Слегка закусила губу, набираясь решимости, и произнесла:
– Вы можете как-то, с помощью своих людей, выяснить, было ли то брачное соглашение между Фредериком и лордом Байром действительно фальшивым? А причиной пожара была гроза, как мне сказали служащие, а не что-то другое…
– Зачем вам это? – флегматично поинтересовался император. – Прошлое нельзя изменить, вряд ли, узнав правду, что-то изменится.
– Верно, – согласилась я. – Но я хочу знать её по необъяснимой причине, мне нужно…
Император саркастично усмехнулся:
– Ну раз так, это в корне меняет дело. Постараюсь что-нибудь разузнать.
– Спасибо, – выдохнула, исполняя реверанс и едва не ойкнула, когда мою голову приподняли, удерживая пальцами за подбородок, вынуждая смотреть в пронзительно-чёрные глаза.
– Не грустите, Эмма, вам это ни к лицу, – глубокий, густой голос императора обволакивал. Только усилием воли отступила назад, сбрасывая с себя наваждение.
– Спокойной ночи, Ваше Величество, – произнесла уверенно.
– Спокойной ночи, Эмма, – император наградил меня веселящимся взглядом и удалился, забирая с собой гвардейцев.
Заперла за ним дверь на засов и устало поплелась наверх. В ванну. Как и мечтала это сделать. Впереди меня ждёт множество испытаний, но главное – позади.
О, да, я бы хотела посмотреть на лицо этого стервятника Бейли в момент, когда Император вернёт ему долг и объявит меня своей невестой. Но достаточно и того, что он наконец забудет обо мне. Перестанет преследовать, как безумный. Одержимый одной единственной целью. Поставить меня на колени…
А принцессы… не думаю, что меня воспримут всерьёз, как реальную соперницу. Кто я и кто они? Думаю, можно будет это использовать как преимущество и действовать, пока меня не воспринимают серьёзно. Наверное, император тоже на это рассчитывал и был уверен, что я догадаюсь.
В груди появилось знакомое чувство. Чувство преданности и желание быть полезной своему спасителю. Это мы уже проходили, но как странно вновь ощущать подобное. Пожалуй, за это даже можно выпить…
***
Сайрон вышел на улицу, глубоко вдыхая ночной прохладный воздух, и подал гвардейцам сигал, чтобы расходились. Сейчас охрана ни к чему. Она нужна была только для того, чтобы не пускать на территорию поместья посторонних, чтобы никто не узнал, не подслушал случайно его разговор с вдовой.
Лукаво улыбнувшись, не торопясь двинулся по садовой дорожке, мимо цветущей вишни и абрикосов. Аромат цветения щекотал обоняние, вызывая желание отведать свежих фруктов.
Хотя, признаться, вдова не дурно готовит.
«И не дурна собой…» – мысленно усмехнулся, вспоминая прекрасный образ леди Овервуд.
Ещё на балу, она сразу привлекла внимание. Волнистые волосы цвета меди, глаза, словно сверкающий на солнце песок, такие тёплые и манящие. Утончённая, с безупречными манерами и умением подать себя аристократка. Но кто бы мог подумать, что эта истинная леди родилась и выросла на улице?.. заняла чужое место…
Загадка и впрямь интригующая. И всё же, если история правдива, а какой смысл вдове самой на себя наговаривать, граф Овервуд превосходно её воспитал. Приложил не мало усилий для её развития и достойного выхода в свет. Его заслуга безусловна, неоспоримый факт, но и Эмма, кем бы она ни была в прошлой жизни, очень талантливая и умная женщина, которая легко и быстро обучается. Иначе бы у графа попросту ничего не вышло.
– Дес, – усмехаясь, позвал, когда вышел за пределы поместья и убедился, что переулок безлюден.
Сначала, как и всегда, по земле начала стелиться тьма.
Густые клубы тумана, насыщенно пепельного цвета, которые, казалось, можно потрогать. Но лучше этого не делать. Тьма не любит, когда её тревожат. Если ты не дитя Бездны, конечно…
Из тумана вывалился верный «пёс» императора, застёгивая на ходу рубашку, в нательных штанах и босиком. Всклокоченный и злой, вызывая смех.
– Проклятье тебя раздери, Сайрон! – возмутился он, а тьма под ногами недовольно зашипела… – Признайся уже, ты специально присылаешь зов посреди ночи? – спросил уже спокойнее. В темноте сверкнули опасные янтарные глаза…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сайрон заложил руки за спину и качнулся на пятках.
– Развлекался со своей красавицей женой?
– А вот это тебя не касается, – отозвался «пёс» бесстрастно, убирая тьму. – Давай, что на этот раз?
Подавил улыбку и жестом пригласил прогуляться, не переживая, что друг может замёрзнуть. Такие, как Дес, не мёрзнут…
– Передавай Делле мои искренние сожаления.
– Она не верит в твою искренность, – ровно отозвался друг, но как показалось, в голосе скользнула гордость. Гордиться действительно есть чем. А точнее кем. Его жена на редкость бесстрашная и умненькая. – Я узнаю причину, по которой ты позвал меня? Или мы будем гулять до утра? Я не в романтическом расположении духа…
Сайрон подавил усмешку.
– С каждым годом, ты становишься всё человечнее. И неплохо напрактиковался в иронии. Это не может не радовать.
– У меня хороший учитель, – едва заметно улыбнувшись, отозвался Дес. – А теперь, к делу, – и снова стал собранным и хмурым.
Чёрные глаза Сайрона сверкнули пламенем. Он демонстративно снял перчатку и вскинул бровь…
Без лишних слов Дес закатал рукав рубашки, протянул руку и зажмурился, когда Сайрон взялся за неё.
Воспоминания сегодняшнего вечера кружили подобно вихрю, вызывая лёгкую тошноту. Дес явственно видел всё, что видел сегодня Сайрон. И слышал. Каждое слово.
– Жаль, что я не могу просто так проделывать такое же с людьми, чтобы не тратить время на разговоры.
– Даже не думай… – хрипло выдохнул Дес. – Любой сразу догадается, что что-то не так.
– Но я бы коснулся леди Овервуд… – протянул мечтательно. – Её тайная жизнь безумно интригует. Хотелось бы узнать побольше о её отношениях с Фредериком…
Дес осуждающе покачал головой и вздохнул.
– Если бы ты считывал воспоминания без отката… другое дело, – и не спрашивая разрешения, схватил Сайрона под руку и утащил в туман.
Ему разрешались подобные выходки…
Вышли уже в императорских покоях, где никогда не находилась прислуга. Из-за таких вот внезапных перемещений.
Дес сразу направился к столу, на котором стоял графин с водой.
– И чего ты хочешь, показав мне это? Узнать моё мнение?
– Возможно, – уклончиво отозвался Сайрон, снимая камзол и сапоги.
– Думаю, ты сильно рискуешь, – Дес жадно осушил графин и пустой поставил обратно. – Этой вдове не привыкать идти на обман. Кто-нибудь, во время отбора, предложит ей условия получше, и она запросто предаст тебя.
Сайрон недоверчиво прищурился.
– Эмма? Не думаю. Ты же знаешь, я редко, когда ошибаюсь, точнее… – деланно задумался, проходя и усаживаясь в кресло, возле потухшего камина. – Точнее, я никогда не ошибаюсь, – самодовольная улыбка вышла почти счастливой. С безуминкой…
– Тогда, что тебе нужно, если не моё мнение? – устало спросил Дес, прислонясь к столу.
– Последняя просьба вдовы, – уже серьёзно произнёс Сайрон, смыкая ладони пальцами друг к другу. – Выполни её. Найди мне этот брачный договор и людей, что прибыли на пепелище. Хочу знать всё об этом происшествии.
– И ради этого ты выдернул меня посреди такого гм… важного мероприятия? – обречённо поинтересовался друг.
Сайрон спиной ощущал его негодование.
– Не только. Ты будешь приглядывать за Эммой на отборе. Подозреваю, что её захотят убрать…
– Вполне вероятно, – согласился Дес и взмахнул рукой, призывая тьму. – Утром займусь твоей просьбой.
– Это не просьба, – усмехнулся Сайрон вслед. Тьма исчезла и Дес вместе с ней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Потянулся, разминая затёкшие мышцы, и взмахнул рукой. С пальцев сорвались языки пламени… Жадно набросились на сухие поленья и уже через несколько мгновений камин весело потрескивал.
Сайрон откинул голову назад, прикрывая глаза, и умиротворённо выдохнул.
