и не мог понять, что с ним случилось, почему такое состояние у него вызвали обычные звезды. Дьявол лихорадочно дышал, сжимая до посинения кулаки, его частое дыхание переходило в хрипловатый смех, который затем разразился громким заливистым хохотом на всю округу.
– Да! ДА! Вот оно! – кричал он в приступе агонии. – Рай пал! – он облизнулся, взглянув на звезды с животной дикостью глаз, которые как два семафора мигали, нестабильно меняя цвет от бледно-красного до темно-бордового. – Вот с каким сладким запахом сгорают крылья!
Песнь XXV
Брат остается братом
Загадочные падающие звезды привлекли внимание всех находящихся на площади сражения. Ангелы Смерти недоуменно переглядывались, поднимая гулкий гомон; демоны-тени напрочь забыли обо всем, только смотрели наверх, ведя носом и рыча; один Люцифер имел хоть какое-то представление о происходящем, задыхаясь от зловещего смеха.
Макс в настороженности сдвинул брови, ожидая всего что угодно. Он подал знак своему отряду оставаться на месте, а сам полетел навстречу сгорающим кометам. Подобравшись довольно близко, чтобы разобрать истинную сущность падающих объектов, Первый в ужасе едва не потерял равновесие, но удержался в полете и, повернув к ангелам полное тревоги лицо, закричал, наотмашь взмахнув рукой:
– Всем сложить оружие! Помогите им! – он указал на звезды и устремился к одной из них, оставив своих подопечных в прежнем неведении.
Макс подлетел к блестящей небесной искорке и, подхватив ее на руки, посмотрел на свой легкий груз. У него на руках лежала обессилевшая беспомощная девушка-ангел с некогда белоснежными крыльями, обгоревшими дотла. Она обратила к спасителю ясные глазки и слабо прошептала, теряя сознание:
– Помогите…
– Это ангелы! – кто-то закричал снизу, вызвав панику в рядах бойцов.
Все мгновенно принялись ловить камнем летящих крылатых существ, аккуратно опуская их на землю. Небожители с жестокой фатальностью разбивались о землю, кому-то повезло быть пойманным еще в воздухе, кого-то успевали ловить у самого асфальта. Тени, взвыв от голода и жажды крови, стали безрассудно набрасываться на обитателей Рая. Ангелы Смерти в свою очередь разрывались на два фронта: пытались ловить бедных собратьев и защищать их от черных тварей, но сил не хватало, и белые ангелы погибали один за другим.
– Расступитесь! – прокричала Юри, разгоняя рядовых. Вытянув вперед руки, она выпустила неимоверное количество паутины, которая с бешеной скоростью разрасталась до бесконечности, образовывая прочный плетеный батут, на который безопасно приземлялись «кометы».
Фел только и успевала телекинезом останавливать ангелов, опуская их на землю, параллельно распинывая лезущих тварей.
Демоны размножались с удивительной быстротой, набрасываясь на всех без разбора. Ангелы не успевали защищаться сами и оберегать пострадавших святых – тени рвали в клочья их крылья, грызли их нежную плоть, свитую из чистого света.
– Остановитесь, – выдавил из себя Мэтт, хватаясь за голову, и упал на четвереньки.
– Мэтт, что с тобой?! – забеспокоилась Ада, но тут же сообразила, что белячок, как один из апостолов, чувствует и переживает все, что сейчас происходит с ангелами, его телепатические способности не дают ему покоя.
Парень помотал головой, как-то неестественно захрипел, и его вырвало с прерывистым кашлем.
Макс, крикнув сослуживцу, передал ему очередной груз и с нескрываемой яростью ударил молнией в самый центр теневого месива, от которого впоследствии остались лишь угольки. Поднялся штормовой ветер, загрохотал гром, во всех концах большой площади засверкали шаровые молнии, ударяя по недоброжелателям. Макс сошел на землю, скрипя зубами от злости – дело принимало крутой поворот, когда сильнейший из элиты доходил до подобного состояния. К нему моментально сбегались голодные враги, но тут же погибали от разрядов электричества. На побережье разбушевалась гроза по вине Макса; это подало всем солдатам знак, что нужно убираться как можно дальше, забирая с собой посланников Бога. Фел с беспокойством и волнением смотрела на брата, ожидая, что же он предпримет. Черноволосая красавица закрыла глаза, прошептав «только бы не…», но не успела закончить фразу, как вздрогнула от звона металла.
Из живота, боков и спины Макса вырвались толстые титановые цепи с острыми наконечниками и вонзились в асфальт, приподнимая владельца чуть выше земной опоры.
– Нет, Макс! – заверещала Ада, пытаясь вырваться из круга оберегавших ее стражей. – Пропустите меня! Макс, остановись! Не делай этого! – умоляла она друга, начиная севшим голосом выкрикивать фразы, не пронимающие адресата.
Фортис вполоборота повернулся к ней, одарив ее теплым взглядом, и что-то проговорил одними губами, после чего Ада завопила еще громче:
– Прекрати! Не смей! Это приказ, ты не имеешь права ослушаться!
Девушка не в силах унять душащие ее рыдания, растолкала ангелов и на всех парусах ринулась к Максу, перед глазами у нее до сих пор стояли его немые слова «ради тебя». Она бежала так быстро как могла, но тут ей путь преградила Фел, словно выросшая из земли.
– Оставь его, – холодно ответила она, не пропуская Аду дальше.
– Он же твой брат! Ты прекрасно знаешь, чем все это может кончиться!
– Честь и преданность, госпожа, – сухо, слишком формально отозвалась Фел, бессмысленно до скрипа стискивая зубы и локоть хозяйки Чистилища, чтобы та не удумала убежать.
Макс слабо уронил голову, поднимая руки в разные стороны. Практически в один момент его тело растерзали бесчисленные цепи, летя со свистом на тени и устраняя их с поразительной легкостью. Они вырывались из рук и ног, шеи, позвоночника, груди, бедер, ключиц – разветвляясь по всей площади без единого белого пятна, превращая ангела в огромное металлическое дерево, сверкающее в кромешной тьме ярыми синими молниями.
– Вот это да! – пищал от радости Лу.
Долго веселиться Дьяволу не пришлось, откуда-то сверху на него кто-то свалился – очевидно, один из ангелов, и оба рухнули, упав друг от друга по разные стороны. Элвин, стоящий неподалеку, как только завидел, кто же так удачно свалился на Люцифера, поспешил смыться подальше, уж очень он не хотел сейчас встречаться с этой персоной.
Потирая затылок, Лу, в изумлении изогнув брови, захотел взглянуть в глаза тому, кто так бесцеремонно нарушил его ленту наслаждений. В свою очередь павший из Рая поднял голову, чтобы извиниться, но все извинения тотчас застряли в горле. Оба смотрели друг на друга, не отводя взгляда, и не могли поверить своим глазам.
– Михаил? – лукаво улыбаясь, растянуто проговорил Лу, поднимаясь на ноги, с целью бросить уничтожающий взгляд на своего брата сверху.
– Люцифер, – с кашлем выдавил из себя Михаил, отвечая не менее колким взором.
Сатана, глядя на ангела как кот на сметану и облизываясь, обошел его вокруг и высокомерно оценил пострадавшего на степень повреждения. Серафим настороженно провожал изгнанника испуганными карими глазами, тяжело дыша после падения. Его
