своих оппонентах на дуэлях?), но и разбираться во многих других вещах.
Хммм… А вот это занимательная идея. Спорю на что угодно, в здешних реалиях жить благородным намного проще и легче, нежели в тушке «грязного простолюдина». А уж если особа титулованная, то и вовсе лафа.
Тут тебе и замок, и целый штат слуг, что и обед сготовят, и постель застелют, и воды натаскают и подогреют для мытья. А в опочивальне в кровати всегда будет ждать грудастая красотка, податливая и уступчивая, готовая выполнить любую прихоть своего господина.
Половинка Эри аж причмокнула от удовольствия, стоило представить огромную кровать под балдахином, а на ней в раскованной позе вольготно разложилась соблазнительная красотка, абсолютно голая, а на лице играет призывная улыбка с намеком — не стесняйся, делай с ней что угодно.
Я громко хмыкнул.
— Ага, размечтался, дон-барон санчо-панчинский, — с усмешкой произнес я себе под нос. — Ждет тебе милашка, в замке пустом. Покладистая, хозяйственная, да умелая в койке.
Я покачал головой. Стоило завязывать с фантазиями и думать о чем-то более практичном. Хотя, идея насчет получения в дальнейшем благородного звания не так уж и плоха, может пригодится в будущем, надо обязательно отложить в дальний закуток сознания.
Так, ладно побаловались и хватит. Пора приниматься за дело. Сначала пожрать, потом топать на дурацкое кладбище. Вопрос с библиотекой отложим на потом. Еще вернуться надо.
К этому времени все пять рыбин уже окончательно покрылись тонкой хрустящей корочкой от хвоста до головы. Приятный золотистый оттенок и умопомрачительный запах говорили, что «блюдо» полностью готово к употреблению. И лук прожарился на ура.
— Черт, соли нет, — в последний миг вспомнил я.
Понял, что ничего не сделать и молча махнул рукой. Плевать, так пойдет. Жалкие крохи, что съел до этого уже позабылись, желудок настойчиво требовал добавки.
Сочные ломти белых кусочков исходили паром, едва слюной не захлебнулся пока разделывал первую рыбешку. Поджаристую чешую снимать и выкидывать не стал, съел разом. Немного помучился, удаляя мелкие косточки. А в целом, очень даже остался доволен.
Никогда не думал, что буду с таким наслаждением есть прожаренную на костре рыбу, недавно выловленную из реки за спиной. В прошлую жизнь, скорее поморщился бы и отвернулся, а сейчас ничего, схрумкал за милую душу, едва не повизгивая от счастья.
— Как же вкусно, блин, как же вкусно, — третью доедал уже неторопливо, растягивая удовольствие.
Четвертую и пятую смаковал. Когда последний кусочек исчез, с грустью оглянулся на пустой туесок, надеясь увидеть внутри еще одну завалявшуюся частичку улова незадачливых драчунов-рыбаков.
Пусто. Корзинка, сплетенная из бересты, показывала мокрое дно. Удовольствие кончилось, пора и отправляться в путь. Бросив прощальный взгляд на костер, я поворошил угли, раскидывая тлеющие веточки в разные стороны.
Топтать, гася окончательно, не рискнул. На ногах лапти, прожженные дырки на подошве мне ни к чему. И так сойдет, потухнут. Неотвратимо смеркалось, а следом холодало, вряд ли начнется пожар. Да и чему тут особо гореть? Справа река, слева густая зелень травы, сзади и спереди тоже. Не в лесу, не займется.
Вскинув лопату на плечо и подхватив рукой мешок с лежащим внутри фонарем, бодро затопал вдоль берега. Деревенские так на разборку и не пришли, в теле ощущается приятная сытость, настроение бравое, того и гляди запою чего-нибудь во весь голос.
Это конечно реакция половинки Эри. Пацан искренне радовался удачному времени. Не часто удавалось так приятно провести вечерок. Навешал люлей обидчикам, хорошо пожрал. Что еще для счастья надо?
Вторая половинка, что принадлежала пришельцу из другого мира, не реагировала так остро. Хотя тоже наполнилась определенным оптимизмом насчет дальнейшего бытия.
Примерные наметки на ближайшее будущее есть. Постараться изучить библиотеку вредного старикана. Почерпнуть из книг, как можно больше полезного.
В первую очередь, конечно, остро необходима информация об окружающих государствах. Что, где, как, кто, с кем и почему? Очень важно понимать, куда конкретно меня занесло. Особенно касательно земель, где находилась башня Пауля Гренвира.
А то, соберусь бежать, выйду за околицу и окажусь с рабским ошейником на невольничьем рынке, не успев пройти и пары лиг. Кто его знает, что творилось в ближайших окрестностях. Познания Эри на этот счет, мягко говоря, не изобиловали подробностями.
Еще один немаловажный момент — знания по алхимии. Не буду лукавить, способ которым старик меня излечил от довольно серьезной раны произвел сильное впечатление. Насколько понимаю, на такие фокусы не способна ни одна современная медицина. Заживить пробитый череп за одну ночь! Тот еще трюк.
Печенкой чую, подобные снадобья в большой цене среди местных жителей. Будет чрезвычайно полезно научиться готовить лечебные зелья. При таких умениях, срубить деньжат не должно составить особых проблем.
Будем думать на перспективу. Сбежать еще мало, надо суметь прилично устроиться, чтобы не побираться на улице. А уже после чесать затылок на предмет возвращения домой. Если это вообще осуществимо на практике.
Мостик остался позади, как и речка, полная такой вкусной рыбы (надо обязательно сделать заметку на память и обзавестись собственной удочкой, жуть какие вкусные караси, или как там те рыбешки прозывались?), впереди неохотно вырастала стена деревьев небольшой рощи.
Похолодало, солнце едва-едва скрылось за край, далекий горизонт алел огромным пожаром. Тропинка убегала влево, к деревенскому кладбищу, огороженному покосившейся оградой из трухлявых кольев.
Мне прямо, в неуютную тень стылых объятий невеликого клочка леса. Здесь дикие животные не водятся, лесорубы и грибники из деревни давно отвадили. Широкая просека отсекала рощу от основной чащи с востока, люди шаг за шагом отвоевывали себе пространство у дикой природы, но силы все еще оставались неравны, поэтому действовали осторожно, отрезая кусок за кусочком, расширяя ареал проживания с каждым последующим поколением.
Лесок за речкой проскочил быстро. Тут не глушь, где очнулся вчера. Идти куда проще. И тем не менее шаг неосознанно прибавил, а лопату держал наготове, очень уже давешний страх повстречать медведя или волка укоренился в сознании.
Шурша листвой под ногами, то и дело настороженно оглядываясь и прислушиваясь к звукам шумящих над головой пышных крон, пробкой из бутылки шампанского выскочил на другой стороне.
Опушка с противоположного конца рощи ничем не отличалась от своей сестрицы-близняшки. Та же высокая сочная трава, доходящая до колен, так же резко заканчивались деревья. Только вместо мелкой россыпи огоньков далекой деревни, едва видимой за чередой пригорков, — вольготно раскинулась равнина.
И на этом бесконечном полотне темно-зеленого моря то тут, то там, острыми бугорками, выделялись возвышенности. Заросшие бурьяном, с покатыми боками, холмики располагались хаотично, без какого-либо видимого порядка.
Забавно, а сюда лес почему-то не хочет идти. В сторону деревни пожалуйста, да так, что каждый год приходится деревья рубить и корчевать, а здесь не рискует пересекать невидимую линию.
Древние курганы.
Видать остатки
