и рыцарей, да только они не горят желанием ехать к нам на помощь. В такую даль отправляются только те, у кого опустели карманы или на шее норовит затянуться верёвка. А когда мы проделаем грязную работу, так явятся храбрецы из-за океана. Не удивлюсь, если дойдет до того, что будут поучать нас, как мы всё делали неправильно. А теперь прекрати говорить о моих людях, как об отребье. Если тебе что-то не нравится, то забирай своих Хранителей Веры, и отправляйтесь брать Тинсу самостоятельно.
— Возможно, я так и сделаю, Беренгар, — проговорил Изандро ледяным голосом, — Но у меня есть идеи получше.
— Что ты задумал? — Беренгар заинтересованно посмотрел на него.
— То, что трудно взять силой, иногда легко взять обманом и хитростью. Мы не должны давать местным так много времени, чтобы они забыли свои распри и обратились против нас, пока мы станем дожидаться кораблей. Я хочу отправить посольства в Тарау и Тинсу. Возможно, нам удастся решить вопрос без грандиозных сражений. Если они присягнут на верность нашему королю, то воевать и не понадобится.
— А если не присягнут?
— Тогда мы и будем думать, что делать дальше. В любом случае, послы разведают всё изнутри. Возможно, найдут нам сторонников. Не стоит загадывать далеко вперёд в таком деле.
— И кого же ты предлагаешь отправить в Тинсу?
— Да хотя бы твоего Гервасио. Ты уж обойдёшься без него какое-то время.
— Он не поможет тебе искать сторонников, только отпугнёт всех своей самодовольной рожей.
— Я не предлагаю отправить туда его в одиночку. С ним поедет Ксимен, а он специалист в переговорах, но как духовное лицо, должен вести их через кого-то другого. Давай отправим с ними Фонси? Он умеет пускать пыль в глаза и разворачивать хвост, как павлин. А что он говорит полную чушь, так всё равно никто не поймёт. Зато увидя его раззолоченные одежды, все решат, что он на редкость важная птица, чуть ли не ровня королю. Охрану обеспечит Джозу с частью своих людей, большой отряд посылать рискованно.
— Ну допустим, мы так сделаем, как ты предлагаешь, а кого же тогда мы пошлём в Тарау?
— Тебя, конечно.
— Меня! Ты, Изандро, держишь меня за сумасшедшего? Чтобы они там прихлопнули меня, а ты заграбастал всю власть?
— Власть? Над кем? Над этой кучкой идиотов? Не смеши меня, Беренгар, если я стану ими командовать, то повешу половину в первый день, а вторую назавтра. Нет уж, командуй ними сам.
— Хорошо, допустим я поеду в Тарау, а ты чем тогда займёшься?
— Поеду с тобой, конечно.
— Вот как? — Беренгар немного расслабился, — тогда это мне подходит. А кого возьмём с собой?
— Всех, кто остался. Оставим горстку в Льендо, а остальные с нами. Все три корабля задействуем. Возможно, что ещё успеет подойти корабли моих хранителей, которые оставались на острове. Тогда вообще всё сложится удачно.
— А что будем делать с этим Аноки?
— Отпущу его сейчас, пусть едет в Тарау и прокладывает нам путь. Все должны знать, что это мирный визит.
— А если он сбежит в Тинсу?
— Не должен. Он жаден, как и все купцы. Я дам ему охранную грамоту, гарантирующую свободную торговлю на наших землях, и он за это сделает для нас многое, очень многое.
— Ты, наверное, прав, Изандро.
— А когда было иначе? — он усмехнулся, — Тогда выдвигаемся завтра, не станем терять время. Сегодня отдыхать и готовиться к поездке.
Беренгар отпустил остальных, оставшись наедине с Изандро.
— Скажи, от Каетано вестей нет?
— Нет, никаких. Но я ему приказал пройти как можно дальше, поэтому не стоит ожидать, что он вот вдруг явится обратно. Отряд Сэлсо ушёл в горы, и тоже никаких вестей, но от него я их не жду. Он должен попытаться их перейти и войти на территорию Тинсу. Даже если он не сможет это сделать, то всё равно обратный путь займет уйму времени. А вот то, что разведчики, которых высаживали на побережье Мауле, не вернулись, мне не нравится. Я уверен, что они убиты или в плену. Лучше бы убиты, чтобы ничего не могли рассказать о нас.
Беренгар мрачно кивнул.
* * *
Джозу вышел на улицу и увидел стоящих рядом Алейо и Керро, с рукой на перевязи. Он был бледен, но выглядел лучше, чем вчера.
— Что там нас ждёт? — спросил его Алейо, — Куда теперь?
— В Тинсу. Выходим завтра. А сейчас пойдём к Андресу, проверим, как он там.
— Мы только от него. Он весь горит. Рана портится и выглядит скверно. Он умрёт в муках. Я предлагал помочь ему расстаться с жизнью, но он не согласен. А что ещё мы можем для него сделать? — заявил Алейо, — при таких ранах выжить практически невозможно. Тем более, даже если заживёт, то он так и останется с изуродованным лицом. По мне, так лучше умереть.
— Пусть сам решает.
Они отправились в дом, который занял Джозу, большое массивное здание в два этажа, стоящее немного особняком. Здесь на первом этаже разместили тяжело раненного Андреса.
Отворив дверь, Джозу скривился от ударившего в нос, тяжёлого духа гниющей раны. Андрес, с выражением муки на изуродованном лице, лежал на постели, не обращая внимания на происходящее вокруг него. От звука открывшейся двери, он даже не шелохнулся. Джозу подошёл к нему и осмотрел рану. Она и впрямь выглядела скверно, ещё хуже, чем пахла. Тяжёлый кинжал попал ему ниже левого глаза, пробороздив обе челюсти, попутно выломав зубы и искромсав ткань. Разорванная щека уродливо свисала сбоку.
— Да уж, дела не хороши, — Джозу покачал головой, — Гойо смотрел рану?
— Смотрел, — Керро махнул рукой, — из него лекарь, хуже чем из любого коновала. Он сказал, что ничего нельзя сделать.
— А Мейхор?
— Мейхор тоже смотрел, но ничего не сделал. Говорит, что зашивать нельзя, а то ещё хуже воспалится. Хотя куда уж хуже.
Андрес с мольбой глядел в лицо Джозу, и у него сжалось сердце.
— Постой, а помнишь, как Мейхор удивлялся в Мебе, что у них развита медицина. Может и здесь есть какие-то лекари?
— Может и есть, только где их тут искать?
— Отправь своего дикаря их разыскать, — раздался голос с лестницы, и высокая золотоволосая женщина спустилась к ним.
— Привет, Лорена. А где Чанти?
— Я не знаю, где он и знать не хочу. Что это за слуга, которого никогда нет, как только он нужен? Если этот старик исчезнет, я буду только рада.
— Помолчи. Чанти хороший слуга. Если ты его побаиваешься, то это не повод его упрекать.
Она фыркнула и отвернулась. За спиной Джозу
