***
Господин Дунк явился вечером, а вместе с ним разъярённый стервятник Бейли. Хорошо, что я вместо ужина приготовила глинтвейн. Он тоже калорийный и нервы успокаивает, делает человека храбрым…
– Я думал, ты умнее, Эмма… – по слогам выговорив моё имя, выплюнул Бейли. Его буквально потряхивало от негодования и бессильной ярости.
… пристав достал из портфеля документы, непрерывно утирая пот с морщинистого лба.
– Лорд Бейли, – отозвалась невозмутимо, наслаждаясь терпким вкусом глинтвейна. – Хочу напомнить, что вы больше не имеете права приходить в этот дом без приглашения. А я вас не приглашала, – произнесла торжествующе.
– А я говорил, – расхрабрился пристав. – На расписке ваша подпись, лорд Бейли, будьте благоразумны. Долг уплачен, и леди Овервуд в полном праве не только выставить вас за дверь, но и заявить на вас в Управление Порядка.
Бейли скрипнул зубами, сжимая кулаки, а я всё гадала, не лопнут ли его глаза от натуги? Вопреки предупреждению он шагнул мне навстречу и приблизился достаточно, чтобы я могла ощутить горький аромат мужского парфюма, который так превосходно сочетался с поганой натурой заносчивого лорда.
– Это позор, Эмма… – отчеканил он хрипло.
– Для меня всё позор, – отозвалась равнодушно, пригубив напиток.
– Ты ещё более коварная, алчная и хитрая, чем я предполагал…
– Кто бы говорил о коварстве и алчности, – невозмутимо упёрла ладонь в твёрдую грудь и подвинула лорда. – Позвольте мне забрать мои документы, – вымолвила, делая акцент на каждом слове, и взяла со стола бумаги.
– Поздравляю вас, леди Овервуд, – господин Дунк пожал мою руку, держа портфель под мышкой, и вежливо поклонился. – Всего доброго, надеюсь, мы с вами больше не увидимся при таких печальных обстоятельствах. Лорд Бейли?
В этот момент я была признательна приставу за то, что не спасовал перед стервятником и у него хватило достаточно мужества, чтобы увести его из моего дома.
– Когда тебя используют и выкинут на улицу, я не протяну руки, – зло-разочаровано выплюнул Бейли и выскочил на улицу, словно его ужалила пчела.
Допила остатки глинтвейна и, напевая незатейливую мелодию, отправилась вешать на стену расписку…
Император пришёл на рассвете. Как и обещал. С шахматами и в приподнятом настроении.
Я варила кофе.
– Проходите, Ваше Величество, располагайтесь, – произнесла, не оборачиваясь, мерно помешивая густой напиток в сотейнике. Аромат крепкого прожаренного кофе бодрил. Мне пришлось встать пораньше, чтобы предстать перед императором в подобающем виде.
– Ох, Эмма, как много в вас скрытых талантов, – раздался рокочущий голос за моей спиной. Волоски на затылке «зашевелились»… – Я не буду против, если наедине, вы будете звать меня Сайрон, это значительно упростит общение между нами.
Поднялась пена, и я выключила жаровню. Сняла сотейник и через мелкое сито перелила напиток в кофейник.
– Как вам будет угодно, – отозвалась бесстрастно, разливая кофе по голубым из хрупкого фарфора чашкам.
– Нет-нет, милая Эмма, – раздался рядом вкрадчивый смешок. Меня тронули за подбородок, вынуждая смотреть в глубокие чёрные глаза. – Никакого официоза. Это важно для лучшего достижения результата.
– Хорошо… – вымолвила неожиданно севшим голосом. Дернула головой и жестом пригласила за стол. – Прошу. Я могу приготовить для вас что-нибудь лёгкое, вроде тоста с тунцом. Сама я не привыкла завтракать так рано, мне нужно время, чтобы организм пробудился.
– Оставим трапезу на потом, – решительно настроено произнёс император, садясь за стол.
Поставила перед ним чашку, звякнув ложечкой по блюдцу, и устроилась напротив, приготовившись учиться. Император расставлял фигуры на шахматной доске, по ходу объясняя правила.
Какие фигуры как называются и ходят, что следует учесть, кто начинает первым, сколько времени отведено на игру. Он даже принёс часы…
– Для удобства вы можете записывать ходы, – произнёс величество и протянул мне блокнот с ручкой. – Будет превосходно, если вы запомните названия каждой клетки на поле. Также я принёс небольшое пособие по игре, в нём расписаны самые популярные шахматные дебюты, которыми непременно стоит пользоваться, чтобы получить преимущество с первых ходов, – он вытащил из-за пазухи песочного камзола тонкую потрёпанную брошюру и протянул мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отложила её в сторону, чтобы не отвлекаться. У меня ещё будет время изучит её как следует, со всей тщательностью и ответственностью.
– Ваши противники, Эмма, будут применять дебюты, и чтобы им противостоять, мало знать, как какая фигура ходит. Основная задача – поставить королю «мат», поэтому его следует защищать. И не стоит подставлять ферзя, потерять его – всё равно, что совершить глупость. Но ферзём может стать пешка, дошедшая до края «вражеского» поля, но давайте по порядку…
Меня затягивало. Затягивало общение с императором, затягивала игра с ним. И я говорю не только о шахматах… Игра взглядами, жестами, словами…
Моя кожа горела. В груди сконцентрировалась покалывающая энергия, я сама, словно превратилась в энергию. Не покидало чувство, что наши ауры сталкиваются и воздух искрит…
Я жадно впитывала каждое слово императора, боясь разочаровать его, не оправдать надежд, оказаться бесполезной. Во время обучения он казался суровым и холодно отстранённым, но временами я ловила на себе задумчиво-одобрительные взгляды.
Пробная игра увенчалась моим поражением. И следующая.
– Давайте попробуем ещё, – попросила спокойно, не желая показывать, что от напряжения разболелась голова.
– Мне нравится ваше упорство, – скупо похвалил император, а в душе всё равно затеплилась радость. Я привыкла самоотверженно отдаваться любому делу и сильно разочаровывалась в себе, если что-то не выходило. Злилась.
Спустя три партии я наконец лучше стала понимать принцип игры, стала продумывать свои ходы и просчитывать чужие. Император предложил ничью.
– Давайте на сегодня закончим, – чутких губ коснулась невесомая солнечная улыбка. – Вы превосходно справляетесь, Эмма. Признаться, я не ожидал таких поразительных результатов в первый день. Но с дебютами вам будет проще, поверьте.
– Я всё выучу, – произнесла серьёзно, взглянув на брошюру.
– Уже завтра вам следует прибыть во дворец, – произнес император и снова полез за пазуху, но уже с другой стороны. Подозреваю, что карманы у его камзола бездонные. – Это список и краткая характеристика всех участниц отбора, ознакомься перед сном. Все данные, которые я и мой «пёс» смогли собрать.
– Спасибо, Сайрон, я буду спокойнее себя чувствовать, если буду знать хоть что-то о своих соперницах.
– Произнеси ещё, – хитро улыбнувшись, попросил он, подавшись навстречу. – Давай. Моё имя из твоих уст звучит по-особенному. Хочу услышать это ещё раз.
Спешно отвела взгляд, покусывая внутреннюю часть губы и прочистила горло.
– Прошу прощения, если мы закончили, я бы хотела начать подготовку.
– Ах, Эмма!.. – притворно вздохнул величество, хватаясь за грудь. – Вы разбиваете мне сердце.
– Ничего подобного, – отозвалась иронично, вставая из-за стола.
– И даже не предложите остаться на обед?
– Увы, мне нечем вас потчевать, – развела руками, лишь сильнее раззадоривая императора.
– Тогда прошу, составьте мне компанию, – протягивая ладонь, попросил он.
Непонимающе склонила голову, а император пояснил с улыбкой.
– Здесь недалеко есть восхитительная таверна. Я угощаю.
– Мне следует переодеться, – произнесла сдержанно, не спеша вкладывать свою ладонь в его. – Если вы готовы подождать…
– Я готов, – глаза императора сверкнули азартом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он спрятал руки за спину и снова сел за стол, а я исполнила книксен и поспешила наверх, ощущая лёгкое волнение…
6.
Я совру, если скажу, что надела первое подвернувшееся под руку платье и вышла в нём к императору. Нет. Я всегда тщательно подходила к выбору наряда для выхода не только в свет, но и на обычную прогулку.
