первое приходит тебе в голову, когда ты смотришь на него? — Я подношу личико нашего сына прямо к ней, чтобы она могла посмотреть на него. Но вместо этого Эмори крадет у меня нашего сына.
— Иден.
— Иден?
Иден. Хм. Я имею в виду, что я не особо задумывался над тем, как назвать Брук, я просто выбрал то, что счел подходящим.
— Тебе это кажется подходящим?
Эмори кивает.
— Тогда это Иден.
— Если тебе не нравится, ты можешь сказать.
— Если тебе это имя кажется подходящим, Эм, то и мне так кажется. Кроме того, я не могу придумать лучшего имени. Единственное имя, которое запомнилось мне — Грейсон, и это, черт возьми, даже не вариант.
— Я сейчас постучу, дядя Грей?
Мы с Эмори смотрим на дверь и слышим, как Брук говорит с другой стороны. Я знаю, что она стоит там, подняв кулак и готовая постучать. Это заставляет меня смеяться.
Мы не слышим, что отвечает Грей, но стук сообщает нам все, что мы должны знать. А может, и нет, потому что Брук обычно стучит, даже когда ей еще не положено.
Через долю секунды дверь открывается, но внутрь входит только Брук, так что я предполагаю, что Грей и Сан не хотят вторгаться.
Счастливо подойдя ко мне и Эмори, Брук внезапно останавливается, когда замечает Иден в объятиях Эмори. Затем она задыхается. Громко.
— Это он?!
Она хватает ткань моих брюк одной рукой и тянет за нее, чтобы привлечь мое внимание.
— Да, детка, это Иден.
Брук отпускает мои штаны и делает два маленьких шага к кровати. Её руки лежат на матрасе, и она встает на цыпочки, чтобы лучше его видеть. Хотя она еще слишком маленькая. Эмори передвигается по кровати, освобождая место, и я облегчаю Брук задачу, поднимая её на руки и усаживая на кровать рядом с Эмори.
— Но он маленький. — Брук недоверчиво смотрит на брата, морща лицо. — Я не могу с ним играть. Папа, он просто сломает мои игрушки.
— Тебе придется подождать пару… месяцев.
Хорошо, что концепция времени до сих пор остается для нее загадкой.
— Лааааааааадно. — Брук отворачивается от меня, вместо этого глядя на Эмори, затем снова на брата. — Привет.
Она ждет. Вероятно, ответа, которого не будет. Но она быстро понимает и, к счастью, ей не нужно, чтобы я объяснял, что Иден на самом деле пока не умеет говорить.
— Могу ли я прикоснуться к нему? — спрашивает Брук, и, даже не дожидаясь ответа, она берет его за руку, глядя на нее так, как будто она принадлежит инопланетянину. — Он скучный.
Да. Я почти уверен, что через несколько часов она перестанет находить его скучным, а после он будет раздражать её своими слезами. Своим постоянным плачем. О Боже.
Ну, я имею в виду, что, по крайней мере, моя дочь, похоже, не ненавидит своего брата, так что это, по крайней мере, одной проблемой меньше.
ГЛАВА 73
«Почему же тебе нужно испортить мой праздник?» — This Is Why We Can’t Have Nice Things by Taylor Swift
Эмори
— Вы, ребята, знаете, что все равно могли бы пойти посмотреть игру своих парней и братьев, верно?
Это первая игра Аарона, Грея и Колина за NYR. Вероятно, они не выйдут на лед еще долго или вообще не выйдут. Они все еще новички, так что, чтобы освоиться, может потребоваться больше работы. По крайней мере, так мне сказал Майлз.
— Нет, все в порядке, серьезно, — говорит Лили во второй раз.
Лили, Сан и София предложили остаться со мной и Иденом, пока Майлз пошел смотреть игру вместе с Брук. Он бы остался со мной дома и смотрел игру по телевизору, но я настояла на том, чтобы он пошел, по нескольким причинам.
Причина номер один: несколько дней назад у Брук был день рождения, и мы мало что сделали, потому что я чувствовала себя не очень хорошо, а также я не хочу находиться среди большого количества людей еще несколько недель из-за Идена. Я не хочу рисковать. Вдруг он заболеет? Ему всего две недели — по крайней мере, завтра.
Майз чувствовал себя достаточно плохо из-за того, что не смог устроить вечеринку по случаю дня рождения дочери. Она была маленькой и скромной, в неё находились друзья Майлза и Сан, даже Рис не пришёл. Поэтому я подумала, что, возможно, будет весело, если он возьмет её на игру. Я знаю, что она любит смотреть хоккей. Предполагаю, это произошло, когда Майлз довольно часто таскал её на свои игры.
Причина номер два: сегодня годовщина смерти Милли, или «День памяти», как бы вы его ни называли. Теперь, когда ее нет уже пять лет, я думаю, ему не помешало бы отвлечься этим. Тем, что на самом деле отключает его мозг, а не просто держит его в объятиях, как это сделала бы я. Мне сегодня тоже тяжело, но я думаю, что справлюсь с этим днем лучше, чем он. Пять лет — большой срок.
Это все причины.
— Все равно я не люблю хоккей, — смеется София, падая на диван рядом со мной. — Аарон проживет и без меня.
— Ох, я бы не была так уверена в этом. — Лили тоже садится, но на полу прямо перед диваном. Сначала я немного озадачена тем, почему она предпочла пол совершенно удобному дивану, но потом замечаю, что она смотрит на Идена, который крепко спит рядом со мной.
У него нос Майлза, и это нормально, но мне бы хотелось, чтобы он получил мой. Носы — это точка фиксации, которую нужно распознать, поэтому она очень важна. Слава богу, у Майлза нет странного носа. И пока что его глаза голубые, но я знаю, что они еще могут измениться.
И все же, знаете, чего я боюсь сейчас? Иден будет выглядеть точно так же, как его отец. Кому нужны два Майлза? Конечно, не мне.
Ну, думаю, сейчас уже слишком поздно.
— Кажется, я не видела ни одной игры Грея, — говорит Сан и ставит миску с попкорном на кофейный столик.
— Э, нет, ты видела. Когда я затащила тебя на игру, потому что Майлз заставил меня прийти, — напоминаю я ей.
Она пожимает плечами.
— Хотя я, наверное, не смотрела. Хоккей с шайбой так же интересен, как наблюдать за улиткой.
— Это неправда, — возражает Лили. Но она, конечно, не согласилась бы. По некоторым причинам ей действительно нравится смотреть игры. Она ничего не понимает, но ей нравится смотреть. Я не ненавижу
