— это сияла в моих золотых глазах сама сущность ее ценности, сконцентрированная и материализованная.
Ее аура била в глаза нестерпимо ярким, алым потоком, слепящим даже для моего восприятия. Я не мог даже примерно оценить ее стоимость в золоте — цифры зашкаливали, теряя всякий смысл. Это была не просто ценность. Это была история. Сила. Само воплощение наследия.
Мысль пронзила мозг молнией: если я поглощу это Маской, Кабан никогда не оставит это просто так. Он прикажет разобрать меня на атомы в своих лабораториях, чтобы выудить эту мощь наружу. Это билет в одностороннюю могилу.
Но иного выбора не было. Теперь уже никакого.
Великий Страж застыл на мгновение, шокированный моим действием. Он не мог знать, что я атакую трон и не мог видеть ауру сферы через перегородки. Но через секунду и до него дошла излучаемая ей мана.
И в этот момент его безмятежная уверенность дала крошечную, драгоценную трещину.
Я уже двигался. «Прогулка в облаках» и «Прилар» сработали на пределе, выжимая из моих каналов все до последней капли. Я не побежал — я рванул с места, превратившись в размытый силуэт.
Лестница в трюм промелькнула подо мной за долю секунды. Коридоры пролетели вихрем. Впереди — завал обломков и исковерканная переборка. Обходить — слишком долго.
Я сгруппировался и протаранил ее плечом, не сбавляя скорости. Дерево и металл с хрустом подались, и я влетел в трюм, весь в пыли.
И вот оно. Прямо передо мной. Алая сфера еще даже не успела упасть, будто подвешенная в воздухе, пульсируя титанической, неосвоенной силой.
— НЕ СМЕЙ! — рев Стража обрушился на меня сзади, нечеловеческий, наполненный такой яростью, что воздух задрожал. Давление его силы сковало меня, пытаясь раздавить.
Но я уже протягивал руку. Пальцы в сантиметре от поверхности сферы.
— МОЕ! — мой собственный крик был хриплым, отчаянным, полным азарта пирата, ставящего все на кон.
Ощущение было сродни тому, чтобы оказаться в эпицентре звезды. Абсолютная, всепоглощающая ярость чистой, недифференцированной энергии ворвалась в меня. Она не просто текла — она сносила все на своем пути, заливая каждый нерв, каждую клетку, каждый энергетический канал.
Золотые нити Маски на моей груде запылали, как расплавленное солнце, а белая паутина, заменившая ядро, вздулась и загудела, не в силах вместить и малой доли этого потока.
Осознание пришло мгновенно и безжалостно. В отличие от прошлого раза с ядром Предания, когда еще был небольшой шанс выжить, на этот раз мое тело не выдержит. Оно просто испарится, не успев даже как следует взорваться. Спасения нет.
Но у меня было решение. Сто сорок две нити. Сто сорок две жизни, связанные со мной благодаря способности Маски.
Раньше для передачи энергии требовалось прикосновение. Но сейчас правила диктовало подавляющее, невообразимое количество энергии.
Мысленным приказом, рвущимся сквозь боль, я распахнул все каналы сразу. Не для управления. Для сброса.
Я стал живым громоотводом, воронкой, через которую хлестала в мир энергия сферы, и я направлял ее вовне — в моих бойцов. Я чувствовал, как где-то далеко, на других кораблях, люди начали падать в конвульсиях, их тела и ядра насильно наполнялись силой, которую они не могли вместить, но которую были вынуждены принять.
И несмотря на этот чудовищный отток, та часть, что оставалась во мне, была все еще невероятно огромна. Она пробила первую преграду с легкостью пули, прошивающей бумагу. Кульминация Хроники. Затем — Кризис. И тут же — Развязка. Все это — в единый, растянувшийся на секунду порыв.
Именно в этот момент до меня донесся свист рассекаемого воздуха. Рука Великого Стража уже касалась моего затылка. Но я, движимый новообретенной силой и чистейшим инстинктом выживания, рванулся в сторону. Удар лишь опалил кожу, но не достиг цели.
Впрочем, выжил я не только благодаря своим навыкам и реакции. Страж не стал завершать удар. Его рука замерла в воздухе. Его взгляд, полный ярости и шока, теперь был прикован не ко мне, а к тому, что осталось на полу позади меня.
Среди обломков трона лежал еще один предмет. Изысканный браслет, сплетенный из темного, почти черного дерева и тусклого, не отражающего свет металла.
Я снова активировал окуляр-визор. Ничего. Ни малейшего свечения маны. Но мои золотые глаза видели другое. Его аура сияла. Не так, как алая сфера — она была иной. Глубокой, древней, бездонной. И она была ярче. На порядки ярче.
Логика сработала мгновенно. Окуляр не видел ману Артефакторов Предания, но видел энергию артефактов их уровня, однако не выше. То есть передо мной сейчас был полноценный артефакт минимум уровня Эпоса.
Великий Страж смотрел на браслет с таким благоговейным трепетом, что я понял — именно ради этой безделушки Кабан и прибыл в Амалис. А все остальное — и трон, и сфера — было всего лишь упаковкой.
Время замедлилось до ползучей, тягучей капли. Браслет лежал между нами — ключ к выживанию, единственный шанс решить ситуацию с Кабаном. Броситься к браслету в присутствии Предания было чистейшим безумием, но другого выхода не оставалось.
Я рванул вперед, вкладывая в движение не только скорость «Прогулки» и «Прилара», но и ту яростную энергию, что все еще клокотала во мне после поглощения сферы. Она жгла изнутри, и я выжал из нее все, что мог, вбросив в татуировки, усиливающие скорость и реакцию. Моя рука протянулась к браслету.
Но и его рука двинулась одновременно. Мы схватили браслет практически в один миг. Его пальцы сомкнулись на металле, мои — на деревянной части.
Я почувствовал жажду Маски, желание поглотить браслет, превышавшее даже ту алчность, что бы направлена на сферу. Но поглощение артефакта выше меня на два уровня было равноценно смерти и, похоже, это понимала даже Маска, поскольку мне даже не пришлось останавливать ее порыв.
— Отдай! — рык Стража был подобен грому.
— Сам отдай! — выдохнул я, упираясь ногами в пол, чувствуя, как кости трещат под невероятным давлением.
Мы оба дернули на себя. И его сила, абсолютная, неоспоримая, перевесила. Но он приложил ее с таким избытком, что, он потащил нас обоих за собой по инерции.
Сцепившиеся в мертвой хватке, мы проломили стену трюма, потом еще одну, затем — внешний борт «Дивного» с оглушительным треском ломающегося дерева и металла.
Еще одним рывком он все-таки выдернул браслет из моей руки. Я отлетел в сторону. Но сдаваться было рано.
— РОТА! К БОЮ! — мой рев, усиленный татуировкой громкоговорителя, раскатился по Небу, оглушительный и повелительный.
Ответ не заставил себя ждать. Люки
