времени займет задание.
– Ты мне нужна будешь минимум на месяц, – отчеканила Рубиновая и тут же пытливо прищурилась. – Пока я не выпущу передачу о «Гефесте». Если получится раньше – раньше и распрощаемся. Я понимаю, я не подарок. Но мне нужно прикрытие, пока я буду добывать информацию.
– Вы же видели мои расценки на сайте? – на всякий случай уточнила я.
Месяц – это весьма прилично. А мое время стоит дорого, и я всегда заранее уточняю, потянет ли клиент.
– Видела, – невозмутимо отозвалась Рубиновая. – Нормально, как по мне. Как быстро ты сможешь приступить к работе?
– Хоть сейчас, – легко ответила я. – Только вещи соберу.
– Не хочешь для начала перекусить? – спросила она. – Я бы вот поела.
– Если любите домашнюю кухню, могу подсказать неплохое место.
Я не люблю, когда вторгаются на мою личную территорию. Но, во-первых, мясо с картофелем и травами в исполнении Милы я сейчас не променяю ни на какие ресторанные деликатесы. А во-вторых, такие особы, как Рубиновая, любят, умеют и практикуют вызнавать о своем персонале (а я сейчас персонал, и нет, это слово меня не обижает) какие-то домашние подробности. Так что пусть увидит мою квартиру, черт с ним. Больше доверять будет. А мне весьма облегчает работу доверие клиента. Да и дальше кухни и ванной с туалетом Лидию Ильиничну я не пропущу.
– Отлично, поехали, – согласилась Рубиновая и пристегнула ремень.
– А… ваша машина? – Я кивнула на «Жигули». «Раздедеханные», как выразился бы Шура Осколкин.
– Это не моя, – беззаботно откликнулась Лидия Ильинична и, чуть повозившись, ловко и быстро водрузила себе на голову другой парик, рыжевато-блондинистый. В сочетании с большими солнцезащитными очками маскировка была недурная.
Но меня сейчас озаботил другой вопрос:
– То есть – не ваша?! А чья?
– Не знаю. – Она пожала плечами. – Ночью угнала, с открытой парковки.
Так, нужно будет точно звякнуть Шуре, предупредить – вдруг какой работяга хватился своей тачанки. Я записала номер «Жигулей». И завела мотор «Фольксвагена».
– А на чем же вы приехали в Тарасов? – уточнила я, уже въезжая в город.
– На «Ауди». Хорошая машина, – вздохнула Рубиновая. – Была.
– В смысле – была?! – Ну, как говорила Алиса в Стране чудес: «чем дальше, тем страньше и чудесатей». Но я уже поняла, что это дело легким не будет. Так что, Женя, заранее приготовься не ронять челюсть.
– Я вчера, когда сбежала с места драки, еще на «Ауди» была. Разогналась хорошенько. Я, между прочим, недурно вожу. Припарковалась за пару улиц от своего логова… вываливаюсь вся на адреналине… – Она выдержала театральную паузу. – Отошла метров на десять, и тут как ******!
Я недоверчиво глянула на Лидию Ильиничну. Не похоже, что разыгрывает.
– Не пойму, почему меня сразу не подорвали. Я-то, дурища, к тому же на горячую голову не проверила машину, мозги после драки набекрень вообще.
– Сильный взрыв был? – озаботилась я.
Надо бы детектор взрывных устройств из сейфа достать…
– Средне. Меня не зацепил. – Рубиновая даже пристегнутая ехала, сползя ниже бокового стекла. – Немного пошваркало выбитым стеклом, и все. У меня все с собой было, так что я на съемную квартиру не стала возвращаться. Меня ведь и там подстеречь могли.
– Могли, – согласилась я. – И где вы ночевали?
В общем-то, какая разница, где Рубиновая провела ночь, если она благополучно добралась до меня. Но беспринципность и изворотливость этой дамы в вопросах выживания раздразнили мое любопытство.
– Нагуглила хостел и завалилась туда. Студенческое какое-то заведение. Возле Политеха вашего вроде. Комендантшу только деньги и интересовали, а это добро у меня регулярно с собой.
Я глянула на Рубиновую. Что-то в ее облике не давало мне покоя. Через пару секунд я поняла: одежда. Да, вчера Рубиновая была в другой. И, исходя из ее рассказа, возможности переодеться не имела. То, что я сейчас видела – пальто, джинсы – болталось на ней как мешок на пугале.
– А одежда?
– В одном из дворов вещи на просушку были выставлены. Я и поживилась. Но кроссовки мои, без обувки никого не оставила.
Я лишь усмехнулась. Может, кто другой Рубиновую и осудил бы, но только не я. В бытность мою бойцом спецназа в «Сигме» мне случалось не то что одежду красть – чужой транспорт угонять и бросать потом где придется. Погоня такое дело, безжалостное.
– А машину вы, стало быть, увели, – для проформы повторила я. – Вас этому на экономическом факультете научили? Или на первой работе в Коломне?
Да, со стороны мои вопросы могли показаться наглыми, не спорю. Но я Лидии Ильиничне была нужнее, чем она мне. К тому же мои вопросы вписывались в ее стиль общения. Да и нелишне показать, что я не белая и пушистая.
Сейчас Рубиновая выглядела польщенной.
– Батя – автомеханик, – просто пояснила она. – Научил всему, что надо.
Я подавила яркую фантазию о том, как Рубиновая, пока я прикрываю отходы, отстреливаясь не хуже парней из боевика «Неудержимые», взламывает крутой джип и увозит нас от погони в стиле того же Даниэля из «Такси».
Припарковавшись у подъезда дома, где жили мы с Милой (в процессе разговора я следила, чтобы за нами не было «хвоста»), я позвонила тетушке прямо из машины. Мила нормально относится к моим гостям «по работе». Но раз уж госпожа продюсер останется на обед, стоит сказать заранее, чтобы Мила переоделась во что-то более «парадное», чем старое домашнее платье. Мне-то все равно, а вот тетю смущать не хотелось бы.
– Она, надеюсь, не трепло? – озабоченно осведомилась Рубиновая.
– Тетя хранит мои тайны, – успокоила я ее. – Я представлю вас просто как мою клиентку, имя называть не обязательно. Вас сейчас все равно не узнать.
Это была чистая правда. Рубиновая выглядела то ли как хипстерша, то ли как бомжиха, с неуместно дорогой сумкой и уместным синяком на возрастной физиономии. Но отнюдь не как лощеная дама-телепродюсер с той стороны экрана.
– Повезло, что я не телеведущая, – заметила она, пока мы, осматриваясь, заходили в подъезд и поднимались ко мне. – Они-то каждый день по телику мелькают, а я больше… теневая
