голос. — Дикие люди — остановитесь или будете зачищены вместе с муравьями!
— Убирайтесь сами! А то отведаете свеженьких грибочков, проклятые поработители! — раздалось из-за кустов.
Командир рванул меня за руку и потащил к «пушке».
— Люди — остановитесь! — продолжал гавкать в рупор командир пчелиного отряда. — Мы предоставим вам необходимую медицинскую помощь и безболезненную стерилизацию!
— Хрен вам, а не стерилизация! — заорали в ответ партизаны. — Сдохните!
Пушка плюнула чем-то вроде разноцветных конфетти. Две передних пчелы поросли вдруг уродливыми красными побегами и в судорогах повалились на землю.
— Хрен с вами, дикие люди, — констатировал голос. — Переходим к распылению инсектицидов. Всем надеть противогазы!
— Но там же Максим Владимирович! — раздался крик Вики. — Там медсестра Маша! Спасите их!
— Нецелесообразно, — отозвался другой голос. Наверное, это был какой-нибудь пчелиный офицер. — Если мы попытаемся спасти двоих, это может привести к трёх-четырёхкратным потерям среди личного состава. Возможна утрата от шести до восьми особей. Наденьте противогаз, уважаемый мутуал. Вы находитесь под защитой особого корпуса Экзополиса.
— Я не хочу! Пустите! Максим Владимирович! — истошно закричала Вика.
«Ну, хоть она в безопасности, — подумал я со странным облегчением. — Вот же как совпало: доктор — Максим Владимирович, и я — Максим Владимирович...»
Глава 11. Родион
Боевые товарищи были совсем рядом — метрах, может быть, в тридцати.
Казалось: один рывок — и люди спасены. Они успеют отойти вглубь леса, прикрывая отступление мощными выстрелами пушки.
Муравьям и пчёлам есть чем заняться и без людей, а потому — вряд ли много сил будет выделено на преследование «презренных дикарей».
Родион бился, словно машина, не ощущая усталости. Рубил муравьёв и пчёл направо и налево. Он даже не смотрел в сторону своих. Шёл на звук. Слышал, как бахала грибная пушка, распространяя споры быстрорастущих грибов-паразитов, и рвался на этот замечательный «бум».
Людям споры грибов были не опасны, а вот насекомым приходилось несладко. Грибы с поразительной скоростью прорастали в их тканях, парализуя и пчёл, и муравьёв. Потому Родион совершенно не опасался «дружественного огня».
Его легендарное мачете было покрыто слоем зеленоватой слизи, как и он сам был уже с ног до головы вымазан в том, мерзком, что заменяло кровь этим проклятым инсектам.
Взмах, удар! Шлёп, чавк! Хрусь — отлетела ещё одна муравьиная конечность.
Рядом с командиром двумя короткими клинками бился его говорливый помощник Спица. Он успел кинуться к командиру. Перебежал поляну, пока лавина муравьёв ещё не успела захлестнуть передние ряды пчелиных бойцов.
На лице Спицы застыл злобный оскал. Это в обыденной жизни он был суетливым и взбалмошным, в бою парень рубил инсектов в капусту.
Хрясь!.. Дыхание перехватило от сильного удара, и Родион хватанул воздух ртом. Лёгкие наполнил противный едкий запах. Вот же паучья пасть! Пчелы-таки перестроились в боевой порядок и начали распылять инсектецид!
Командир надеялся, что муравьи опрокинут первые ряды с пчёл с распылителями, но судьба перестала вдруг улыбаться.
Одно хорошо — на муравьёв яд действовал сильнее, чем на людей. Сейчас их поток схлынет.
Родион натянул платок с шеи на лицо, закрывая рот и нос со вставленными в него фильтрами.
«Ничего, ещё побарахтаемся!» — подумал он, радуясь, что ребята из полевой лаборатории вовремя сделали противоядие и заранее ввели его всем бойцам, кто ходил в разведку. Противоядие экспериментальное, конечно, но если не предотвратит, так хоть замедлит отравление.
Муравьи стали корчиться в судорогах, и Родион остановился на мгновение, что осмотреться вокруг.
Поляна была сплошь покрыта трупами. Большей частью — инсектов, но и людей, к сожалению, тоже.
Товарищи не бросили командира. Они тоже прорывались к нему. И теперь Николай Васильевич и Оксана, истерзанные жвалами муравьёв, лежали совсем рядом, не добравшись до Родиона всего десяток шаров.
Зеленоватая слизь смешивалась с их красной кровью и пропитывала жухлую короткую траву.
На небольшом отдалении Родион заметил Вику. Девушка билась в руках пчелы, которую называла «Машей».
На Вике был надет инсектский противогаз, и «Машу» она, скорее всего, развязала сама.
Но как они уцелели? А где док?
Родион повертел головой и нашёл глазами этого странного парня.
Доктор Максим, похоже, пытался прорваться к Вике. Он бился с яростью попавшего в сети паука. Раздобыл мачете и размахивал им, рассекая воздух перед собой так, что никто из противников не мог к нему даже приблизиться.
Уловив движение сбоку, Родион взмахнул мачете, и оно с хрустом погрузилось в тело подобравшегося слишком близко муравья. Тот двигался неестественно медленно, с трудом переставляя лапки.
Зато пчёлы уже оправились от атаки муравьёв и стройными рядами двинулись вперёд прямо по трупам! Людям нужно было отступать! Срочно!
Рядом коротко вскрикнул Спица. Родион обернулся и увидел, как один из пчелиных бойцов вынимает из груди Спицы своё острое жало, измазанное человеческой кровью. У помощника запузырилось на губах красное, он захрипел и повалился на траву.
Родион громко заорал и рубанул пчелу по выпуклым фасеточным глазам.
Брызнула слизь, мачете увязло в голове пчелы по самые жвалы. Командир с усилием выдернул оружие из трупа и принялся рубить врагов с удвоенной яростью.
Пчелиные бойцы всё прибывали и прибывали. На помощь отравленным муравьям ползло подкрепление... И Родион понял, что людям не выстоять. У инсектов было многократное численное превосходство.
«Ну, хоть заберу с собой побольше этих тварей», — подумал командир «Отторжения» и бросился в сторону доктора Макса, которого повалили на спину две здоровенных пчелы!
Одним ударом он снёс одному инсекту башку, рубанул поперёк тонкой части тела другого и поднял Макса на ноги.
Глаза у доктора были безумные. Родион прочитал в них страх и ярость, но также и радостный азарт.
— Прям, как в мморпг! — непонятно сказал Макс и бросился туда, где «Маша» вцепилась в Вику и пыталась оттащить её под защиту пчелиных бойцов.
Родион выругался, но спасать ему надо было своих, а не этого дикого доктора.
Люди гибли один за другим. Замолчала грибная пушка. Однако командир уже почти добрался до кустов, отрубая по пути конечности и головы.
Возле пушки, топчась по телам его людей, пританцовывали два муравья.
Двумя быстрыми ударами Родион расправился с врагами и встал к орудию.
Зарядов оставалось немного, но командир старался целиться так, чтобы ни один из них не пропал зря.
С этого места поле боя было как на ладони. Родиону было хорошо видно, как Вика вырвалась из лап медсестры и рванула прямо в
