Читаем без скачивания Афганский осведомитель - Иван Стрельцов

Кутаясь в рваный халат, Анвар терпеливо ждал своего нового куратора. Задрав голову, он завороженно наблюдал, как на темнеющем небосводе вспыхивают бриллианты звезд.

Наконец чуткое ухо афганца уловило знакомый звук приближающегося автомобиля. Водонос втянул голову в плечи, как будто стараясь стать еще меньше, и замер, сливаясь с камнем, за которым прятался…

«УАЗ», мягко скрипнув тормозами, остановился.

— Ну и местечко, только припозднившихся прохожих раздевать, — озираясь по сторонам, где царила молчаливая темнота, невольно передернул плечами Ковалевский, его автомат тут же переместился на колени, а большой палец правой руки уперся в предохранитель.

— Вот теперь ты, Федя, знаешь, какая здесь мирная жизнь, — с усмешкой проговорил водитель Огородник, окурок «Примы» уже не тлел, но отлипать от губы не спешил.

— Семеныч, остаетесь с Ковалевским в машине, ждете нас. А мы с Юсуфом скоро будем, — отдал короткий приказ Марков и, передернув затвор, бесшумно выскользнул из вездехода.

В лицо приятно дохнуло ночной прохладой. Несколько секунд Кирилл пытался определиться с направлением движения. Но место рандеву на окраине Даши-Мусс было ему мало знакомо, поскольку сыщик был здесь всего один раз.

— Товарищ капитан, — из-за капота «УАЗа» вынырнула темная физиономия переводчика, — идите за мной.

В сгустившихся сумерках спина в выгоревшей до белизны хэбэ была хорошо видна. Держа перед собой автомат на изготовку, Марков двинулся за переводчиком.

Они миновали гору мусора, над которой возвышался остов сгоревшей легковушки, потом спустились по выдолбленным в земле ступенькам в небольшой овраг, откуда доносился шум ручья.

— Салам аллейкум, — неожиданно для капитана прозвучал голос переводчика, и тут же последовал ответ: — Аллейкум ассалам.

Из-за камня вынырнула невзрачная фигурка в длинном халате.

— Здорово, — опуская автомат, Марков протянул информатору руку для приветствия.

Анвар, привыкший к такому ритуалу шурави, крепко пожал протянутую ладонь.

— Ну, поехали к нам, — сыщик указал в ту сторону, где осталась их машина.

Анвар, даже не дослушав, что ему говорит переводчик, отрицательно замотал головой и быстро затараторил, так что Юсуф едва за ним поспевал.

— В кишлак пришли люди с гор, они хотят убить учителя и сжечь школу. У меня пятеро детей, двое старших работают в городе на строительстве фабрики, дочери по дому помогают матери, и только младший сын учится в школе. А я задумал, как закончит учебу, поедет дальше учиться в Россию, станет уважаемым человеком, инженером или врачом. А что теперь, он должен стать таким же водоносом, как все его предки?

— Подожди, друг, успокойся, не тараторь, — Кирилл невольно поморщился и успокаивающим жестом опустил афганцу на плечо руку. — Давай все по порядку. Сколько людей пришло с гор?

— Трое, с автоматами, — тут же последовал ответ, едва Юсуф успел перевести вопрос.

— Где они сейчас находятся?

— В доме Муртазы Бека, местного богача. Я их видел своими глазами, когда утром в его дом свежую воду доставил. И слышал своими ушами, как душманы говорили, что убьют учителя и сожгут школу.

— Почему ты решил, что убивать учителя будут завтра? — поинтересовался Марков, про себя быстро решая, как лучше действовать.

— Учителя сейчас в кишлаке нет, он в городе. Вернется только завтра.

— Ясненько, — план действий уже созрел в голове оперативника. Он вытащил из нагрудного кармана стянутую резинкой пачку банкнот и напоследок добавил: — Держи, друг, а проблему мы решим…

Старый пуштун был похож на фигуру, вырезанную из черного дерева. Его лицо было изрезано глубокими рытвинами морщин, седые брови прикрывали блеклые, как у снулой рыбы, глаза. Длинный крючковатый нос делал его похожим на пустынного орла. Общее впечатление дополнял длинный шерстяной плащ с капюшоном черного цвета.

Старик внимательно выслушал стоящего перед ним Ранжи, потом тяжело вздохнул и тихо спросил:

— Ты хочешь идти через пустыню, когда начнется пустынная буря?

— Да, — коротко ответил Башир. Переход через Регистан во время песчаной бури был его главным козырем. Во время такой непогоды вертолеты и спецназ сиднем сидят у себя на базах, главное, самим не заблудиться в пустыне. Для этого он и заплатил пятьдесят верблюдов старому проводнику, отцу вождя пуштунского племени.

— Твои люди и лошади разве смогут выдержать такой переход? — с сомнением спросил старик.

— Да, я беру с собой самых выносливых воинов, а лошади у нас железные и специально подготовленные для езды по пустыне.

Это была чистая правда, десять мини-грузовиков «Тойота» были нагружены вооружением и боеприпасами для всего отряда, остальные моджахеды появятся позже. Они придут в Афганистан с караваном пуштунов под видом купцов.

Старик повернул голову и долгим взглядом посмотрел на малиновый диск солнца, который купался в волнах раскаленного воздуха.

— Тогда готовься, буря разразится совсем скоро, — произнеся эту фразу, проводник опустил голову, погрузившись в свои мысли.

Башир Ранжи отошел в сторону, туда, где под навесом расположились те, кто поедет с ним через пустыню, сквозь бурю. Впрочем, этот этап возвращения на войну полевого командира мало волновал. Все его мысли сейчас были об использовании переносных зенитных ракет. Он даже придумал, как именно преподнесет кяфирам неприятный сюрприз. Сперва его отряд всеми силами атакует колонну русских, а когда те вызовут на подмогу авиацию, их встретят зенитчики, заранее занявшие позиции на вершинах господствующих гор.

«После того, как будут сбиты вертолеты, шурави наверняка пошлют на подавление самолеты…» — от таких мыслей сердце в груди полевого командира глухо забилось. Пара сбитых «крокодилов» и хотя бы один «МиГ» — призовых денег хватит с лихвой, чтобы его жены смогли открыть в Сиднее пекарню.

Лежа на ковре в своем шатре, Башир Ранжи, витая в розовых мечтах, незаметно для себя заснул. Проснулся от легкого прикосновения к плечу. Открыв глаза, афганец увидел возле себя одного из телохранителей и недовольно спросил:

— Чего ты хочешь, презренный?

— Эфенди, старик сказал, пора выезжать, — тихо проговорил бородатый моджахед.

— Хорошо, буди остальных, мы едем, — поднимаясь с ковра, распорядился Башир.

Телохранитель вышел из шатра, а Ранжи сунул за пояс свой кинжал, потом повесил через грудь ремень с деревянной кобурой.

Предстоящая поездка сквозь песчаную бурю была смертельно опасна, но сейчас угроза быть заживо погребенным под тоннами песка в бескрайней пустыне мало пугала Ранжи. Видимость желанной цели прибавляет мужества и уверенности.

Выйдя из шатра, Башир втянул ноздрями воздух и тут же поморщился: волосатые ноздри забили песчинки.

Слабый ветерок поднимал с земли целые клубы пыли, закручивая ее в вихревые потоки.

«Проклятый „афганец“, — с раздражением подумал Ранжи, сообразив, что приближается песчаный ураган. — Старик, наверное, дружен с шайтаном. Если только сам не шайтан…»

— Значит, говоришь, с гор пришли люди, — задумчиво сощурился особист Евтушенко, выслушав доклад Кирилла. Открыв сейф, он достал оттуда сложенную в несколько раз карту и, расстелив на столе, указал пальцем: — Вот, смотри, наш Даши-Мусс с прилегающими кишлаками.

Как отметил про себя Марков, карта была точь-в-точь как у коменданта города, только вместо цветных линий прохождения военных патрулей эта карта была отмечена множеством разноцветных кружочков, в центре каждого была вписана цифра.

Майор несколько минут вглядывался в свою схему, потом произнес:

— Вот дом твоего Муртазы Бека, — и ткнул в оранжевый кружок, обведенный на самом краю карты.

— А как это вам удалось? — искренне удивился сыщик. — Вы что, весь город пометили?

— Я здесь уже третий год кукую, так что было время разобраться, что к чему. А на схеме у меня не весь район, а только адреса возможных пособников потенциального противника. Вот здесь и отмечены адреса куркулей вроде этого Муртазы, торговцев, которые имеют тесные связи за границей, служителей культа. Все эти люди по тем или иным причинам недолюбливают новую власть и вполне могут ей вредить. Диалектика классовой борьбы, от этого никуда не денешься, — подробно стал пояснять Роман Иванович.

— А вы что, здесь и разведчик, и контрразведчик в одном лице?

— А какая разница, если я окончил Академию Главного разведуправления Генштаба? Сегодня я контрразведчик, а завтра, может, пошлют возглавлять разведку полка или, скажем, бригады. Тогда придется не ловить, а засылать шпионов. На такой работе я не теряю хватки. — Евтушенко сделал паузу, потом махнул рукой: — Ладно, довольно лирики. Переходим к основному блюду. Значит, так, басмачи хотят ликвидировать учителя и сжечь школу, мы должны их опередить. Сделаем так, — майор снял трубку полевого телефона и, ткнув штекер в гнездо портативной АТС, быстро прокрутил ручку вызова. — Кочетов, ты? Живо давай ко мне, есть дело по твоему профилю.