Читаем без скачивания Афганский осведомитель - Иван Стрельцов

Командир роты охраны вошел в кабинет особиста и, увидев Маркова, широко улыбнулся. Крепко пожимая протянутую руку, спросил:

— Ну что, Кирюха, первый улов?

— Вроде того, — скромно ответил сыщик.

Майор Евтушенко вкратце обрисовал ситуацию и спросил:

— Ну что, будем вызывать Башибузука?

— Зачем тревожить Султана Алиевича всего из-за трех «духов», — покачал головой старший лейтенант. — Тем более, как вы сами заметили, Роман Иванович, это мой профиль. Так что окажите доверие.

— Хорошо, — сразу согласился особист, видимо, он заранее принял такое же решение. — Только сначала расскажи, как будешь действовать, и запомни, что в этом кишлаке наш информатор. Нужно сделать все возможное, чтобы подозрение ни в коем случае не пало на нашего человека.

— Элементарно. После обеда беру взвод разведки и свободный взвод охраны, сажаю их на броню и в кишлак. Вроде как проводим общую зачистку, естественно, упор делаем на адрес фигуранта. Шмонаем там по полной, пока басмачи не проявятся. А вот тогда их и берем, везем сюда и потрошим до упора.

— Складно, — одобрил план старшего лейтенанта Евтушенко, складывая карту. — Как говорится, простенько и со вкусом. Да и зачем усложнять? Прямая всегда самый короткий путь между двумя точками. Ладно, Григорий, действуй, а я тем временем поставлю в известность штаб батальона.

Кочетов поднялся из-за стола, собираясь покинуть кабинет, Марков также вскочил со своего места.

— Товарищ майор, разрешите мне тоже с бойцами?

— Не терпится окунуться в горнило войны, — понимающе проворчал особист, тем не менее взглянув на Кирилла мрачным взглядом из-под бровей. — Ну что, старлей, возьмешь человека на поруки?

— А чего бы и нет, — охотно откликнулся Кочетов и подмигнул Кириллу. — Прикреплю к нему двух ангелов-хранителей, и все будет в полном порядке.

— Ну, тогда добре, — сдался Евтушенко.

Сборы десантников были недолгими, командиры взводов проверили оружие, экипировку бойцов, после чего прозвучала команда на погрузку.

К этому времени из парка выехали два десятка боевых машин десанта. Короткие, с остроконечными мордами, они выглядели игрушками на фоне пары «Уралов» роты охраны.

Десантники проворно разместились на БМД, от шуток и взрывов смеха, еще полчаса назад доносившихся из курилки, не осталось и следа. Лица молодых ребят были серьезными и сосредоточенными.

— Вот, Кирилл, твои ангелы-хранители, — голос Кочетова отвлек Маркова от созерцания погрузки на броню. За спиной старшего лейтенанта стояли двое бойцов, среднего роста, коренастые, с широкими загорелыми лицами бывалых мужиков, несмотря на то, что это были совсем молодые ребята. — Знакомься, младшие сержанты Джалалов Нурали и Вакуленко Михаил.

— Кирилл Марков, — пожимая руки десантникам, представился капитан.

— Вот и хорошо, все подружились. По коням, — отдал последнее распоряжение Кочетов. — Я иду на головной машине, вы следом. Дальше по отработанному плану.

Колонна БМД, угрожающе рыкнув, сорвалась с места, выбросив в атмосферу клубы сизого дыма. Лязг траков походил на звон доспехов средневековой тяжелой конницы. Боевые машины на предельной скорости проскочили городские улицы, пугая прохожих и животных.

Марков сидел возле конусной башни боевой машины, с противоположной стороны, держась левой рукой за скобу, устроился Нурали Джалалов, позади Кирилла почти вплотную сидел Вакуленко. Тяжелый солдатский бронежилет, стальная каска на голове — все это для Маркова было в диковинку. В учебном центре на этом не заостряли внимание, считая, что на войне, если возникнет нужда, сами освоят. На учебных сборах в университете также не пришлось примерить современные доспехи, Кирилл тогда выступал на соревнованиях по самбо за честь родного вуза. Когда колонна сорвалась с места и в лицо хлестнул горячий, пыльный ветер, сыщик ощутил ни с чем не сравнимый восторг. Он почувствовал себя прямо несокрушимым суперменом, адреналин захлестывал его, а пальцы рук едва не до боли в суставах сжимали автомат.

Восторг улетучился, едва бронеколонна выехала на тесные улочки Даши-Мусс, на место полета души пришел элементарный испуг. Сразу же в голове всплыли рассказы об уличных боях, об обстрелах бронетехники. Сейчас Кириллу казалось, что из того или другого узкого окна на втором или третьем этаже в любую секунду гавкнет гранатомет или вылетит бутылка с горючей смесью.

В мозгу оперативника возникали картины одна страшнее другой. Голова капитана стала дергаться в разные стороны, вскоре он всем телом заерзал на броне. Все это продолжалось до тех пор, пока короткий ствол его «АКМСУ» не ткнулся в ногу Вакуленко. Младший сержант деликатно, но решительно отодвинул ствол в сторону. Спокойствие десантника передалось Маркову, он перестал дергаться и теперь смотрел прямо перед собой, а через несколько минут бронеколонна выехала за пределы города.

Кишлак, в котором жил со своей семьей Анвар, находился в двух километрах от города. Три десятка дворов расположились на небольшом холме, нависшем над извилистой дорогой.

Не снижая скорости, десять боевых машин десанта по накатанной грунтовой дороге устремились в центр кишлака, остальные, свернув, стали охватывать холм кольцом.

Десантники знали свое дело. Въехав на деревенскую площадь, БМД развернулись веером, готовые открыть огонь в любом направлении. Бойцы один за другим спрыгивали на пыльную землю, сразу же зазвучали команды старших.

Возле Кирилла остановился старший лейтенант Кочетов.

— Значит, так, Кирюха, сейчас начинаем всех шмонать. Вы направляетесь прямиком к нашему куркулю. Старший шмонгруппы Прохор, — Григорий кивнул на шкафообразного прапорщика, который что-то настойчиво втолковывал бойцам, при этом выразительно жестикулировал. — Он всю жизнь прожил в Таджикистане, так что язык и обычаи знает. А я пока встречусь с местной властью, почирикаю на тему лояльности. Удачи, дружище, — напоследок пожелал он.

Десантники разделились на группы и двинулись в направлении выбранных для обыска дворов.

Группа, в которой оказался Марков, состояла из шести человек. Впереди с двумя бойцами шел Прохор, немного отставал Джалалов, замыкали движение Кирилл и Вакуленко.

Глинобитный забор, окружавший усадьбу Муртазы, оказался выше остальных оград в кишлаке. Как настоящая крепостная стена, он внушал нешуточный трепет, усиливающийся с каждым шагом. Нужно иметь определенную психологическую закалку, чтобы сохранить присутствие духа, спокойствие, приближаясь к ограде, за которой находились трое вооруженных боевиков.

— Товарищ капитан, вы бы свой автомат поставили на предохранитель, а то впопыхах еще пальнете по своим, — прозвучавший голос Вакуленко выбил сыщика из нервного ступора.

Кирилл хотел возразить младшему сержанту, но неожиданно для себя защелкнул предохранитель в крайнее верхнее положение и руку положил на ребристый пламягаситель.

Наконец десантники достигли ограды, и один из бойцов, сопровождавший прапорщика, встал под забором, сцепив у паха руки в замке. Второй солдат поставил на его руки правую ногу в пыльном ботинке и проворно взлетел на гребень ограды. В ту же секунду Прохор, Джалалов и Вакуленко направили стволы своих автоматов на дощатые ворота.

Десантник соскочил внутрь двора и через несколько секунд распахнул створки.

Первым во двор вошел Прохор, следом все остальные. Двор местного богача, как и следовало ожидать, оказался в несколько раз больше подворий всех остальных дехкан. На огромной территории, огражденной забором, возвышались холмы соломы, в конце усадьбы находился большой дом, выстроенный буквой П.

Как успел заметить Марков, правая сторона дома представляла собой хозяйственные постройки. Яркими пятнами там выделялись разноцветные лоскуты домотканой материи, на которых вялились на солнце фрукты, сохли какие-то травы. В самом торце здания был огражден хлев для овец, возле которого замысловатой формы вилами перелопачивал пласты соломы смуглолицый юноша лет шестнадцати. Это был среднего роста, щуплый парнишка, одетый в узкие штаны по щиколотку и длинную рубаху, подпоясанную выгоревшим на солнце кушаком. На такого Кирилл в Союзе вообще не обратил бы никакого внимания, а сейчас опер всем своим сознанием ощутил колючий, ненавидящий взгляд. Так обычно на него смотрели уголовники. В этот момент Марков по ментовской привычке вспомнил о табельном оружии. Пистолет Макарова был сейчас плотно зажат тяжелым бронежилетом, отчего милиционер, позабыв об автомате, настороженно исподлобья зыркал на пацана, который при виде вооруженных незнакомцев замер, поставив ногу на вилы.

Внимание сыщика отвлек возглас Вакуленко.

— Нехило будет, если они бабаев спрятали на женской половине дома. Без общесельского хипежа не обойдется. — Михаил почесал облупившийся нос, напоминавший разварившуюся картошку, потом неожиданно довольно хрюкнул: — Если что, бойня может получиться не дай бог.