Мэллори встряхнула головой, чтобы прогнать наваждение. Воспоминание это или обрывок ночного кошмара, привидевшегося ей, когда она лежала на той огромной кровати?
Она пожалела, что так неосмотрительно дернула головой. Все поплыло перед глазами. Мэллори попыталась нащупать арку, но задохнулась и, чувствуя, что все кругом проваливается во тьму, зашаталась, как молодое деревце под сильным ветром.
Крепкая ладонь схватила ее за руку, в то время как вторая поддержала под локоть, удерживая от падения. Девушка обхватила широкую ладонь, пытаясь вырваться из черной бездны. Пока ее вели вниз, чтобы усадить на ступеньки, каждое движение, казалось, грозило разорвать ее на куски. Мэллори вцепилась в холодный камень и глубоко вздохнула.
Она медленно возвращалась из забытья. Когда девушка наконец пришла в себя, окружающее пространство словно взорвалось. Звуки нахлынули отовсюду – пение птиц, людская речь, журчание воды. Она зажмурилась, глубоко вздохнула и снова открыла глаза. Зыбкий мир постепенно обретал четкие очертания.
Осознав, что она все еще держит за руку человека, пришедшего ей на помощь, Мэллори промолвила:
– Благодарю… Вас?!
Фицджаст холодно улыбнулся:
– По вашему тону можно заключить, что вы снова пришли в себя.
Мэллори выдернула ладонь из его руки и встала. Поднимаясь по лестнице, она все силы прилагала к тому, чтобы твердо держаться на ногах и не споткнуться. Упасть лицом вниз на глазах у Фицджаста было бы слишком унизительно. Она поправила лук на плече.
Саксон тоже поднялся на ноги. Мэллори удивило, что ей приходится смотреть на него снизу вверх. Она привыкла, что выше всех ростом в аббатстве, где было мало мужчин – только несколько священников и работники, приходившие обрабатывать поля.
– Возможно ли это? – спросил он, обходя вокруг нее нарочито медленным, танцующим шагом. – Неужели вы та самая женщина, которую я встретил на пристани? Куда девалась грязь с вашего лица?
– Не болтайте глупостей! Мне нужно…
– Что глупого в восхищении женщиной? Вы больше не скрываете свои восхитительные формы под широким плащом. На вас не осталось следов трудного продолжительного путешествия. Вы, с вашими длинными, до талии, прямыми черными волосами, блестящими, как вороново крыло, выглядите так, словно изначально принадлежали ко двору королевы Элеоноры.
– Я не нуждаюсь в ваших комплиментах. Мне нужна ваша помощь, чтобы добраться до покоев королевы.
Он улыбнулся и, будто не слыша, продолжал:
– Простой покрой платья подчеркивает вашу красоту, а резная рукоятка клинка притягивает взгляд мужчины вниз, от вашей прекрасной груди к талии. Очень приятное зрелище – любой мужчина с удовольствием насладился бы им. Ткань вашего платья в точности того же оттенка, что и ваши глаза. – Он поднялся еще на одну ступеньку. – И они сейчас совсем рядом с моими. Весьма приятное обстоятельство! А ведь со свежевымытым лицом и полным отсутствием косметики, которую используют другие женщины, вы оказались на удивление красивой и привлекательной.
– Внешность иногда обманчива, – сказала Мэллори, включаясь в его бездумную игру словами, значившими не больше, чем бессмысленный крик осла. – Кстати, все ли у вас в порядке с глазами?
Он нахмурился.
– А что? Почему вы спросили?
– Мне кажется, что у вас плохо со зрением.
– Неужели вам так трудно поверить, что на вас приятно смотреть?
– Мне трудно поверить, что вы можете сейчас думать об этом.
– Значит, вы плохо знаете мужчин.
Мэллори следовало сразу же прекратить этот разговор. Она достаточно знала о мужчинах. Знала о том, как их одолевает похоть и как эта похоть может разрушить семью. Сказать об этом Фицджасту означало бы открыть тайную боль, которую Мэллори не хотелось вновь испытать в своей жизни.
– Я знаю достаточно, – сказала она, – чтобы понять, что за вашей болтовней скрывается нечто совсем другое.
Саксон отпрянул, но она не ощутила удовлетворения от победы, когда он, нахмурив рыжеватые брови, сказал:
– Аббатиса выбрала вас как самую опытную и хорошо обученную воспитанницу в аббатстве Святого Иуды. Вас научили только владеть оружием? Или вы к тому же умеете оценивать окружающих, угадывая их мысли?
– Прошу прощения, – промолвила Мэллори. – Я и так заставила королеву слишком долго ждать.
– Постойте! – окликнул он, когда она повернулась, чтобы уйти.
Девушка не остановилась, и Фицджаст преградил ей дорогу. Мэллори чопорным тоном произнесла:
– Меня ждет королева.
– Здесь вы не в своем аббатстве. Вы в Пуатье, где королева содержит самый блистательный и прославленный двор из всех, когда-либо известных в истории. Может, королева и не возражала против вашего появления перед ней в одной ночной рубашке, когда вы находились в аббатстве Святого Иуды. Но здесь вы должны выглядеть соответствующим образом, когда предстанете перед ее величеством. – Он одернул на ней покрывало.
Мэллори поморщилась и придержала покрывало рукой, чтобы не дать ему сдвинуться.
– Я прекрасно выгляжу.
– Ваше покрывало сбилось. – Улыбка на лице Фицджаста поблекла. – Вы уверены, что чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы встретиться с королевой? Вы получили сильный удар по голове. Пока я нес вас сюда, вы болтали всякую чепуху.
– Что вы имеете в виду?
Саксон пожал плечами:
– Всякие глупости.
– Глупости?
– Слова, лишенные какого бы то ни было смысла. – Он холодно усмехнулся. – Вы не разгласили сведений о каких-либо прошлых грехах и не раскрыли никаких вселенских тайн, способных перевернуть мир вверх тормашками.
– Откуда мне знать, что вы говорите правду?
Мэллори силилась вспомнить, что она могла наговорить. То, что Саксон упорно утверждал, будто она ничего не сказала, на самом деле означало, что она высказала немало такого, что он оказался в состоянии понять.
– Разве я когда-нибудь лгал вам? – Он наклонился вперед, и их глаза оказались совсем рядом. – Я честно сказал вам тогда, что с вашей стороны было бы умнее провалить испытание, устроенное вам королевой в вашем аббатстве.
– Я верно служу королеве! – Голос ее прозвучал твердо, однако она отступила назад, пока не оказалась у края ступеньки.
– Это не вызывает сомнений, но я подумал, что вам, возможно, хватит ума остаться в аббатстве Святого Иуды.
– Вы усомнились, что я исполню распоряжение королевы?
Он усмехнулся уголком рта.
– Я подумал, что вы, возможно, склонны прислушиваться к полезным советам, сестра Мэллори.
– Сейчас ко мне следует обращаться «леди Мэллори».
– Леди?
– Так меня называет королева.
Он рассмеялся.
