получив полный уважения поклон от единорога — Селена с перестуком металла доспехов переложила меч в левую руку, удерживая его за рикассо.
— Повтори, Арк Шейд, — попросила волчица.
Все тридцать шесть фестралов предпочли выбрать себе новые имена и посчитали важным добавить в них что-то, связанное с тенями, тьмой, ночью или луной. Ей казалось это забавным, то, насколько много внимания смертные уделяют именам.
— Кристальное Королевство пало, да здравствует Кристальная Империя, — коротко ответил единорог. — Некий могущественный маг по имени Сомбра захватил власть, куда-то дев королеву. Впрочем, Мунсикер считает, что там все не так однозначно.
— Подробности? — Луна приподняла бровь. В навыках пегаса-аналитика она не сомневалась, но ей хотелось узнать больше.
— Сомбра провозгласил себя королем, а не императором, это раз. Кристальники почти никак не отреагировали, разве что немного попаниковали, это два. Наиболее боеспособные части грифоньей армии внезапно снялись с места и направились к северо-западной границе, это три. И четыре, все умбры, за которыми наблюдали наши, внезапно разом исчезли. Все, до единого. А, ну еще Сомбра выглядит ну очень интересно.
Единорог наложил на себя простую иллюзию, и Луна с Селеной смогли внимательно рассмотреть нового короля.
Первое, что бросалось в глаза — очень характерной формы рог, точь-в-точь как у фестральных единорогов ночной принцессы. Да и вертикальные зрачки тоже, как говорится, намекали. Сомбра прятал тело под пластинчатым доспехом и красной накидкой со свисающими тут и там кристаллами, что не позволяло рассмотреть телосложение или метку, но и того, что было, хватало, чтобы сделать выводы.
— Отлично, он умудрился повторить ритуал создания фестрала… Да еще и на себе. Блеск.
— Нет, — Селена чуть качнула головой. — Сложи это с отказом в истреблении умбр и их исчезновением.
— Ты шутишь, — Луна широко распахнула глаза.
— Если бы умела, — волчица с лязгом развела руками.
Она не стала молчать, разглядев в Сомбре куда более серьезную угрозу, чем даже амбициозных грифонов. Исчезновение королевы, резкая активизация воинственных птицекошек, исчезновение умбр… Селена не сомневалась, то были части чьего-то плана. Возможно даже Селестии, для которой мир в Эквестрии был важнее всех соседей, вместе взятых.
Нет, мысленно покачав головой, богиня отбросила вариант с участием солнечной принцессы. У той не хватало рычагов влияния на Кристальное Королевство, иначе бы она не продолжала столь упорно и безрезультатно проталкивать свои делегации послов. Да что там, она как минимум дважды лично отправлялась на север, надеясь, что хотя бы ее одну и без сопровождения пустят за барьер. Кристальники упорно цеплялись за изоляционистскую политику, и носа не высовывая за пределы барьера.
До сих пор.
— Думаешь, они решили выбраться в мир?
Ночная богиня ничего не ответила, изображая недвижимую статую.
— Ладно, предположим, — Луна потерла копытом висок, хмурясь и морщась. — Найт Винд все еще за барьером?
— Да, но собирался делать ноги. В донесении сказал, что если не выйдет на связь завтра, считать его погибшим, а Кристальную Империю — угрозой высшего порядка.
Селена поджала губы. Потеря одного из фестралов могла стать для Луны серьезным испытанием. В обычное время оно было бы полезно, но не сейчас, когда от холодного разума и взвешенности решений зависело слишком многое.
— Я… Я учту это, — глубоко вдохнув — и украдкой взглянув на волчицу — темно-синяя пони встряхнулась. — Будем надеяться, что он выберется. Что-нибудь еще?
— Нет, матушка.
— Тогда ступай.
— Служу из тени, — поклонился, приложив копыто к груди, Арк Шейд и истаял в воздухе черной дымкой.
— Найт Винд умрет, верно?
— Мне неведомы судьбы смертных.
— Ты… Не можешь подсмотреть? Спасти его?
Селена не ответила. Она могла, в этом не было ничего сложного для нее. Но она не собиралась настолько сильно вмешиваться в жизнь и дела пони. Кому суждено умереть — умрет, Луна не раз и не десять столкнется с гибелью своих подданных, и ей следовало быть готовой. Скорбеть по каждому можно, но рисковать всеми и тратить все силы, дабы вытащить кого-то одного — опасно. Волчица знала, маленькая принцесса поймет ее, но не была уверена, как скоро.
— О чем это я, конечно можешь, — Луна с тоской посмотрела в окно. — Но не будешь.
Ночногривая богиня молчала.
— Кем я буду, если во всем начну полагаться на высшие силы? Кем мы все будем? Придатком к богам, безвольными пешками. Они умрут… Рано или поздно. Селена, ответь, сколько они проживут? Имею в виду, в целом?
— Не больше двух веков. Вероятно, немного меньше.
— Двести лет, это много или мало? — принцесса закрыла глаза. — Более чем втрое больше среднего срока жизни пони. Бесконечно меньше, чем может прожить аликорн. Гр-р-р, я тут, знаете ли, речи толкаю, а она молчит!
— Могу спеть.
— Серьезно?
— Волчий вой песней считается?
— Не думаю…
— Тогда нет.
Луна надулась, глубоко вдохнула… И рассмеялась, вызвав у богини неподдельное удивление.
— Вы, смертные, во многом видите повод для смеха, да?
— Мы смеемся даже когда нам грустно. Смех сквозь слезы, все такое.
— Не понимаю.
Настала очередь Луны молчать, таинственно улыбаясь. Она успела понять, как именно мыслит лунная богиня, осознать ее логику и умение принимать даже тяжелые решения. Впрочем, аликорн подозревала, что для волчицы эти морально сложные выборы не были таковыми. Холодный разум и трезвый расчет царили в голове Селены.
— Селестия идет, — волчица рассыпалась облаком черного тумана, истаявшего, подобно утренней дымке. Луна, убедившись в стабильности наложенных иллюзий, подхватила телекинезом одну из стопки книг и погрузилась в чтение.
Дневная правительница, чеканя шаг и держа голову высоко поднятой, вошла в покои младшей принцессы и закрыла за собой дверь. Стоило щелкнуть замку, как она разом растеряла весь свой величественный вид, тяжко вздохнула и плюхнулась на мягкий ковер, подобно мешку с овсом.
— Чаю? — не отрывая взгляда от строк, осведомилась Луна.
— Нет времени. Что узнали твои пони?
— Что именно ты хочешь узнать?
То, что Селестия знала о фестралах, не стало новостью для ночной правительницы. Если бы ее сестра ничего не заметила, она бы наоборот, забила тревогу, все-таки ей недоставало опыта в подобных делах. То, что солнечная принцесса не высказала каких-либо претензий и не выдвигала обвинений, воодушевляло Луну куда больше любой похвалы.
— Кристальная Империя, Луна. Не время для игр!
— Я не играю, — холодно осадила сестру лунная принцесса. — Мои пони наблюдают не только за кристальниками.
— Луна, — Селестия подняла полный тревоги и страха взгляд. — Что там происходит?
— Не знаю… У меня там всего один наблюдатель, и он успел отправить только краткую выжимку. Он вернется завтра… Или не вернется никогда.
— Что ты планируешь?
— Если он не выйдет на связь завтра, я буду считать Кристальную Империю
