в Альпы и всё будет так же, так же… Нет, ещё…
Каково же было изумление Болотаева, когда в аэропорту Цюриха ему повстречался Голубев:
– А вы что здесь делаете?
– Я здесь живу, дорогой Тота. – Он по-дружески обнял Болотаева. – Точнее, я живу в Женеве. А тут тебя встречаю.
– Меня? А как вы узнали?
– Егоров сказал. Чтобы я встретил, проводил и так далее.
– Да… – Болотаев спустился с небес. – Я прилетел по делу. Вечером обратно… Надо встретиться с Амёлой. Я даже не знаю, здесь ли она. Егоров велел, чтобы я позвонил ей только по прибытии сюда. Где автомат?
– Вот, мобильный.
– А-а, здесь уже мобильная связь?!
– В Москве тоже есть, – сказал босс и добавил: – Кое у кого. И у тебя, Тота, по приезде будет… Пойдём, прямо из машины Амёле позвонишь. Она уже на работе. По дороге о делах поговорим.
Роскошный лимузин. Впереди – водитель и помощник, который набирает номер банка. Говорит по-английски. Все слышат. Болотаев понимает, что именно от его имени просят соединить с Амёлой Ибмас. Это происходит небыстро.
– Тота? – Он узнал её голос. – Вы в Цюрихе? А чей телефон?.. Почему вы заранее не сообщили?
– Э-э… Амёла, дело в том, – Тота тоже очень взволнован, – я по срочному, важному делу.
– Хорошо. Где вы хотите встретиться?
– В том же кафе, где я был с твоей мамой.
– О’кей! Ровно в час пятнадцать. Пообедаем вместе. Вы один? Только с вами.
Тота специально выбрал именно это кафе, потому что иного и не знал. И была ностальгия о тех днях. А ещё, как он подумал, к этому кафе можно пройти только пешком. Он останется один. По старой памяти спокойно погуляет по центральной улице Цюриха – Банхофштрассе. Здесь так всё спокойно, степенно, богато. Вечно! Стабильно.
А почему? Впервые он об этом задумался и сразу же нашел, увидел ответ. Как говорят, ответ под ногами. Он и до этого много раз видел и любовался огромными рыбинами, что большими стаями лениво плавали или просто стояли против течения в небольшой речке, что вытекала из озера. А теперь понял секрет существования и процветания Швейцарии. Никто не трогает, не ловит и не мешает этим рыбам жить. Наоборот, подкармливают, и не хило. И эти рыбки – золотые! Всё, что местные жители заслуживают, делают!!!
Вот поэтому никто не мешает швейцарцам хорошо и правильно жить, и за это весь мир и их тоже кормит или подкармливает…
Прошло всего три года, как они не виделись, а Амёла сильно, разительно изменилась. Постарела. Однако Тота, как положено, говорит:
– Ты не изменилась. Даже похорошела.
– Спасибо… Хотя знаю, что это не так… Как твои родные – мать, жена? Детей двое?
– Да, – коротко отвечает Тота. – А как твоя мать?
– Очень плохо. Очень… Из-за её болезни я очень редко и на короткое время могу летать. Работать нормально не могу.
– А сиделки, больницы, врачи?
– Всё это здесь есть, и на высшем уровне… Однако теперь я сама заболела. Как по наследству.
– Что случилось?
– Теперь и я, как и мама, всего боюсь. Боюсь одиночества, которое неотступно приближается. – Её глаза увлажнились. – Мама ведь меня предупреждала. У неё хотя бы была я. А у меня?
– Ну… – Болотаев не знал, как её утешить, потом ляпнул: – Ты ведь вроде замуж вышла.
– В том-то и дело, что «вроде». Ладно. Времени в обрез. Давайте о ваших делах. Но прежде вопрос: вы звонили в банк по телефону, который зарегистрирован на фирму, которая косвенно аффилирована с вашим бывшим боссом, Голубевым.
– Он меня здесь встретил. Я даже не ожидал.
– Удивительно. С каких пор? Вы вновь стали на него работать?
– Я на него и ни на кого не работаю! – вскипел Тота. Он вкратце стал рассказывать свою историю, как Амёла вскрикнула чуть ли не на весь зал:
– Вы там работаете?! В департаменте нефтянки?.. Как?
– Сказали, что ты лично так хочешь.
– Я? В первый раз слышу. – Она аж покраснела от возмущения. – А почему не позвонили?
– Звонил, и не раз. В банке не соединяли.
– Да. Это я виновата. Как узнала, что вы женились, дети… В общем, в порыве ревности вписала вас «в отказ». И забыла исправить.
– Но я и домой звонил.
– Мы ведь переехали… Вот вы попали, Тота. Они вас подставят. Этот ваш босс, так называемый босс, как говорят в России, всех кидает… Он плохо кончит… Впрочем, чёрт с ним. А вы давно там?
– Полтора, почти два месяца… Но я как приеду, сразу же уволюсь.
– Что, страшно стало?
– Не страшно. А противно… воруют миллиардами.
– Да, – задумалась Амёла. – Воруют. Россия очень богатая страна! Бездонная и безграничная во всех отношениях.
– Да, – подтвердил Тота и повторил: – Я уволюсь.
– Уволитесь? Думаю, что просто так вас не отпустят.
– Ты о чём, Амёла? – встревожился Болотаев, а она как бы про себя спрашивает:
– Тота, интересно, как они вас, чеченца, когда идет, и не первый год и не первый раз, война между Россией и Чечней, посадили на такое стратегическое место?
