за ней по пятам трусил маленький зверек.
— Просто кричи, если что — то пойдет не так, — добавил им вслед Зев.
Но они оба знали, что она не закричит. Кас тоже не беспокоилась, что все может плохо пройти; она могла за себя постоять. Мадам Роза настаивала, чтобы посетители ее бара оставляли оружие у входа, поэтому у Кас больше нет лука — но у нее все еще есть метательный нож, спрятанный в ножны у бедра. Она также прихватила с собой во внутреннем кармане пальто пистолет для стрельбы дротиками, и Лорент обучил ее рукопашному бою. Поэтому Кас являлась оружием, к которому нельзя относиться с легкомыслием.
И, кроме всего, она почти рвалась в бой.
Пусть все пройдет плохо, подумала она.
Это даст ей еще один шанс разобраться со своими тревогами и беспокойством.
Она подошла к столу, на мгновение притворившись, что греется у огня, а затем опустилась на колени, чтобы погладить шелковистую шерстку лиса, прошептав:
— Можешь уловить запах человека, который только что сидел здесь?
Зверек принялся обнюхивать стул и пол под ним, лакомясь несколькими крошками упавшей еды. Мгновение спустя он поднял голову, и, фыркнув, побежал к лестнице.
За ним вверх по лестнице последовала Кас, стремясь по узкому коридору до последней комнаты слева. Сильверфут остановился у дверей комнаты, просунув под нее морду. Глубоко вздохнул и откинулся на корточки, выглядя довольным собой.
— Спасибо. А теперь возвращайся к Рее, — поблагодарила Кас, легонько постучав в дверь. — Со мной все будет в порядке.
Лис склонил голову, и его хвост выбивал неуверенный ритм по половицам.
— Беги же…
Дверь распахнулась.
Глава 5
СИЛЬВЕРФУТ УБЕЖАЛ, а Кас обернулась и обнаружила, что смотрит в пару бледно-голубых глаз. Лисий нюх очень точен; это точно был тот, мужчина, что пялился на нее ранее. Вблизи он оказался еще более внушительным. Не то чтобы Кас была маленькой, но чем дольше она смотрела на него, тем более крошечной и поглощенной его тенью себя чувствовала.
Он полугигант, что ли?
— Чем могу помочь?
Он уже начал раздеваться, удаляясь в свою комнату. Прекрасно сшитое пальто исчезло. Рубашка была расстегнута, но все еще облегала тело достаточно плотно, чтобы обнажить четко очерченные мышцы под ней. На нем все еще был серебряный браслет, а также перчатки без пальцев, которые часто носили те, кто обладал божественной магией. За ними прятались его запястья — и, таким образом, скрывали любой символ бога или духа, который мог быть там запечатлен. Символы были с человеком с рождения, как родимое пятно на запястье или ладони, которое светилось всякий раз, когда к нему обращались за силой, и его нельзя было удалить.
Раньше она не видела этих перчаток, и это немного выбило ее из колеи.
Какой магией он может обладать?
Маловероятно, что он рискнул бы использовать магию на ней в общественном месте — в конце концов, была причина, по которой такие люди, как он, скрывали метки в империи, — но возможность того, что он мог бы, все еще нервировала.
— Ну? — поторопил он.
Кас заставила себя отвести взгляд от его скрытой метки, какой бы она ни была. Она скривила губы в легкой улыбке.
— Мне… сказали, что тебе, возможно, нужно немного тепла в эту холодную ночь? Что ты хотел побыть в компании?
Его глаза сузились.
— Я не просил ничего подобного.
Она практически слышала, как Зев смеется над ней, даже по дороге сюда, но собралась с духом.
Она не проиграет пари.
С тем, что, как она надеялась, сойдет за кокетливое хлопанье ресницами, она понизила голос и сказала:
— Ну, возможно, ты могли бы, по крайней мере, оказать мне честь небольшой… беседой, пока я здесь.
Одна бровь изогнулась над холодными голубыми глазами. Его губы сжались в ровную линию, и в тусклом свете коридора было трудно сказать, был ли он заинтригован, удивлен или раздражен ее присутствием.
Скорее всего, все вместе.
Она чувствовала себя полной идиоткой, но далеко зашла в своей игре, чтобы останавливаться сейчас.
— Я знаю, что ты наблюдал за мной внизу, — ее тон внезапно стал менее соблазнительным и приобрел обвиняющие нотки.
Упс.
Однако, похоже, это сработало в ее пользу, потому что он прокашлялся и сказал:
— Верно. Да. Приношу свои извинения, если я заставил тебя чувствовать себя неловко. Мне просто было… любопытно.
— Любопытно?
Мгновение он выглядел так, будто все еще раздумывал, не захлопнуть ли дверь у нее перед носом. Но потом напряжение несколько покинуло его плечи, и он спросил:
— Ты отсюда?
Она была отовсюду и вообще ниоткуда: обычно таков был ее уклончивый ответ, который она давала на этот вопрос. Но она могла сказать, что он надеялся на утвердительный ответ, поэтому она кивнула и сказала:
— Я прожила в этом городе всю жизнь.
Он на мгновение задумался.
— Я хотел поговорить с местным жителем о некоторых вещах, но люди внизу были немного слишком…
— Нетрезвые?
— Именно.
Она вдруг почувствовала благодарность за все те поздние ночи, которые они с Зевом провели в бесчисленных других маленьких тавернах, подобных этой; она могла справиться со спиртным лучше, чем большинство.
— Я совершенно трезвая.
— Так я и понял.
— И все же ты не подошел ко мне.
— Передумал.
— Что
