И вот теперь Мирт, казавшийся до крайности взволнованным, стоял перед кроватью менестреля и без устали повторял:
– Ну, поднимайся же! Вставай! Некогда разлеживаться!
– Что случилось? – обреченно поинтересовался Эверетт, со вздохом натягивая рубаху.
– Все эти дни ты жаждал прийти на помощь Криссе. Все эти дни ты не находил себе места, думая о ней. Ты гадал, как сможешь ей помочь. И вот теперь я говорю: наш час настал. Нужно спешить, пока силы зла не нанесли решающий удар!
Эти слова окончательно привели менестреля в чувство. Изо всех сил призывая свои магические способности, он набросил на плечи плащ и крепко сжал правой рукой посох:
– Какие еще силы зла, Мирт? Мы сможем с ними бороться, или?..
– Я не знаю, друг, – пожал плечами воин. – Не знаю, сможет ли кто-нибудь победить этого чародея, помешавшегося на своей мести. Ясно одно: мы должны быть там. Мы оба.
– Но где?!
– Пошли. Я знаю дорогу.
Покинув трактир, друзья быстро зашагали к морю. Эверетту оставалось лишь поражаться, как уверенно его спутник идет по узким переулкам и как явно он старается держаться подальше от людных улиц. Задавать вопросы было бесполезно: за время, что они шли вместе, Доннер уже привык, что Мирт отвечает туманно и расплывчато, как будто старается подражать тексту какой-нибудь книги или предания. Сердце болезненно сжалось, и в мозгу возникла страшная мысль: а вдруг они опоздают? Если Мирт и способен видеть людей и события, видения его неточны и обрывочны, а где же гарантия, что он не ошибается? Может быть, все уже кончено, и Криссу уже не спасти?..
Менестрель тряхнул головой, стараясь избавиться от мрачных фантазий. Нет. Так не может быть. Мирт почему-то был уверен, что им действительно нужно идти в Эрквадиор, даже Кристина, которая в полной мере осознавала опасность, сочла за лучшее с ним согласиться, значит, все это неспроста. Быть может, Феникс будет милостив, и они все вместе еще посмеются над своими глупыми страхами и сомнениями! Может быть.
Не прошло и секунды, как Дуэйн атаковал. Видимо, он давно готовился к встрече с братом и потому основательно запасся амулетами. По счастью, первое брошенное им заклинание было простым, Айрин без всякого труда принял удар на меч, направив в оружие некоторую часть своей собственной силы. Второе заклятие было гораздо более мощным, так называемый «властелин тени», посредством которого на противника обрушивается целый шквал своеобразных «осколков» мрака, липкого, холодного, застилающего глаза… Такое заклинание делало достаточно предсказуемыми дальнейшие действия нападавшего. Пока Дуэйн не отступал от закрепленных в веках канонов боя чародеев и потому, перехватив свой посох наподобие боевого оружия, пошел в наступление. Удары были на редкость мощными, Айринкельну пришлось полностью сосредоточиться на защите, которую, однако, он провел весьма успешно. На миг противники замерли, сверля друг друга полными ненависти взглядами, едва успев перевести дыхание, они снова ринулись в бой.
Айринкельн нанес широкий косой удар сверху, Аарден-младший успешно принял его на посох и, резко развернувшись, захватил меч брата, намереваясь направить свою атаку в голову противника. Истинный король Эрквадиора едва успел уклониться, лезвие меча прочертило длинную царапину по его шее и плечу. Развернувшись, Айрин рубанул с плеча, Дуэйн легко принял на посох его удар. С первых же минут боя старший брат с тревогой подумал, что они взяли слишком быстрый темп, который очень скоро заставит их уменьшить число взмахов мечом и пустить в ход более серьезные заклинания. И кто знает, чем тогда окончится эта битва…
Аарден-младший изящно уклонился от пируэта брата и молниеносным движением извлек из складок балахона амулет изумительной красоты и поразительных размеров топаз, оправленный в электрум. На физиономии чародея играла гнусная ухмылка, когда он быстро и без запинки проговорил формулу; из глубины камня к его противнику поползли многочисленные толстые нити, зловеще переливающиеся желто-зеленым светом. Скорость их движения увеличивалась с каждой секундой, траектория движения каждого «щупальца» менялась каждое мгновение, так что Айрину приходилось несладко. Его сила позволяла предугадывать движение «щупалец», но это требовало от него двойной концентрации, так как потоки враждебной магии нужно было еще и отсекать мечом. Стало ясно, что в ближайшие пару минут до брата король не доберется, а это пугало. Раз он взял себе такой «тайм-аут», у него на подходе было куда более страшное заклинание…
С трудом уворачиваясь от нестерпимо жалящего «щупальца», Айрин сосредоточился и усилил свою магическую оборону. Сразу стало значительно легче, однако уже полученные ожоги скорости ему не прибавляли. Казалось, будто левая рука по локоть погружена в концентрированную кислоту. С помощью магии Аарден заставил себя отрешиться от болевого ощущения и вдруг обнаружил, что топазовый амулет безжизненно лежит у его ног, а Дуэйн, до побеления костяшек пальцев сжав свой посох и закрыв глаза, нараспев произносит заклинание… Почувствовав, как за шиворот стекает холодный пот, Айринкельн вскочил на ноги и что было силы рубанул мечом, намереваясь хотя бы вышибить посох из рук брата. Однако король тут же наткнулся на невидимую преграду, его брат явно перешел к более решительным действиям и собирался воспользоваться силой столь же сокрушительной, сколь и жуткой…
Айрин снова сосредоточился, призывая на помощь собственную силу, но достроить сеть заклинания до конца не успел. Дуэйн вдруг сорвался с места, ловко, словно змея, подскочил к брату и мощнейшим ударом посоха сшиб его с ног. Король упал весьма неудачно, стукнувшись головой о мраморный пол. Поэтому, приходя в себя, он потерял несколько драгоценных секунд, которых вполне хватило Аардену-младшему, чтобы завершить заклинание. Пол балкона опасно зашатался, в небе над дворцом стали угрожающе быстро собираться неестественно черные тучи.
Воздух в одно мгновение сделался липким и душным, как перед грозой, а Дуэйн, наслаждаясь своим превосходством, неспешно сбросил с плеч балахон и произнес:
– Напрасно ты игнорировал черную магию, братец. Как видишь, она застала врасплох даже тебя, Повелителя Стихий. Я думаю, ты можешь начинать прощаться с жизнью. Держать сеть заклинания не так сложно, я могу питать его, даже одновременно сражаясь с тобой.
Колоссальным усилием воли, подавив в себе нарастающий страх, Айрин холодно улыбнулся. Что ж, боги знают, что он не хотел доводить до такого. Однако теперь, похоже, угроза нависла не только над ним, но и над всем городом, а значит, придется пустить в ход все свои силы. Как это ни грустно, на этой стадии без помощи ему не обойтись. Нужно непременно нарушить сеть заклинания Дуэйна. Так как чародей начал свое колдовство раньше, то и силу это заклятье наберет быстрее. Очень надеясь на удачу, Айринкельн послал ментальный сигнал Офелии – надо думать, такая опытная воительница сама сообразит, что надо сделать! – и, вскочив на ноги, что было силы ударил брата оголовком меча в солнечное сплетение. Тот почти успел уклониться, удар получился не таким сильным, как хотелось бы, но было видно, что он действительно разозлил Дуэйна, улыбка на его лице заметно померкла, и чародей с рычанием бросился на противника… вероятно, даже не подозревая о том, какой «сюрприз» ему этот самый противник готовит…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
