Шайн Катриона тоже рассмеялась, проворно вытащив из его кошелька часть денег, и приготовилась вернуть его хозяину. Кровь застыла у нее в жилах, когда перед ней неожиданно появился Гэмел, встав между ней и ее жертвой. Хотя он не мог видеть кошелек, который она держала в руке, Шайн Катриона мгновенно поняла, что он в курсе ее действий. Это явственно читалось в его зеленых глазах. Она с трудом подавила инстинктивный порыв бежать.
– Осторожнее, приятель, – благодушно заметил обворованный мужчина. – Я бы на твоем месте подумал, прежде чем пялить глаза на женушку фокусника.
– А что, он превратит меня в жабу? – отозвался с усмешкой Гэмел, вызвав добродушный смех мужчины.
Несмотря на острое желание пронзить обоих кинжалом, Шайн Катриона устремила на Гэмела умоляющий взгляд.
– Пожалуйста, сэр, – прошептала она.
– Надеюсь, вы не откажетесь выпить со мной, мистрис Катриона, – любезно произнес Гэмел, пройдясь кончиками пальцев по ее заалевшей щеке.
Внезапно она поняла, какую плату он потребует за то, чтобы держать язык за зубами относительно ее занятий.
– Идемте, – негромко скомандовал он, взяв ее под руку. – У мастера Макадама отличная медовуха.
– О да, – поддакнула ее жертва. – Надо бы и мне промочить горло. Эй, – пробормотал он, – а где мой кошелек?
С ловкостью, выработанной годами, Шайн Катриона нагнулась, и кошелек вдруг оказался на полу.
– Вы уронили его, сэр. – Она подняла кошелек и вручила его мужчине. – Наверное, он выпал из вашего кармана, когда этот господин протиснулся между нами. Вам следует надежнее прятать свои вещи.
– Должно быть, так и было. А я уж испугался, что воришки добрались до заведения Макадама.
– Что вы, сэр. Он никогда этого не допустит.
– Идемте, – настойчиво повторил Гэмел. – Вас ждет выпивка. Считайте это ответом на гостеприимство, которое вы оказали нам вместе с мастером Магнусом прошлым вечером.
Вынужденная подчиниться его нежной, но твердой руке, державшей ее за локоть, Шайн Катриона сунула деньги Бэрри, который кинулся прочь, чтобы спрятать краденое. Хотя она была осторожна, как всегда, взгляд Гэмела проследил за этим мимолетным движением, укрепив ее в убеждении, что ему все известно. Она отметила, что Фартинг видел, как Гэмел повел ее к своему столу и усадил рядом с собой на короткую скамью, предназначенную скорее для одного, чем для двоих.
– Я восхищен вашими разносторонними дарованиями, – сказал он, устремив на нее иронический взгляд.
– Спасибо, сэр, – отозвалась Шайн Катриона с напускной бравадой, молясь, чтобы все обошлось без скандала и неприятностей.
Закончив очередной фокус, Фартинг отделался от желающих продолжения и решительно направился к столику, за которым сидела Шайн Катриона. Ему не понравилось самоуверенное выражение лица Гэмела. У рыцаря был такой вид, словно он знал, что игра окончена, причем в его пользу.
Подойдя к столу, он уперся ладонями в его гладкую поверхность и слегка подался вперед.
– Я не думал, что вы такой непонятливый, сэр Гэмел. Она моя.
– Она воровка, – парировал Гэмел, хотя и достаточно тихо, чтобы никто из окружающих не слышал.
Фартинг бросил взгляд на Шайн Катриону и побледнел, когда она кивнула. Каким-то образом Гэмел узнал, чем она занимается, и теперь собирался воспользоваться этим открытием к своей выгоде. С холодной и тягостной ясностью Фартинг осознал, что рыцарь прав, будучи уверен, что одержал победу. Теперь у него имелось оружие, которое Фартинг не мог отразить.
– Вы собираетесь обвинить ее в воровстве? – спросил он, переведя взгляд на Гэмела.
– Я могу это сделать, – небрежно отозвался тот, пройдясь костяшками пальцев по щеке девушки.
– Но можете и не делать. – Нетрудно было догадаться, что станет предметом сделки, и Фартинга захлестнул гнев.
– Могу и не делать, – согласился Гэмел, невозмутимо встретив его холодный взгляд.
– А какова цена вашей уступчивости?
– Она проведет эту ночь со мной.
– То есть вы не станете обвинять ее в воровстве, если переспите с ней, как с обычной шлюхой? – В глазах Гэмела мелькнуло сожаление, даже вина, но Фартинг знал, что бесполезно пытаться сыграть на них.
– Если она проведет эту ночь со мной, – поправил Гэмел.
– Сдается мне, что вы блефуете, сэр рыцарь. Вы слишком сильно желаете ее, чтобы подвергнуть подобному риску.
– Да, я отчаянно желаю ее. Но бывают ситуации, когда человек желает чего-то настолько сильно, что готов на все, лишь бы получить желаемое. Хотите проверить степень моего желания?
Фартинг молчал, борясь с вспышкой ярости, туманившей рассудок. Ему хотелось убить негодяя на месте, но Шайн Катриона переключила его внимание на себя, накрыв своей мягкой ладонью его крепко стиснутый кулак.
– Ты всегда учил меня взвешивать все обстоятельства, прежде чем делать выбор. – Она подняла руки ладонями вверх, изображая весы. – Здесь то, что сэр Гэмел требует за свое молчание. – Она слегка опустила левую руку. – А здесь клеймение, тюрьма, надзиратели, которым позволено делать с арестантками все, что они пожелают, а также вероятность того, что от меня потребуют назвать имена сообщников. Смогу ли я хранить молчание, учитывая их способы дознания? Кроме того, вполне возможно, что я лишусь руки, а может, и жизни. – С каждым доводом Шайн Катриона все ниже опускала правую руку, пока та не коснулась стола. – Добавь сюда угрозу твоей жизни и жизням близнецов – и выбор очевиден, – подытожила она, подняв глаза на искаженное мукой лицо Фартинга. – Настолько очевиден, что его, в сущности, и нет.
– Почему же? Я могу прикончить этого мерзавца, – хрипло произнес Фартинг, потянувшись к своему кинжалу, но она перехватила его руку.
– Пожалуйста, Фартинг. Я не хочу, чтобы из-за меня пролилась кровь. Умоляю тебя, смирись.
Фартинг издал возглас, в котором смешались гнев и досада, и выпрямился. Он видел, что она приняла решение, и не мог помешать ей, не подвергнув их всех серьезной опасности.
– Я буду прямо под окнами. Только позови, и я примчусь. Даже если мне придется выломать дверь. – Смахнув со стола кружки, с грохотом разбившиеся о пол, он круто повернулся и зашагал к выходу.
Шайн Катриона инстинктивно попыталась последовать за ним, но Гэмел удержал ее на месте.
– Белдейн, Бэрри, – сказала она, обращаясь к близнецам, растерянно наблюдавшим за ними. – Идите за Фартингом. Побудьте с ним.
Мальчики послушно направились к двери, и она проводила их долгим взглядом. Тем временем служанка убрала осколки посуды, разбитой Фартингом, и принесла выпивку. Взглянув наконец на спутников Гэмела, Шайн Катриона заметила, что они совсем не в восторге от его действий. Если Гэмел ощущал такую же неловкость, то умело ее скрывал.
