— Вам было велено оберегать эту девушку, пока не прибудет Росс, и затем быстро вернуться ко мне. — Сэр Джайлс только сейчас заметил, что его неожиданный посетитель чем-то очень взволнован. — Что случилось, Эшкрофт? Какая-то неприятность во время вашей поездки в Париж?
— Нет, сэр. Все прошло как нельзя лучше. Мы прожили в Париже два дня, когда я впервые услышал об этом. Я посоветовал мисс Катрин сразу же вернуться в Англию, но она даже слышать об этом не хотела. Она сказала, что мы не знаем наверняка, верны ли эти слухи, но если они подтвердятся, то разоблачение предателя тем более необходимо.
— Какие слухи, Эшкрофт? — нетерпеливо спросил сэр Джайлс, теряя самообладание.
— Наполеон сбежал с острова Эльба и направился прямиком на Париж! — Он немного помолчал и добавил: — Те, кто не придает этому особого значения, считают, что Наполеон не представляет собой угрозы. Но есть и такие, кто думает по-другому. В Париже паника, особенно среди иностранцев и тех, кто открыто выступал за возвращение на трон Бурбонов.
Сэр Джайлс, помрачнев, подошел к камину.
— Что я должен сделать, сэр, — спросил Эшкрофт, — поехать в Париж за девушкой и привезти ее сюда? Она могла бы пуститься в обратный путь под своим именем. Никто не обратит внимания на англичанку, которая спасается бегством от этого монстра Наполеона, тем более что сейчас бегут сотни иностранцев.
Воцарилось долгое молчание.
— Нет, оставайтесь в Лондоне. Мы должны, прежде всего, выяснить, что случилось с майором Россом. Раньше он никогда не подводил меня… Я молю Бога, чтобы Росс не подвел меня и на этот раз!
Катрин стояла у окна и в быстро наступающих сумерках старалась рассмотреть, что происходит на улице. Стало гораздо меньше карет и пешеходов. Не чувствовалось уже такой паники, которая охватила город два дня назад. Это потому, подумала она, что многие уже уехали, а оставшиеся тоже собираются в дорогу.
Не ошиблась ли она, решив остаться в Париже? — спрашивала себя Катрин по нескольку раз в день с тех пор, как мистер Эшкрофт вернулся в Англию две недели назад. Он уговаривал ее поехать вместе с ним, так как считал, что из-за непредвиденного поворота событий их и без того опасное предприятие необходимо отложить. Но она решила остаться. Дни шли, а с ними таяла надежда на успех. Вот если бы человек, назначенный сэром Джайлсом сопровождать ее обратно в Англию, приехал, тогда бы появилась реальная возможность довести начатое дело до успешного конца. К сожалению, сейчас оно казалось совершенно невыполнимым.
Скрипнув, дверь открылась, и вошла женщина средних лет, взявшая на себя всю заботу о ней. Мари Дюбуа выглядела сейчас несчастной. Холодок, с которым поначалу ее встретила Мари, быстро исчез, и их отношения стали теперь дружескими и доверительными.
— Я заказала ужин, мадам Дюран, — нарочито громко объявила она, чтобы ее слышали трактирные слуги, — и велела, чтобы стол накрыли прямо здесь.
Хотя Катрин в какой-то степени чувствовала себя под домашним арестом, она хорошо понимала, что Мари делает это из предосторожности. Она очень правдоподобно исполняла свою роль преданной служанки жены процветающего французского торговца. Катрин, со своей стороны, должна была изображать преданную жену, с нетерпением ждущую возвращения мужа с юга Франции, чтобы вместе вернуться домой. К сожалению, к этой роли она привыкала с трудом и часто просто забывала, что должна выдавать себя за француженку, и в разговоре переходила с французского языка на родной.
За сравнительно короткое время произошло столько важных событий, что голова у нее шла кругом. С той минуты, когда она согласилась участвовать в разработанном сэром Джайлсом плане разоблачения предателя, ее спокойному и однообразному существованию пришел конец.
Катрин хорошо помнила то время, когда они с баронетом обсуждали детали ее тайного отъезда из Бата — без какого-либо сопровождения, чтобы не вызвать ни у кого подозрений.
На другой день Катрин, распрощавшись с родственниками в Гэмпшире, уехала, как и намеревалась, в Бат, а через неделю получила письмо, в котором содержалось приглашение погостить у школьной подруги. Через несколько дней в Бат приехала мисс Эшкрофт, которая представилась тетей подруги. Она заявила категорическим тоном, что будет сопровождать Катрин до самого дома своей племянницы и поэтому ни компаньонка, ни служанка Катрин не нужны, так как у тети подруги своих слуг более чем достаточно.
Разумеется, Брайди сказала, что ни за что не отпустит Катрин одну, но мисс Эшкрофт вела себя так властно и высокомерно, что все попытки верной служанки поехать вместе с Катрин окончились ничем.
Мисс Эшкрофт отвезла Катрин во Францию, и там их встретила новая участница опасного предприятия, Мари Дюбуа, а мисс Эшкрофт вернулась в Англию. Катрин, выдававшая себя за жену богатого французского торговца, Мари Дюбуа и мистер Эшкрофт отправились в Париж, где им предстояло дождаться «мужа» Катрин.
Все шло как по маслу. Сэр Джайлс предусмотрел все до мельчайших деталей. Но он был не в состоянии предугадать неожиданный поворот событий, которые произошли, когда Катрин была уже в Париже, и свели на нет всю тщательно продуманную стратегию действий по разоблачению предателя.
Катрин, тяжело вздохнув, отошла от окна и села за стол.
— Я думаю, Мари, мы должны признать, что сэр Джайлс, к сожалению, теперь вынужден отказаться от своего плана. Я завтра же начну собираться обратно в Англию.
— Правильно, — прошептала Мари по-английски. — Не хотела вам это говорить, но когда я сегодня спустилась вниз, то слышала разговор, что, хотя французский король и пошлет войска, чтобы преградить путь Наполеону, тот войдет в Лион без единого выстрела, так как в армии много его сторонников.
И тут раздался стук в дверь.
Глава пятая
Мари растерянно смотрела то на Катрин, то на высокого мужчину, не в силах решить, кто же из них больше потрясен неожиданной встречей. Глаза цвета морской воды сверлили мужчину гневным взглядом, в то время как в карих глазах светилась откровенная угроза. Пока Мари размышляла над этой непростой задачей, высокий джентльмен, которого она так радушно встретила, вошел в комнату и закрыл за собой дверь.
— Рад видеть вас, Мари. Сколько воды утекло с тех пор, как мы виделись в последний раз! — сказал он по-французски, и Катрин вынуждена была признать, что он говорит и держится, как настоящий француз. — Прошу извинить за вынужденное опоздание. Представляю, что пришлось испытать моей… э… очаровательной жене за эти дни.
Мари заметила, как девушка, прежде такая приятная в обращении, демонстративно повернулась к пришельцу спиной.
