обстреливать камнями ворота Святого Источника и Бегинский монастырь и часто попадали в названные ворота.
Далее, фламандцы воздвигли еще одну машину возле дороги, ведущей к Франуа, перед шатром Якоба ван Артевельде.
Далее, англичане воздвигли одну большую машину на улице Ле-Валь, прямо на месте Дома Слепых, и стали забрасывать камнями Кокерельские ворота; и часто в них попадали, но не причиняли никакого вреда.
Далее, они воздвигли еще одну машину возле Л'Эскорс-Кеваль, на дороге, ведущей к Бланженуа. Таким образом, англичане, фламандцы и эннюерцы воздвигли всего семь машин напротив Турне.
Далее, защитники Турне воздвигли одну машину в Бегинском монастыре, а затем стали забрасывать камнями машину фламандцев, находившуюся в аббатстве През-а-Нонэн и сломали ее. Однако накануне Крестного Хода[752] фламандцы ее вновь починили. Тогда камень, пущенный машиной из Бегинского монастыря, вновь сломал рычажную балку этой фламандской машины, и больше после этого она уже не стреляла.
Далее, защитники Турне соорудили одну машину на Кастелянской улице и начали обстреливать три машины графа Эно.
Далее, защитники Турне воздвигли еще одну машину возле Бордельских ворот, в одном саду; и в канун дня Святого Варфоломея[753] пущенный ею камень убил и разметал во все стороны мастера-канонира из Эно. Его голову потом так и не удалось отыскать.
Далее, в одном палисаднике, рядом с Бланженскими воротами, защитники Турне воздвигли еще одну машину, и она своим выстрелом сломала машину, которая стояла перед шатром Якоба ван Артевельде. Фламандцы ее починили, но она была сломана снова и больше уже не стреляла.
Далее, защитниками Турне была установлена еще одна машина на Маркье-о-Век, перед церковью Святой Маргариты. Она стреляла по машине, находившейся в Ле-Вале.
Далее, еще одна машина была воздвигнута близ ворот Святого Мартина, а у ворот Святого Источника была сооружена «свинья» [754]. Итого у защитников Турне было восемь машин, мечущих камни, не считая пушек, которых в городе тоже было достаточно.
Далее, одна вражеская машина убила сукновала-подмастерье Жана Катэна и одну монахиню Бегинского монастыря. Кроме того, в отхожих местах Бордельских ворот тоже были убитые и раненые; и еще там была убита одна женщина. В общем же вражеские машины убили в Турне на протяжении всей осады только б человек.
Далее, машина англичан сломала рычажную балку машины[755], стоявшей на Маркье-о-Век, но ее починили. Затем машина, расположенная в Ле-Вале, снова обстреляла машину на Марьке-о-Век, и пущенный ею камень попал в короб-противовес (huge) этой машины, но не причинил ей иного вреда. Другой камень, пущенный машиной из Ле-Валя, угодил в рычаг натяжного ворота (heu), но не вывел машину из строя. А еще один камень, пущенный названной машиной, убил в Кокерельских воротах слугу одного пришлого солдата.
Далее, в канун дня Святого Варфоломея с последним ударом колокола враги подступили к барьерам, защищавшим ворота Святого Источника, и, набросав возле них хворост, подожгли его; и разрушили один из барьеров, который не был окован железом. Из Турне по ним стреляли спрингалды и мортиры[756] (mortiers), и все воины пошли на свои посты на ворота, к бойницам, туда, куда было приказано.
Далее, в следующую субботу[757] враги снова подступили к названным воротам, начали стрелять по ним из спрингалд и устроили большой штурм. В свою очередь осажденные тоже стали стрелять из спрингалд и других машин и убили многих фламандцев. Те отступили, бросив свои спрингалды на насыпной дороге перед Ле-Круа-а-Нонэн.
Далее, турнейцы выстрелили из спрингалд по толпе фламандцев, стоявшей на дороге, ведущей к Френуа, и был там убит один эшевен из Гента.
Далее, слуга Гильома Гаргата беспечно разгуливал по крепостной стене и был сражен стрелой, отчего и скончался.
В канун дня Усекновения главы Святого Иоанна[758] из Брюильских и Морельских ворот вышли конные и пешие воины и отправились в набег. Взяв в плен двух женщин-торговок и захватив 15 лошадей, они беспрепятственно отвели их в Турне.
Далее следуют имена тех, кому было поручено объезжать по ночам все городские ворота и узнавать, все ли в порядке и как идут дела. Прежде всего, Жан Мулль, который был заместителем губернатора, затем Гильом д'Эллем, Пьер де Водрепон и Жан Виллэн, сын Филибера.
Далее, в воскресенье[759] перед днем Усекновения главы Святого Иоанна Крестителя из Турне через ворота Святого Мартина под бой большого барабана выступили некоторые люди графа Фуа, примерно 60 латников, и доехали до самой Турнейской виселицы. Все англичане в своем стане поднялись по тревоге и вооружились. Тогда всадники совершенно спокойно поехали обратно. Поскольку англичане преследовали их до самых Валансьеннских ворот, то они там спешились и, приказав увести своих коней в город, вступили с противником в жаркую схватку. Затем англичане подступили к воротам Святого Мартина, чтобы их обстрелять и устроить большой приступ. И был там поражен стрелою в глаз Лосман, отчего он и умер, а мессиру Годмару стрела вонзилась в нагрудную пластину, да так там и застряла.
Далее, мессир Пьер де Руссильон был средь людей графа Фуа, сражавшихся с англичанами возле Валансьеннских ворот. Он пал в этой схватке вместе с одним своим оруженосцем; и еще там был убит один знатный английский сеньор, рыцарь, но его имя осталось не узнанным[760]. Там же Готье де Мони был сброшен со своего коня, а его знамя упало под подъемный мост Валансьеннских ворот. Поэтому там состоялся яростный штурм — самый большой за все время осады. В ходе него был ранен Пьер де Веркинейль, Жан Виллэн был ранен в глаз, а Лотарь д'Англемутье, который стоял на стене без каких-либо доспехов и наблюдал за штурмом, был ранен в ногу. Жан Ле-Мюзи был тоже сражен стрелой и скончался. Стрелы тучами пролетали над стенами и падали в городе. Одна из них попала в стоявшего перед госпиталем слугу госпожи де Лез, отчего он и умер.
Далее, граф Фуа был в деревянной башенке наверху ворот и посылал множество арбалетных болтов в англичан. Однако уже вскоре сторожевые башенки и створы ворот были сплошь утыканы вонзившимися в них стрелами, и пришлось волей-неволей закрыть ворота из-за этого шквального обстрела.
Далее, когда начался штурм Валансьеннских ворот, в лагере англичан прокричали тревогу, и все спешно из него выступили. Между тем в одной из их палаток сидел пленник. Увидев, что вокруг него никого нет, он поджег эту палатку, а заодно и другие, и вернулся в Турне. Этот пожар в английском лагере видели с городских стен.
Далее, к воротам Святого источника подошел
