Один из полицейских присел рядом с Эндрю и задал ему сотню вопросов. Или Эндрю так показалось. У него слипались глаза — ему давно пора было спать. Когда полицейский решил, что получил достаточно информации, он сказал Эндрю, что они с напарником заглянут к Делани. Потом констебль поинтересовался, чувствует ли Эндрю себя в безопасности. Сказал, что они могут отвезти его в другое место.
— Все будет хорошо. Мама легко расстраивается. Но она всегда успокаивается. И со мной ведь моя тетя.
Тетя Молли, которая стояла в противоположном углу комнаты, улыбнулась племяннику.
— Ну, тогда хорошо. Но ты обязательно нам позвони, если снова станет «жарко». Ничего не бойся. — Полицейский взглянул на тетю Молли и опять перевел взгляд на Эндрю. — Мы сообщим тебе о результатах расследования.
— Да, пожалуйста, — еле ворочая языком, сказал Эндрю, глаза его закрылись, тело обмякло.
Последнее, что он слышал, — это как тетя открывает комод и достает для него второе одеяло.
Проснувшись, Эндрю понял, что прошла уже половина дня. Хоть на улице было серо, он мог догадаться об этом по тому, под каким углом свет падал в его окно. Мама наверняка была на работе, а тетя, скорее всего, убиралась у кого-то в доме, раз уж это была среда. Эндрю надел школьный костюм и спустился в кухню. Тетя сидела за столом и завтракала.
— Ага, смотрите-ка, кто изволил встать с постели. Хорошо поспал?
— Да, тетя Молли. Правда, я не помню, как ложился. С мамой все хорошо?
Один из этих милых полицейских отнес тебя наверх. Ты заснул еще до того, как они собрались уходить, а я знала, что никогда не дотащу тебя до кровати одна.
— Мама в порядке?
— А чего ты за нее волнуешься? Она тебя била, вопила на всю округу о том, как ты ее доводишь. Она не заслуживает такого сына, как ты, Энди. Для начала она вообще была слишком молода, чтобы иметь ребенка. Это должна была быть я. Я скорее мама для тебя, чем она. — Тетя замолчала и отвела взгляд в сторону. — Извини меня. Я знаю — ты любишь свою маму. Иногда я просто не могу ничего с собой поделать. Не сдерживаюсь и говорю правду. Прости.
— Я тебя тоже люблю, тетя Молли. Не злись на маму. Она несчастлива.
Тетя ухмыльнулась:
— И она, и все мы, бедные старые женщины.
— Ты не старая.
Тетя оглядела племянника.
— Ты считаешь, что можешь сейчас пойти в школу?
Эндрю посмотрел на часы над раковиной. Было около полудня.
— После двенадцати еще четыре урока. Да. Я готов. А ты сегодня убираешься?
Тетя Молли поставила на стол пакет.
— Тогда вот тебе сандвич. Там еще записка, но я все равно позвоню в школу и предупрежу, что ты придешь. И, да, еще не было дня, чтобы я у кого-нибудь не убиралась. Сегодня я просто отпросилась, вот и все.
— Спасибо, тетя. Ты самая лучшая.
— О, забыла!
Эндрю остановился в дверях.
— С твоим другом Фрэнком все в порядке. Могу поспорить, ты встретишь его в школе.
— Спасибо!
Эндрю слишком сильно хлопнул дверью, но едва ли обратил на это внимание. Он бежал в школу, ему не терпелось узнать, что случилось с Фрэнком.
Он столкнулся с Фрэнком по пути на урок. Увидев Эндрю, приятель нахмурился.
— Что? Ты злишься на меня?
— Ты, придурок, из-за тебя моя мамка взбесилась. Она сказала, чтобы я не припирался домой сразу после школы, потому что к ней придут приятели. А я сказал, что встречаюсь с тобой возле церкви. Ну, она и подумала, что мы собираемся навестить того старика. Ты меня просто подставил. Когда заявились полицейские, она еще больше разозлилась. Понимаешь ты? Соображать надо!
Эндрю потерял дар речи. Неужели Фрэнк не поступил бы так же, если бы увидел в автобусе его с тем стариком? Неужели он не заподозрил бы, что старик что-то задумал, если захотел подружиться с незнакомым мальчиком сразу после того, как погиб его подопечный?
Фрэнк ушел. С ним не случилось ничего плохого, и это было хорошо, но как он не мог понять, что Эндрю искренне, по-настоящему за него волновался? Почему? Он не хотел разозлить миссис Делани. Эндрю изо всех сил старался не расплакаться. Он склонил голову, опустил плечи и побрел в класс.
Остаток дня в школе Эндрю ни к чему не проявлял интереса. Он перебирал в памяти все, что случилось после того, как он увидел старика и мальчика возле коттеджа гвоздаря. Все эти странные вещи, которые он видел и ощущал, может, ему все это только показалось? Разве не странно, что старик остался в Белпере после того, что случилось? А то, что он выглядел таким довольным и был таким разговорчивым с Фрэнком, когда они ехали в автобусе? Странно. Очень странно, даже мурашки по коже.
Все дорогу домой Эндрю шел, опустив голову, и ничего не видел, только свои ботинки. Когда он добрался до дома, мама держалась отстраненно. Ей было стыдно за свое поведение, но она не могла или не хотела извиняться и помириться с Эндрю. Тетя Молли вела себя тихо, она нервничала из-за того, что выступила против сестры. Эндрю было очень одиноко.
Уже у себя в комнате, сделав уроки, он сел на подоконник и смотрел вниз, на коттедж гвоздаря. С тех пор как Эндрю немного подрос, он часто сидел вот так и представлял, как выглядела их улица двести лет назад. Представлял, что гвоздарь занят своим делом, и дым из его печи клубами поднимается вверх и уплывает вместе с облаками. А мимо, наверное, проходили мамы с сыновьями и рассказывали своим мальчикам о том, как их папы где-то строят дома и им нужны гвозди, которые делает гвоздарь? А у гвоздаря, наверное, не было конкурентов, и поэтому у него был большой-пребольшой дом на холме рядом с лютеранской церковью.
Может, кто-то из этих мальчиков — прапрапрадед его отца, которого он никогда не видел? Что сейчас делает его отец? Может быть, он — строитель, или продавец, или доктор? Мама почти не рассказывала Эндрю об отце. А тетя Молли… Ну, все, что он знал, он знал от нее.
— Не вздумай говорить маме, что я рассказала тебе о нем. Ее удар хватит. Ты все еще хочешь, чтобы я рассказала?
— Да, тетя. Пожалуйста.
Тогда ему было шесть лет, а может быть, пять.
— Хорошо. Его звали Уильям, но твоя мама звала его Уилл. Когда она с ним познакомилась, она не знала, что он чей-то муж. Но потом оказалось, что он женат на очень богатой женщине из Джерси, ее родители были очень-очень состоятельными людьми, и все они жили в доме, похожем на дворец. Конечно, Уилл сказал твоей маме, что он беден. Никто из родни жены его не уважал, и они хотели, чтобы он продолжал семейное дело, а для этого он пять дней в неделю должен был проводить в дороге. Когда-то он очень любил свою жену, но она не хотела заводить детей, потому что это испортило бы ее фигуру. Она явно была самовлюбленной пустышкой.
