скорости.
Откидываюсь назад и закусываю губу.
— Я обещал защитить, значит, даже волос не упадет с твоей головы, — цедит Натан, но как-то слишком мрачно.
Мое тело в ответ реагирует неконтролируемой дрожью и возникает вопрос: а не стоит ли мне вместо Ала бояться Натана?
12.
Я, Пчелка Софи и Мона сидим в ряд на диване. От рыжеволосой исходит приглушенная агрессия, но я не понимаю, зачем ей состязаться с Лиз.
— Я ничего не говорила Алу, — шепчет она лицемерно. — Понимаю твою паранойю, но это не я.
Мона всегда разговаривает со мной с небольшим сарказмом, маскируя его под безобидное подшучивание.
Ответ на такое может быть только один — молчание и игнор. Сейчас мне не выгодно показывать зубки.
Да и сцена разыгрывающаяся перед нами вызывает тревогу.
Ал и Натан, кажется, сейчас подерутся. Они кружат по комнате, смотрят глаза в глаза. Старший, хоть и без дракона, но держится вызывающе.
— Какая еще защита? Ты сомневаешься в том, что отец оставил ее мне? — рычит он.
— Не сомневаюсь, но зачем тебе графство, Ал? Ты принес императору присягу, продался. На что тебе своя земля?
Ал вскидывает голову и смеется.
— Хочешь избежать вассалитета, Натан? Не выйдет, приползешь к императору так же, как и все.
Лицо младшего брата в ответ мрачнеет и он усмехается, отступая на несколько шагов назад.
— Думаю, я смогу сделать тебе хорошее предложение. А девчонку не трогай, иначе пожалеешь. Ты знаешь, я могу создать тебе проблемы.
— Ты сам одна сплошная проблема, — цедит Ал и бросает на меня злобный взгляд. В нем я читаю: мы еще сочтемся.
— Дура, — шепчет Пчелка с другой стороны. — Не думаешь о семье. Я напишу отцу, он тебе покажет.
Сестра лопается от гнева, но и ей я не отвечаю. Смотрю на Натана, в надежде, что у него получится отправить меня к отцу. А там я сориентируюсь и снова убегу.
Позже — напряженный ужин. Ничего не значащие разговоры. Пассивная агрессия.
А воспоминания Лиз успели спрятаться и я, так и не добившись толку от чужой памяти, ложусь спать.
Балконные двери предварительно подперты креслом, но я все равно не ощущаю себя в безопасности. Долго лежу с открытыми глазами, пока меня не утягивает в сон. Сама не замечаю, как засыпаю, а просыпаюсь с криком.
На лбу стынет испарина, грудь бурно вздымается и я хватаю ртом холодный воздух.
Прошлое Лиз в полной мере раскрылось мне, но сейчас, после пробуждения, чужое сознание окончательно потеряло силу.
Больше нет эмоций, слабости, дрожащих рук. Я ощущаю себя цельной. Есть лишь неприятные воспоминания, вызывающие только одно желание — бежать от Саршаров как много дальше.
Плечи и руки стынут и я, хорошенько закутавшись в одеяло, сажусь в постели. Сон не идет, а мозг переваривает увиденное.
Теперь я воспринимаю все четко и объективно.
Саршары принадлежат к увядшему роду, который когда-то правил Дургаром. На троне давно другие, но опальные гордецы мечтают вернуть власть.
Тру лоб, разбирая новые знания. До некоторых пор драконы в этом мире не летали, почти не отличались от людей. Выделяла их лишь хорошая регенерация и физическая сила.
Но недавно способность оборота вернулась, и обратившиеся вместе с остальными драконами Саршары устроили бунт.
Мой старый жених погиб в сражении с императором, а Натан упал в море.
В ту ночь адмирал обратился впервые и, видимо, трансформация прошла сложно. Так объясняла все случившееся Лиз.
Качаю головой, копаясь в доставшемся мне “архиве”.
Наивная и восторженная, Лиз полная противоположность мне. Это же надо было безответно влюбиться в парня, которому не нужна.
В академии Натан раздразнил ее, приняв за свою тогдашнюю подружку, подарил Лизе первый поцелуй, а потом с размахом спустил на землю.
Лиз долго собирала разбитое сердце, пока ее не отдали Бернару Саршару. Отцу братьев.
Вторая встреча с Натаном принесла не меньше бессмысленной боли. Уверена, он сделал вид, что не узнал ее. Не желал осложнений с отцом, да и вообще привык жить свободно.
Лиз застукала его в постели с Моной. Точнее, не застукала, а подсмотрела, как адмирал занимается любовью с огненной стервой. Зрелище оказалось любопытным, страстным и бурным. И, конечно же, травмирующим.
Ежусь, отгоняя это воспоминание. Подглядывать за чужими игрищами не в моих привычках. Лучше вычленить важное. Почему Лиз боится Натана?
Ее память будто вертится по кругу, показывая мне тот роковой день, когда произошла битва Саршаров с императором.
Лиз забилась в комнате, где ее оставил старый жених. Девушка боялась его как огня и не понимала, почему по обыкновению он не отвез ее домой.
Она слышала шум ссоры, Бернар Саршар ссорился с Алом, а потом хлопнула входная дверь.
За окном валил снег и стремительно сгущались сумерки. Девушка понимала, что осталась в доме одна, даже слуги бежали.
Забравшись на кровать, Лиз накинула на плечи плед. Вздрагивала от каждого шороха. Когда двери выбили ногой, она закричала, но потом лишилась голоса от ужаса.
В комнату заявился дракон в полутрансформации. Она узнала адмиральский китель, нашивки и галуны. Но лицо было покрыто слоем синей чешуи, впрочем, не только лицо. Шея и руки также переливались всеми оттенками синего.
Дракон, стоявший перед ней, был похож на статую. Нечеловеческие глаза прорезал зрачок и он не моргая смотрел на ее миниатюрную фигурку, разместившуюся на кровати.
— Натан… лорд Саршар, — тонким голоском спросила Лиз и тут же убедилась, что чешуйчатый парень плохо соображает.
Он повел глазами, в которых трудно было уловить хоть малейшую мысль. Облизнул губы и снова уставился, но в этот раз начал медленно приближаться.
Прокручивая воспоминание, я понимаю, что он действительно потерял связь с человеком в этот момент. Натан выглядел безумным.
Он поставил колено на перину и склонился к девушке. Кровать прогнулась под весом тяжелого мужского тела.
Нет, Натан не позволил себе насилия, но то что он сделал, меня весьма удивило.
Втянул воздух носом и подцепил когтем пуговку на платье так, что оно разошлось на груди.
— Прошу… — просипела Лиз.
Дракон наклонился и провел языком по нежной молочной коже, что-то неразборчиво простонал, а Лиз затряслась от страха. Она никогда не видела драконов в полутрансформации.
Плечи Натана напряглись, словно ему пришлось бороться с собственной дикой сущностью, а Лиз отползла к изголовью и свернулась клубком.
Натан встал и быстро пошел к выходу, врезавшись по дороге в столик. На пол полетели бокалы,
