлых собак. Еще и наврет с три короба. Поди — проверь. А пока суд да дело, время дневки закончится, все погрузятся в машины и поедут дальше, а мое тело навсегда останется лежать в безымянной могиле.
Не провоцировать драку, если ее можно избежать.
Отпустить ситуацию, доверившись воле Божьей? Опустить руки и подставить левую щеку, когда совсем недавно прилетело по правой? Нет! Это не в моих правилах. Я всегда привык идти до конца. К тому же я не верю в Бога.
Стивен поправил автомат, затем перевел взгляд на задумчивого Асура.
Перебить охрану у входа, ворваться в палатку и застрелить Пауля к чертовой матери. Нет человека — нет проблемы. Или еще проще — отдать приказ на ликвидацию Асуру. А потом самому убрать японца, чтобы тайна никогда не вышла наружу. А что? И Быкова и Пауля убил один и тот же человек — якудза. Из личной неприязни, по приказу шейха, либо по какой-то другой причине, не суть важно. Политрук случайно проходил мимо, увидел расправу, и был вынужден взяться за оружие…
Стивен вздохнул, опустил голову и посмотрел под ноги.
Эх, если бы все было так просто…
А ведь Гейман так и не дал мне ни одного совета. Только предупредил, как поступать не надо. Вот как раз обвинять Пауля — не надо. Это плохо закончится.
Так что же мне, прикинуться дурачком и промолчать? Сделать вид, что я ни о чем не догадываюсь?
Наша основная задача — обеспечить доставку груза в точку назначения. Все остальное — вторично.
Гейману легко рассуждать, он сейчас спокойно лежит в могиле. А мне нужно принять решение, от которого зависит будущее всего человечества.
…оставь Пауля в покое. У тебя в лагере и других проблем полно…
Проблем, действительно, выше крыши. А я вынужден прогибаться под шпиона, диверсанта и предателя, вместо того, чтобы поставить его к стенке.
— Я пойду один, — сказал он Асуру. На эту маленькую фразу словарного запаса хватило.
В глазах японца ничего не отразилось — ни страха, ни сомнений, ни жалости.
Стивен дошел до охраны у палатки, молча снял и протянул им свой автомат.
— Пауль у себя?
— Так точно, господин политрук. Ожидает.
Стивен откинул полог и вошел внутрь палатки. Пауль оказался один. Хмыкнул многозначительно в ответ на воинское приветствие, кивком головы указал на раскладной стул. Видимо, разговор будет продолжительным.
— Твои успокоились?
Стивен про себя невольно отметил вот это — «твои», но оспаривать формулировку не стал. Пусть говорит, что хочет. Плевать! Он специально будет меня провоцировать, постарается зацепить словами и вывести из себя. Ни в коем случае не подавать виду. И вообще, я дурачок, который ни о чем не догадывается. Я обыкновенный тупой солдафон. Придется научится притворяться, даже если тебя самого воротит от сказанных слов.
— Так точно!
— Ну что, господин политрук, давай пообщаемся?
Стивен пожал плечами:
— Мы уже разговариваем.
— Чем же ты собрался меня шантажировать?
— С чего вы взяли?
— А разве нет?
— Нет.
— Тогда что это такое было?
— Когда?
— Не притворяйся идиотом. Тебе не идет.
— Хорошо.
Пауль несколько секунд молчал, играя скулами.
— Ладно, будем считать, что ничего не было. Хотя на секундочку я даже поверил.
Стивен мысленно скрежетнул зубами.
— Вы ошиблись, господин эмиссар.
Голос не дрогнул, фраза прозвучала вполне естественно.
— Вот как? Ну ладно.
Пауль все, что нужно, услышал и понял. С одной стороны пришлось признать его главенство, а с другой — надо бы напомнить о наемниках за моей спиной.
Разговор неожиданно сам повернул в нужное русло.
— Как сумел Асура под присягу подвести?
— Это мои секреты.
— То есть, ты понимаешь, что теперь головой отвечаешь за все действия наемников? Раз они подчиняются только тебе, то и спрос будет с тебя.
— Так точно! Понимаю. И готов соответствовать.
— Ладно, у меня пока все. Можешь быть свободен.
— Я хотел бы осмотреть тело Быкова и начать расследование. Это моя прямая обязанность как политрука.
— Тело лежит в кузове УРАЛа. Врачиху возьми с собой, я ей обещал. Пусть выполнит все необходимые формальности.
— Так точно!
— Иди уже.
— Еще один вопрос, господин капитан.
— Ну что у тебя еще?
— Где Джон? Мне нужно его допросить в связи с убийством Быкова.
— В вахтовке сидит, вместе с китайцем.
— С каким китайцем?
— Вот сам и узнай, если так любопытно, — недовольно буркнул Пауль, — шпионы — это твой профиль. Иди и занимайся своей работой. Не путайся под ногами.
— Есть!
Стивен развернулся и вышел из палатки, с наслаждением вдохнул свежий пустынный воздух, забрал автомат у охранника.
Асур обманул. Он не ушел восвояси, а недвижно торчал неподалеку, старательно изображая сцену, будто совершенно случайно проходил мимо. Актер из японца не очень. Станиславский был бы огорчен.
Пауль только что, не моргнув глазом, отдал мне Джона. Как это понимать? Хочет подчеркнуть, что не боится разоблачения? Или дело в другом? Может быть, он уверен, что Джон не пойдет на контакт ни при каких обстоятельствах? Но ведь это зависит исключительно от подхода. К любому человеку можно подобрать ключик. Нужно только постараться, чтобы бороздки
