class="p1">ЕГО же цель поистине прекрасна. ЕМУ дела нет до смертных, населяющих миры. ОН не опустится до жалкого правления ими. ЕГО не интересует их ничтожная судьба. ОН создатель, а не пастух, как нынешние амечи и дейвы.
ОН – Творец, и ЕГО цель – само мироздание.
Но пока о ЕГО истинных планах не знает никто.
Всему свое время.
Сейчас время лжи. Постоянного изощренного вранья всем окружающим, своим спутникам и даже себе самому. Лгать себе необходимо, чтобы самому поверить в ложь. Тогда один из спутников – очень сильный маг – примет вранье за чистую монету и не сможет раньше времени догадаться о ЕГО истинных намерениях.
Но скоро придет время созидания, и тогда вся Вселенная содрогнется перед силой Творца!
ОН мечтательно улыбнулся и снова посмотрел на спину того из своих спутников, который скакал чуть впереди. Прислушался к дыханию того, кто чуть отставал.
Пешки. Простые пешки в ЕГО игре, они думают, будто от них что-то зависит.
Две пешки думают, что едут спасать мир, а две других… Ну хорошо, хорошо. Они, пожалуй, не пешки, а, скажем, ферзи… думают, что собираются разрушить мир, чтобы создать свою собственную вселенную.
«Власть над смертными»! «Спасение мира»! Все живые существа любят придумывать себе сказочки, которые больше похожи на бред. Но неважно, во что верят ЕГО пешки и ладьи. Важно лишь, что они ни на шаг не отходят от намеченного ИМ плана.
Правда, чтобы контролировать ситуацию, ЕМУ пришлось лично присутствовать на Ксантине и даже стать постоянным, бессменным спутником некоторых из своих фигур.
Но ЕГО цель близка. А потом…
С каким наслаждением ОН расправится с некоторыми из своих нынешних помощников! Каким изощренным пыткам ОН их подвергнет! Как будет наслаждаться их криками и мольбами о помощи!
ОН хищно усмехнулся, благо из-за дождя невозможно разглядеть выражения лиц. Спасибо дождю, что можно хоть на миг сбросить носимую ежедневно маску вежливости, прикидываясь, будто ЕГО спутники действительно ровня ЕМУ.
ЕМУ – будущему Творцу Мироздания!
…А дождь все шел и шел. Три закутанные в сети дождя всадника погоняли коней, спеша поскорее выбраться из мокрого, неприютного леса…
Часть вторая. Маг
В этом мире на каждом шагу – западня.
Я по собственной воле не прожил и дня.
Без меня в небесах принимают решенья,
А потом бунтарем называют меня!
Омар Хайям
1
4500 г. 12-й юты по летоисчислению Высших,
Мир Ксантины, королевство Беотия, город Малка
Эрхал вышел из гостиницы «Дары Небес» на освещенную масляными фонарями улицу, вдохнул полной грудью холодный ночной воздух, с досадой ощущая в нем запахи приближающейся осени.
И хотя деревья еще не потеряли зеленого глянца, неуловимые признаки свидетельствовали – лету конец. Об этом говорила усиливающаяся к ночи прохлада, прощальное курлыканье журавлей и груженные зерном и овощами крестьянские обозы, которые вереницей потянулись в Малку – столицу Беотии, где они втроем, с Мисселом и Темьяном, обосновались на время.
Полное имя амечи звучало так: Эрхал Повелитель Воды.
Вода была его родной стихией, вторым «я». Это не означало, будто Эрхал не мог «плеваться» огнем или плести всевозможные заклятия воздуха. Конечно же, ему были подвластны и другие стихии. Но Вода являлась его сущностью, частью тела, как рука или нога.
Не зря при встрече Миссел потребовал от Эрхала вызвать дождь. Проклятый хотел убедиться, что Повелитель Воды сделает это без помощи магии. Для Эрхала вызвать дождь было то же самое, как для обычных людей, к примеру, улыбнуться. Действие естественное и вполне обыденное.
Вспомнив о Мисселе, Эрхал нахмурился, подумав: «Наша якобы случайная встреча очень удивляет и тревожит. Крайне мало шансов вот так столкнуться нос к носу двоим Изначальным в таком огромном мире, как Ксантина. Конечно, есть множество миров, которые амечи и дейвами просто кишмя кишат. Там нас можно встретить на каждом шагу. Но Ксантина явно не из их числа. Думаю, на всю Ксантину Высших всего двое – я и Миссел. Тем более подозрительной выглядит наша встреча. Разве что ее заранее готовили. Но тогда возникают неизбежные вопросы: кто и зачем? На первый вопрос напрашивается ответ: Миссел. Но я не сторонник поспешных ответов…»
Эрхал скользнул рассеянным взглядом по ночной безлюдной улице, увидел лежащие на мостовой первые опавшие листья. Осень. Она вот-вот вступит в свои права, затянет серой хмарью небо, оголит листопадом деревья, превращая их в понурые темные скелеты. Сразу станет уныло, неуютно, безрадостно.
Повелитель Воды поежился. Он не любил осень. Она навевала на него тоску – опасное чувство для мага, идущего по Дороге Миров. Тоска внушает апатию, усыпляет бдительность и мешает вовремя отразить направленный на тебя удар. Лучшее лекарство от нее – веселая пирушка в компании друзей или страстная ночь с любимой.
К сожалению, ни то ни другое сейчас Эрхалу было недоступно. Придется справляться как-то по-другому. Например, сосредоточившись на деле. На мире, где Некто затеял свою непонятную игру против Богов.
Впрочем, против Богов ли?
Вообще-то вся ситуация на Ксантине выглядела более чем странно.
Некто разрушает Храмы Богов. Зачем? Ведь таким образом он только привлекает к себе внимание нынешних хозяев Вселенной. Если бы Черный Незнакомец действительно хотел расколоть мир, ему нужно было бы потихоньку накопить силы, а затем провести один-единственный разрушающий обряд так, чтобы Богам стало поздно что-либо предпринимать. Но он как будто выставляет себя напоказ – я здесь! Сразитесь со мною, Боги!
«Это странность первая, – размышлял Эрхал. – Есть и вторая. Ее очень верно подметил Миссел. Почему наш Верховный Бог Ювис прислал в этот мир меня – Ученика, пусть и лучшего, но все же с ограниченным запасом магических сил? Если Некто угрожает Богам, надо было прислать разбираться с ним более старшего и опытного амечи! Или мои соплеменники не чувствуют от Черного реальной угрозы? Считают его неспособным помериться с Высшими силой? Но Проклятые же испугались. А они не менее могущественны, чем Боги. Дейвы и в самом деле встревожены и обеспокоены не на шутку. Тут Миссел не врет, вранье я бы сразу почувствовал.
Так почему же в данной ситуации так беспечны Боги?!
И последняя странность. Она связана с Темьяном. Этот парень не так-то прост. От него за версту несет силой. Да не урмачьей, а… Если бы я не боялся прослыть параноиком, то сказал бы, что она
