перед тем, как выйти за дверь. Грэм опирается на свой грузовик — старый пикап вишнёво-красного цвета. Он в безупречном состоянии. Я впечатлена и немного надеюсь на то, что он сможет помочь сделать на ферме.
— Запрыгивай. — Грэм улыбается и переходит на сторону водителя.
Я сажусь и таю на пассажирском сиденье. Я такая уставшая и измотанная после прошлой ночи, и я не подумала о синяках, которые видны, прежде чем надела эту майку. Мои запястья определённо выдают, что меня связывали, а локти тоже содраны и в синяках.
Этот красавчик-мудак, — киплю я, думая о Романе.
Если Грэм и замечает их, не поднимает эту тему. Слава богу.
Несколько минут он молчит, пока мы едем по дороге в город, прежде чем заговаривает.
— Ты нормально добралась до города?
Я ненавижу беседы, но уступаю.
— Да, насколько хорошо может ориентироваться двадцатипятилетняя без связи и карты. — Грэм бросает на меня взгляд искоса, ухмыляется и проводит рукой по своей щетине.
— Чёрт, надо было сказать тому адвокату, что я встречу тебя на развилке межштатной трассы. Многие приезжие теряют связь на въезде и теряются. Но рад, что ты добралась.
Ага, это спасло бы всю мою паршивую ночь, если бы он встретил меня там и проводил обратно. Я бы не блуждала часами и, вероятно, отпугнула бы того парня, который следил за фермой. Кстати, о напоминает.
— Кто-то был на ферме, когда я подъехала прошлой ночью, если честно. Меня это очень напугало. Это здесь в порядке вещей?
Грэм раздражённо выдыхает.
— Обычно нет, но в последнее время участились сообщения о том, что люди шарят по заброшенным объектам. К сожалению, шерифу Мюррею не на чем основываться, и ничего не украдено и не взломано, так что он не считает это проблемой высокого уровня.
Я хмурюсь. Этот шериф звучит как худший кандидат на эту работу.
— Неудивительно, учитывая, что он закрывает участок в восемь вечера, — бормочу я и скрещиваю руки на груди.
— Откуда ты знаешь? Тебе пришлось ехать в участок прошлой ночью? — На лице Грэма вспыхивает беспокойство. По крайней мере, он нормальный человек, который реагирует так, как и должны люди.
Я пожимаю плечом и сжимаю губы при воспоминании о том, что произошло прошлой ночью.
— Нет, но я пыталась позвонить из той круглосуточной закусочной у фермы.
Грэм нажимает на тормоз, и я чуть не вылетаю из сиденья. Я упираюсь руками в приборную панель и ошалело смотрю на него.
— Какого чёрта!
Его лицо серьёзно.
— Ты была в Закусочная Роза? Ты в порядке? — Его глаза с новым пониманием оглядывают меня. Мои локти свежеисцарапаны и в синяках, как и руки. Я даже не хочу, чтобы он смотрел на мои запястья. Очевидно, что там что-то случилось.
— Я пыталась воспользоваться телефоном-автоматом, и тогда я узнала, что полиция в этом городе отстой. Но потом эта маленькая байкерская банда втянула меня в то, чтобы сесть с ними, и… — испуганное выражение лица Грэма заставляет меня замолчать.
— Это они сделали с тобой? — Его тон наполовину разъярённый, наполовину испуганный.
Мои брови сходятся вместе.
— Нет. Не они. Их маленький главарь, Роман. — Я не скрываю презрения в голосе.
Грэм проведёт ладонью прямо по лицу и ведёт ею вниз, будто ему только что сдали хреновые карты в игре.
— Держись от них подальше. Они плохие новости, Брайар. Не в смысле «залететь» — это плохие новости, но с их появлением в нашем городе люди начали пропадать — это плохие новости. — Его голос строг и искренен настолько, что я согласно киваю.
Ясно, что Грэм желает мне только лучшего, пока я здесь. Хотя я думаю, что они также и в смысле «залететь» — плохие новости. На моих губах расползается усмешка.
— Я не шучу. Если увидишь их — беги в другую сторону. Поняла?
Я откидываюсь на неудобном сиденье и киваю.
— И что вообще с ними такое?
Грэм делает ровный вдох и снова переводит коробку в режим движения. Город наконец-то показывается на горизонте за сеновалами.
— Днём они не создают проблем, но ночью всё иначе. И никто ничего не может доказать, так что закон их никогда не трогал. Я предпочитаю не соваться в местные драмы, но знаю, что у них тесная компания, и они связываются только с теми, кого одобряет Роман. Думаю, Роман тебя не одобрил.
Я закатываю глаза и смотрю в окно на коров и лошадей вдалеке.
— Блядский культ.
Грэм усмехается.
— Вот именно. Что-то с ними не так. Держись фермы и города, не выходи на ночь, если ты не с кем-то. — Я приподнимаю бровь, глядя на него. Я ценю заботу и советы, но он начинает звучать немного контролирующе.
— Так насчёт фермы… — меняю я тему.
Мы оба заказываем кофе в кафе «Бобовое зернышко» и сидим в обеденном зале, обсуждая, что ждёт ферму в будущем. Кафе уютное, маленькое и тихое, с постоянными посетителями, как я предполагаю по тому, как непринуждённо они болтают с женщиной за кассой. Атмосфера приятная. Это отличная альтернатива закусочной. Что обидно, потому что её еда мне правда нравилась. Не так сильно — обслуживание. Я поджимаю губы, вспоминая грубые взгляды Ланы, которая взглядом выгоняла меня вон, как только я села.
Я говорю ему, что у меня нет планов оставаться надолго. Я просто хочу привести территорию в порядок и продать. Думаю рассказать о флешке, но решаю, что это может быть не самой хорошей идеей, пока я не узнаю его получше.
Грэм хороший парень и согласен на моё предложение заплатить ему после продажи имущества. К тому времени, как мы заканчиваем разговор, уже почти полдень.
— Можем начать завтра? Я довольно вымотана после долгой ночи, — говорю я застенчиво, ставя свою чашку на край стола, где официантка сможет её забрать.
Грэм тянется руками над головой и откидывается на стул напротив меня. Его колени мягко сталкиваются с моими, и мой взгляд падает на пресс, который виднеется из-под поднявшейся рубашки. Он замечает, что я смотрю, и мои щёки мгновенно теплеют.
— Тебе стоит прийти сегодня на вечеринку. Будет полезно познакомиться с местными и расслабиться после вчерашнего. Не все в Бэйн-Фолс — придурки, знаешь ли.
Я обдумываю его слова. Обычно я быстро отказываюсь от приглашений, но мне очень не помешает немного алкоголя и веселья. Если идёт Грэм, то, возможно, стоит прийти. От него исходит флиртующая энергия, которую я охотно возвращаю.
— Я, пожалуй, соглашусь. — Я улыбаюсь, пытаясь скрыть жар, разливающийся по щекам.
Он облизывает губы, и это движение привлекает моё
