Большеухая голова с черными всклокоченными волосами пару раз подпрыгнула, отскакивая от земли, словно мяч, после чего спокойно докатилась до босых ног феи и мирно замерла там, глядя снизу вверх пустыми глазами новоявленного мертвеца.
– Гм, – выдал Нир, переведя озадаченный взгляд с гостя… вернее, с его верхней части на вишню, в листве которой застряло орудие убийства вместе с телом наблюдателя. – Меткий удар.
– Удар? – Подхватив длинную юбку, фея осторожно попятилась, продолжая опасливо коситься на голову. Один труп уже гонял девушку по саду, вдруг и второй тоже оживет и что-нибудь сделает: например покусает. – Да ты, ты… ты псих! Ты зачем убил его?!
– Но вы же сами, госпожа, приказали, – одарив ее ласковой улыбкой, спокойно пояснил мужчина.
– Я?! – Адель побледнела, вернее, посерела лицом, так как бледнеть уже было просто некуда.
– Да, вы.
– Значит, опять виновата я? – потерянно пробормотала она.
– И я и вы. – Он благородно не стал взваливать на ее хрупкие плечи весь груз ответственности, только половину.
– Кто это? Человек? – тоскливо глядя на второго за эту ночь мертвеца, спросила девушка.
– Ромор, – с готовностью ответил слуга.
Жалости к несчастному созданию фея почему-то не испытывала, зато жалость к себе любимой захлестнула ее новой волной, заставив подсохшие было слезы вновь побежать по бледным щекам. За незаконное колдовство ей уже назначили штраф в размере одного сундука золота, за убийство герцога, если ее арестуют и обвинят, – еще три потребуют, а за гибель этого искусственно выращенного существа – добавят минимум полтора. И то, если его хозяин не слишком большая шишка в городе. Иначе все пять запросить может. А у нее сбережений всего-то монет сто, да и те не дома.
Так! Где там красная банка с ядом? В выборе между многолетним рабством или столь же продолжительной каторгой Аделаида Ванн Грэниус видела единственную лазейку – быстрое и практически безболезненное путешествие в мир иной. Пусть лучше боги решают судьбу ее души, чем рабовладельцы и надзиратели – тела.
– Шпион хозяина Черной реки, – подняв за волосы голову и внимательно разглядев клеймо, сообщил Нир.
– Я влипла, – утирая рукой слезы, прошептала девушка.
– Это точно, – продолжая вертеть в руках косматую башку с ровно обрубленным куском шеи, подтвердил слуга. – Вы вляпались по самую макушку, моя маленькая госпожа, – криво усмехнулся он и, бросив останки на землю, обратил их в пепел одним коротким щелчком пальцев. После чего проделал то же самое с застрявшим в ветвях телом и, поймав скользнувшую вниз лопату, обернулся к хозяйке.
– Ты! – громко шмыгнув носом, воскликнула Адель и гневно воззрилась на него. В памяти пронеслась вереница эпизодов из недавнего прошлого, в каждом из которых участвовал темный. Его светящиеся глаза, его слишком мощные для слуги чары, его непоколебимое спокойствие и… его проклятое поведение! Как же она сразу не догадалась? – Это все ты! Ты!!! Это ты меня подставил! Дважды, нет… трижды…
– Осторожней с обвинениями, Аделаида, – предостерегающе проговорил Нир, обрывая ее гневную речь. – Не пойманный – не вор.
Он шагнул к ней – она от него. Костяшки его пальцев побелели, когда он сильнее сжал древко, а ее дрожащие руки, ослабев, выпустили подол длинного платья.
– Значит, все-таки ты, – всхлипнув, прошептала фея. – За что же, Нир?
– Вы ошибаетесь, госпожа. – В голосе молодого человека проскользнуло сочувствие. – Идемте в дом, я приготовлю вам успокаивающую настойку и разогрею ужин. Вы же ничего толком не съели за столом. Идемте!
Он решительно направился к ней, но девушка протестующе выставила вперед ладонь и, продолжая сверлить слугу черными, как ночь, глазами, нервно усмехнулась:
– Стой, темный! Я не могу доказать, что тот гадкий старикашка нанят тобой, но к отравлению герцога и обезглавливанию ромора именно ты приложил руку. А твой дар, происхождение… мне ничего не известно о тебе! Ты появился ниоткуда, чуть не умер у меня на руках, а потом нанялся в слуги за мизерное жалованье. А еще про долг жизни говорил, лжец! Может, я и доверчивая дурочка, но всему есть предел. Не бывает таких слуг, которые обладают подобной силой. Не бывает, и все!
– Вот как? – Улыбка Нира стала задумчивой. Он достал из кармана жилета свои лиловые очки и, надев их на нос, холодно произнес: – В таком случае я увольняюсь!
– Ты… Что?! – Весь воинственный запал сошел на нет, когда смысл слов дошел до Адель.
– Ты, фея, сама сказала, что слуг с подобными характеристиками не бывает. Да и пора мне уже, если честно, наслужился по самое не хочу, – с легким презрением сказал маг, неожиданно сменив вежливое «вы» на довольно хамское «ты». Во всяком случае, девушке обращение показалось именно хамским.
Она поджала губы, уговаривая себя не разреветься в голос от обиды и разочарования.
– И ты вот так просто бросишь меня с этим… с этими… с проблемами? – Голос ее предательски дрогнул, выдавая состояние, которое она так старалась скрыть.
– Ты сама сказала… – завел свою шарманку Нир, но фея его перебила:
– Я сама сказала, я сама приказала, я сама, сама, сама… А ты, весь такой белый и пушистый, просто мимо проходил, да?! – заорала она, стремясь подавить обиду злостью. – Ты не посмеешь меня бросить! Ты обязан мне… жизнью.
– Я верну долг. Потом, – серьезно кивнул слуга и, развернувшись, зашагал в сторону дома.
– Но… когда именно? – прошептала обалдевшая от такой наглости девушка и, подхватив длинную юбку, бросилась за ним.
Глава 5
– Ты куда? – крикнула она.
– Вещи собирать.
– У тебя нет вещей!
– Пара-тройка найдется.
– Я не отдам!
– Хорошо, не надо. Уверен: сапоги сорок пятого размера будут идеально смотреться на твоих миниатюрных ножках.
– Я не заплачу тебе! – почти нагнав его, пригрозила Адель.
– Не сомневаюсь, моя скупая госпожа, – сказал молодой человек, по-прежнему не оборачиваясь, и с откровенной иронией добавил: – Оставь себе этот несчастный золотой. Тебе он явно нужнее.
– Ни-и-иррр! – Возглас девушки походил на злобное рычание. Она лихорадочно соображала, как повлиять на взбунтовавшегося темного, но все ее нападки тот стойко сносил, продолжая шагать впереди с видом решительно настроенного человека. – Ни-и-ир?
Ответная тишина больно ударила по ее самолюбию.
Нир двигался своей обычной бесшумной походкой, а фея бежала сзади, как комнатная собачка за хозяином. Она едва поспевала за ним и от этого еще больше злилась. Ноги ее путались в длинной юбке, босые ступни побаливали от недавних приключений. Как только с горизонта исчезла угроза в лице любвеобильного зомби, Ада почувствовала себя жутко усталой, разбитой, а главное, одинокой. И если первые две характеристики она списывала на старания проклятого герцога, то в последней был виноват исключительно темный слуга. Бывший слуга… Но как же так?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
