главное, — добавила Катя, понизив голос до шёпота, — у всех шипастых тварей одна общая черта: выпущенные шипы отрастают заново. Нужно действовать быстро.
Мы приблизились к повороту. Из-за угла доносился характерный звук — шорох когтей по промёрзшему асфальту и низкое утробное рычание. Я жестом приказал всем остановиться и прислушался.
Шесть… нет, семь различных сердцебиений. Я активировал целительское зрение, расширяя спектр восприятия. Мир вокруг преобразился, наполнившись пульсирующими энергетическими потоками.
За углом живые печи — огромные сгустки биоэнергии, пульсирующие в характерном для крупных млекопитающих ритме. Одно особенно мощное — бьётся размеренно, с тяжёлыми ударами, будто гигантский молот по наковальне. Остальные шесть — частые, взволнованные, с большой амплитудой пульсации.
— Тут блин что ёжики, — пробормотал я, сканируя их тела. — Сердцебиение частое, но раскачка крови просто огромная. Большие ёжики, очень большие. Они за углом.
Костя нетерпеливо скрёб когтями по земле. Ольга стояла чуть в стороне с загадочной полуулыбкой.
Я взглянул на Катю, молча спрашивая разрешения действовать. Она собралась, глубоко вдохнув морозный воздух междумирья, затем решительно кивнула.
— План такой, — быстро проговорила она. — Я и Ирина атакуем дистанционно, отвлекая их внимание. Костя и Домин заходят с флангов. Дима и Ефим держатся позади. Ольга… — она на мгновение замялась, — прикрывает тыл. На счёт три. Раз…
Но закончить она не успела. Из-за поворота вылетела массивная туша. Чудовище возвышалось почти на четыре метра в холке — настоящая живая гора, покрытая шипами.
— О, ёжики! — воскликнул Домин, инстинктивно раскрывая крылья.
— Какие, к дьяволу, ёжики⁈ — прорычал Костя, припадая на четыре конечности. — Это скорее танк с хреновой тучей гарпунов!
— Заткнулись оба! — рявкнула Катя, мгновенно натягивая тетиву материализовавшегося серебряного лука.
Я моментально оценил противника, отмечая каждую деталь. Главарь выделялся не только размерами, но и окрасом — его шкура была белой — несомненно, альбинос. Красные глаза, размером с кулак. Шипы, покрывавшие спину, бока и хвост, достигали в длину полутора-двух метров. Хороший арсенал.
За ним следовали шесть существ помельче, около двух метров в холке, но шипы выглядели не менее смертоносными — тонкие с поблёскивающими ядовитыми кончиками.
Вожак-альбинос издал оглушительный рык, от которого задрожали стёкла в уцелевших окнах заброшенных зданий. Его подчинённые мгновенно рассредоточились.
— В атаку, — констатировала Катя, прицеливаясь. — Вожак — редчайший альбинос, таких даже в музеях не увидишь. Бейте в брюхо, если подберётесь. Остальное — броня.
Огромный белоснежный ёж внезапно втянул живот, а затем резко выгнул спину дугой. С сухим треском, шипы сорвались с его тела и понеслись в нашу сторону — десятки смертоносных снарядов, каждый размером с небольшое копьё.
— Берегись! — крикнул я.
Между пальцами сгустилась тьма, закручиваясь спиралями и формируя рукоять. Секунда — и в моей руке материализовался клинок. Я сделал широкий взмах, и два летящих шипа разлетелись в стороны.
Катя действовала с ошеломляющей скоростью — серебряные стрелы, срывались с её лука одна за другой. Первая стрела поразила ближайшего серого прямо в глаз, вызвав вопль боли и ярости. Вторая нашла цель в пасти другого.
Домин взмыл в воздух, уворачиваясь от шипов, и пикировал на одного из мелких. Но его когти не смогли достать до уязвимой кожи через острые колья-шипы.
— Они крепкие, как камень! — прорычал он, уклоняясь от ответного удара.
Костя ринулся вперёд с безрассудной яростью. Один из шипов пробил его плечо, но вместо того, чтобы рухнуть парализованным, он лишь оскалился шире:
— Чешется слегка, — прорычал он, выдёргивая шип окровавленными когтями. — Дим яд на меня почти не действует!
Он схватил ближайшего серого за переднюю лапу и с чудовищной силой дёрнул, опрокидывая тварь на бок. В тот же миг в бой вступила Ирина.
Её руки описали сложную фигуру в воздухе, и между пальцами заструились тончайшие нити, которые устремились к опрокинутому Костей ежу.
Там, где иглы касались серой шкуры, мгновенно распространялся некроз — плоть чернела и осыпалась, обнажая внутренности. Существо забилось в агонии, но было уже поздно — смерть распространялась по его телу со скоростью лесного пожара.
Я перевёл взгляд на двух оставшихся мелких тварей, которые пытались зайти с флангов. Некроманское зрение выявило под снежным покровом нечто интересное — целое кладбище костей разных размеров, покрытых тонким слоем промёрзшей почвы. Судя по всему, это было излюбленное место пиршества этих тварей, скопление останков их жертв.
А что если… Я никогда не пробовал создавать оружие из чужих костей в бою. Но почему бы не поэкспериментировать? Учитывая, что здесь все кишит некротикой, может получится.
Сосредоточившись, я направил поток некротической энергии в землю, одновременно формируя ментальный шаблон нужной конструкции. Зеленоватое свечение пробежало по промёрзшей почве, находя каждую кость, каждый фрагмент скелета под снегом, наполняя их тёмной силой. Кости завибрировали, соединяясь в новые формы, заостряясь, повинуясь моей воле.
Когда уродцы ступили на заминированный участок, из-под их лап вырвался целый лес костяных шипов — ребра, бедренные кости, заострённые позвонки, всё слилось в смертоносную конструкцию, пронзившую тварь насквозь. Существа даже не успели вскрикнуть, моментально нанизанные на десятки костяных копий, словно на гигантскую вилку.
Пока мы разбирались с мелкими, вожак готовился к новой атаке — его шипы уже регенерировали, заполняя пустоты. Огромная белая туша двинулась на нас, круша всё на своём пути.
— Нам не добраться до брюха — слишком большой! — крикнула Катя, отступая и продолжая выпускать стрелы, которые, увы, лишь рикошетили от мощной шкуры альбиноса.
Ольга, до этого державшаяся в стороне, стремительно приблизилась к Косте, который застыл в низкой стойке на четырёх конечностях, готовясь к прыжку на гиганта.
— Ты же огневик, а не только вурдалак, — прошептала она, касаясь одной рукой его запястья, а другой обнимая за плечо.
Я мгновенно сосредоточил всё своё внимание на этой сцене, улавливая тончайшие магические потоки. Что задумала Алиен?
В следующий миг тело Кости охватило пламя. Языки огня взвились по его конечностям, оплели торс, заструились по шерсти, трансформируя обычного вурдалака в нечто невиданное — зрелище заставило даже альбиноса замедлить свой шаг.
— Теперь направь свою силу в землю, — скомандовала Ольга, отступая.
Костя вонзил пылающие когти в промёрзшую почву, и мир взорвался огнём. Пламя устремилось по трещинам, расходясь концентрическими кругами и ныряя глубже. Снег испарялся, обнажая асфальт, который тут же начинал трескаться.
Когда огненная волна достигла позиции альбиноса, земля под ним взорвалась огненным гейзером, опрокидывая гигантскую тушу на бок. Неуклюжее существо с грохотом повалилось, обнажая незащищённое брюхо.
