него издалека:
У Ронье не было слов утешения для навзрыд плачущей подруги. Она могла лишь терпеливо гладить её по спине и волосам.
Когда Тизе перестала плакать, к розарию уже постепенно подкрадывался закат.
Рыжеволосая голова лежала на плече у Ронье, словно Тизе выжала из себя всё, что у неё только было.
— Прости… — наконец хрипло обронила она, бездумно глядя на заходящую Солус. — И спасибо.
— Нет. — Ронье покачала головой. — Это ты меня прости, Тизе. Я… совсем не понимала, что ты чувствуешь. Просто хотела, чтобы ты была счастлива рядом с господином Ренли…
— Ничего. Мне и самой этого чуточку хочется. — Тизе глубоко вдохнула и продолжила более уверенным голосом: — Я скажу господину Ренли, чтобы он немного подождал. Возможно, время ничего не вылечит… но у меня есть предчувствие.
— Предчувствие?
— Ага. Когда я увидела механодракона господина Кирито… мне показалось, что скоро опять что-то случится и всё изменится.
Слова Тизе заставили Ронье вновь вспомнить тот миг, когда серебристая машина взмыла в голубые небеса. Глядя на это, Ронье ощутила небывалое воодушевление. Это и правда было предчувствие каких-то грандиозных изменений.
— Да… мне тоже так кажется, — прошептала Ронье, и Тизе медленно кивнула.
Какое-то время они молча сидели на каменной скамейке. Через несколько минут послышался звон колокола, отбившего пять часов, и Тизе выпрямила спину.
— А что насчёт тебя, Ронье? — неожиданно спросила она, взглянув на подругу.
— Э-э… Что насчёт меня?
Яркие глаза Тизе моргнули, на её лице появилась полуулыбка.
— Ты смогла донести свои чувства до господина Кирито?
— Ч… что ты такое говоришь?! — невольно воскликнула Ронье, поёжилась и замотала головой. — Я на такое не пойду… и не могу пойти. Пусть всё остаётся как есть, меня это устраивает.
— Ты так говоришь, потому что меня стесняешься? Перестань, — невозмутимо ответила Тизе, так что Ронье пришлось тщательнее подбирать слова:
— Дело не в этом, меня и правда всё устраивает. У него ведь… есть госпожа Асуна. И ещё госпожа Алиса, которая рано или поздно вернётся в этот мир. И генерал Сэрлут из армии мира людей… И, возможно, госпожа Фанацио…
— Ну ты даёшь, Ронье. — Тизе удручённо вздохнула. — Господин Кирито не станет жениться на ком попало. И кстати, он сейчас главнее даже императоров, так что, в соответствии с основным законом Империи, у него может быть… сколько там, три жены? Четыре?
— Т-ты же знаешь, что господин никогда так не сделает! — вновь закричала Ронье и вскочила со скамейки, надеясь спрятать своё покрасневшее лицо. — Серьёзно, хватит обо мне! Думай лучше о своей жизни, Тизе! — выпалила она и отвернулась.
Подруга нарочито громко вздохнула, тоже встала и подошла к Ронье.
— Ну, сам господин Кирито тебе такого точно не предложит… Ладно, Ронье, пойдём обратно. Наши дракончики уже проголодались.
— Ага, я и сама собиралась это предложить, вот только… — Ронье посмотрела на живые изгороди с обеих сторон. — Тизе, ты знаешь, как отсюда выйти?
— Откуда я могу знать, если всю дорогу ревела?
Девушки переглянулись и дружно вздохнули в глубине огромного розария.
Вечером Ронье вернулась в свою комнату на двадцать втором этаже собора и легла в постель, но долго не могла уснуть.
«Всё ты виновата, наговорила мне всякой ерунды», — мысленно проворчала она мощной каменной стене, за которой находилась комната подруги. Однако затем Ронье стало неловко: она осознала, что Тизе сегодня тоже едва ли сможет уснуть.
Ей впервые в жизни предложили выйти замуж.
«Интересно, где именно в соборе это случилось? Что он ей сказал? — подумала Ронье, но мысли немедленно унесло в другую сторону. — А что, если… вдруг случится такое, что господин Кирито сделает мне предложение? Какое место он для этого выберет? “Дозор утренней звезды” на девяносто пятом этаже?.. Или задний двор академии мечников, как памятное для нас место?.. Хотя вдруг он использует заклинание полёта и сделает это над облаками?..»
Ронье глубоко вдохнула, накрылась одеялом с головой и отмахнулась от собственных мыслей.
«О таком нельзя даже мечтать!» — напомнила она себе. Хотеть можно лишь того, чтобы эти мирные деньки продолжались вечно. Она не должна думать ни о чём другом.
Ронье повернулась и уткнулась носом в подушку. Лишь тогда робкие духи сна смогли сомкнуть её веки.
Глава 4
Ночь прошла, наступило восемнадцатое февраля.
За обеденным столом Ронье узнала о происшествии, которое грозило растоптать её единственную менту.
В столовую влетел младший рыцарь с перекошенным лицом, встал на колено перед Кирито и громко объявил о том, что прямо в Центории горный гоблин — турист убил жителя столицы.
Даже сам Верховный мечник и ещё более отважная Вторая мечница вытаращили глаза и ахнули, услышав эту новость.
Кирито закрыл глаза, чтобы почтить память убитого, затем отложил нож и вилку в сторону и встал из-за стола:
— Асуна, Фанацио, возьмите армию и городскую стражу под личный контроль. Пусть занимаются только рутинной работой и относятся к этому происшествию как к заурядному случаю. Где сейчас гоблин?
Вопрос Кирито был обращён к юноше, который доставил сообщение.
— Мне сказали, его уже отвели в тюрьму в здании городской стражи Южной Центории! — ответил младший рыцарь, не вставая с колена.
— Понял. Спасибо за доклад!
Договорив, Кирито повернулся, слегка прошуршав чёрной одеждой, и быстрым шагом направился к выходу. Наконец оправившись от потрясения, Ронье вскочила со своего места и крикнула через весь круглый, стол:
— В-верховный мечник, я пойду с вами!
— Хорошо, спасибо, — согласился Кирито после секундных раздумий. — Ты не против, если мы немного срежем путь?
— A-а… что? Хм…
Ронье нахмурилась, но всё равно побежала к Кирито. Как именно он собирался срезать путь, если Центральный собор и без того находится в самом центре столицы? Достаточно лишь спуститься по главной лестнице и выйти на юг, чтобы оказаться в Южной Центории — бывшей столице Южной Империи Сазеркройт. Здание городской стражи, как и другие важные учреждения, находится прямо на идущем от собора главном проспекте, так что дорога туда должна быть прямой, словно стрела…
Кирито ответил на её вопрос не словами, а действиями. Он без малейших колебаний направился не на юг, к дверям, а на восток, к балкону.
Ронье тоже вышла за ним, и перед ней раскинулся вид с двадцатого этажа.
«Неужели он…» — успела подумать она, но Кирито уже обнял её за талию.
— Прости, — послышался голос.
Не успело у Ронье даже
