ведь есть такие артефакты, в которые отлично подходит и крошка. Я знаю, что некоторые артефакторы намеренно дробят породу, так проще заливать в нее заклинания и прятать начинку за металлом или деревом, — тут же произнес Люхай, не давая мне и слова вставить. Асаир улыбнулся, кивнул.
— Вот это я и имел в виду, когда спрашивал об отчетности. Если взять к примеру пять готовых артефактов, куда обязательно идет цельный камень, а крошку потом добавить в два других, то получится неучтенка.
— Нет, неучтенки не получится, — поведала я и пояснила: — Вы будете отчитывать по весу. То есть, даже крошка будет входить в отчетность. Я так понимаю, в вашей работе потери — это размытое понятие. Ведь даже с этих потерь вы извлекаете пользу?
— Именно так, — согласился Асаир. — Что ж, я узнал, что хотел.
При этом он с каким-то победным видом глянул на блондина. Тот сидел надувшись, словно ребенок, которому не досталось красивой игрушки. И я пыталась понять, что именно его так не устроило. Но спрашивать, понятное дело, не стала.
А потом мы доехали до склада, где вовсю трудились мои хомовухи. Принимали камни, пересчитывали, складывали в приготовленные ящички, измеряли вес и вешали бирку о количестве, каратах и общей массе.
— Хозяйка, — первым меня заметил Добромир. Именно его я поставила главным, так как дядька умный, сильный, сноровистый, а главное прекрасно умеющий читать чужие намерения. При нем никто не забалует.
— Ясного вечера, Добромирушка. Вот, привезла новых работников. Будут огранять камни, делать из них артефакты. Знакомься, а заодно покажи товар лицом.
Высказалась и отошла в сторонку, давая простор хомовухам и новым работникам. Даже блондин мгновенно изменился. Нахальство и вальяжность исчезли как по мановению волшебной палочки. Сам мужчина подобрался и взглядом профессионала стал осматривать каждый камень. Крутил его в руках, просматривал на свет, мне даже показалось, он его сейчас на зуб пробовать станет. Но нет, обошлось.
— Потрясающее качество камня, давно мне такие не попадались, — в голосе Шайнара восторг. Он продолжал крутить в руке несколько камней разных размеров, которые Добромир вытащил из коробки. — Ну надо же, чистый тармат, даже примесей практически нет. Я последний раз такие видел лет двадцать назад. Потом только «шархат» попадался.
— Что такое «шархат»? — тут же едва слышно спросила у Люхая. Мы отошли в сторонку, чтобы никому не мешать. Рабочие, что носили каменья, на нас вообще не обращали внимания, словно не замечая.
— Некачественный продукт, имеющий на выходе всего процентов сорок качественности. С таким слишком много возни, необходимо отделить шлаки, чтобы оставить зерно. А это порой совсем не выгодно, теряется больше половины стоимости. Но на безрыбье, как говорится, и рак рыба. Потому многим приходилось работать с «шархатами». К сожалению, цена на чистый продукт равнялась едва ли не стоимости дома.
— Что ж, весьма полезная информация. Думаю, мы на этом и сыграем, когда будет договариваться с гильдией. Запросим, конечно, не цену дома, но и дешевить не станем. Камни у нас отличные, — довольно высказалась, продолжая наблюдать за обоими мужчинами. И если даже Шайнар не сумел скрыть восторга, то об Асаире и говорить нечего. Вот у кого глаза блестели от азарта. Мне показалось, дай ему волю, так он прямо сейчас полезет что-нибудь мастерить.
Пока мужчины разглядывали то, с чем им предстоит работать, я наблюдала за рабочими. Сильные и выносливые мужчины, но у многих на суровых лицах сквозило недовольство. Чем? Как бы мне это узнать? Уверена, спроси я у них напрямую, мне никто ничего не скажет. А еще я вдруг осознала, что здесь трудятся только жители новой деревеньки, где главой был Иош. Совпадение? Не думаю. Я уже собралась задать этот вопрос Люхай, но тут в дверях появился и сам предмет моих размышлений. Ион собственной персоной.
Глава 4
— Что здесь происходит? Кто пропустил незнакомцев на территорию склада? — и столько в тоне властности, что я начала злиться. Выступила вперед. И спокойно поведала:
— Не только пропустили, но и показали товар лицом. Ведь именно с этими камнями нашим новым работника придется взаимодействовать.
— Что? — Иош был удивлен. А я усмехнулась, подошла ближе. — Смотрю, вы почему-то возомнили себя хозяином? Не рановато ли? Или сейчас вы мне скажете, что я еще и перед вами должна была отчитаться в своих действиях?
Несмотря на внешнее спокойствие, меня раздирало от злости. Естественно это сказалось на моей магии. Руки мгновенно занялись огнем, вокруг меня появилась зона отчуждения, вон как сразу многие шарахнулись в сторону, даже блондинчик утратил свое нахальство, глядя на меня с испугом. Иоша тоже пробрало.
— Нет, но…
— Никаких «Но». К нам прибыли огранщик и артефактор, они с завтрашнего дня приступят к своей работе. И я очень надеюсь, что никаких препон им никто ставить не будет. В противном случае я обещаю массу проблем. Это понятно? — как бы ни коробило мага, но он кивнул. А я продолжила: — И кстати, где остальные рабочие? Почему я вижу здесь только жителей вашей деревни? Помнится, изначально здесь находились и городские и со второй деревни люди. Сейчас я никого из них не наблюдаю.
Я видела, насколько перекосило собеседника. Он судорожно искал ответ на мой вопрос, но он не находился. Зато вместо него ответил Добромир:
— Так этот глава всех отстранил, сообщив, что работы на всех все равно не хватит. Оставил пару десятков мужиков и все из своих.
— Даже так? А пойдемте-ка вместе посмотрим, что там с работой. Когда я спускалась в шахты, жил там было много, как и работы. Что изменилось? — и уже своему духу: — Люхай, пригласи сюда тех, кого вынужденно уволили. Будем разбираться на месте. Заодно хочу понять, на каком основании один из глав деревни решил позволить себе больше того, что ему поручено.
— Уже, хозяйка, скоро все будут тут, — отчитался Люхай и широко улыбнулся Иошу, что тому совершенно не понравилось. Я же обратилась к прибывшим работникам: — Ну что, господа, идем смотреть лабораторию? Как раз успеем. А вы мне расскажете, как оценили качество моих камней.
Местоимение я выделила намеренно, не забыв понаблюдать за реакцией Иоша. И та не подвела. Казалось, этот тип готов кинуться на меня сию секунду, столько жажды крови в глазах. Но страшно не стало ни на секунду. Может
