Торнтона. Знаешь, за всеми теми кукурузными полями.
Она бросает на меня нерешительный взгляд.
— О… Мои соболезнования. Арнольд был тихим парнем, но добрым. Ты живёшь там совсем одна?
Я пожимаю плечами. — Да, ничего страшного, только для меня там по ночам слишком жутковато. Так тихо.
Её выражение лица на секунду становится обеспокоенным, прежде чем она передаёт мне пакет с продуктами через стойку.
— Я буду на вечеринке чуть позже девяти сегодня. — Она снова переводит тему на вечеринку, записывая свой номер телефона на обратной стороне чека и передавая мне. — Я уверена, ты в конце концов разберёшься со своей сотовой связью. Просто зайди в техмагазин на Мейн-стрит. Напиши мне, когда у тебя появится связь, ладно? Но я уверена, увидимся сегодня вечером!
Я дарю ей улыбку. — Спасибо, Хейли. — Я обхватываю бумажные пакеты руками и снимаю их со стойки.
Глубокий смех привлекает моё внимание.
Дерьмо. С Хейли было так легко болтать, что я затянула разговор слишком долго. Я бросаю тревожный взгляд через плечо и замечаю тёмные волосы Бенсена. Хейли открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но я уже мчусь к выходу.
— Увидимся, Брайар! — кричит Хейли, и уголки её губ трогает невинная улыбка.
Вот чёрт.
Я смотрю на группу мужчин и встречаюсь взглядом с Джоном. Его рука обнимает за плечи брюнетку. Гейл засунул руки в карманы шорт. А Тейлор с Бенсеном выглядят так, будто готовы бежать за мной.
Глаза Джона расширяются, его челюсть сжимается. Девушка окидывает меня взглядом и хмурится, когда Джон отпускает её.
Я бегу, чуть не роняя драгоценные продукты, которые едва могу себе позволить, пока мчусь через парковку. Я завожу машину дрожащими руками и давлю по дороге. Смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как Гейл и Тейлор выбегают из магазина, посмотреть, куда я уехала.
Чёрт возьми. Они скажут Роману, что я не уехала из города.
Моя нога трясётся всю дорогу до дома, и одна мысль гложет меня на протяжении всего пути.
Парням из закусочной нравятся быстрые машины и мотоциклы. Они точно будут на вечеринке сегодня вечером.
Глава 5
Роман
Парни ведут себя странно с тех пор, как вернулись из магазина. Очевидно, что они что-то от меня скрывают. Как лейтенант Отряда «Икар», я знаю каждого из них вдоль и поперёк. Это моя чертова работа.
— Что бы вы от меня ни скрывали, это подождёт до завершения первой фазы нашей миссии, — говорю я с ноткой раздражения, захлопывая коробку с трекерами для сегодняшней операции. Мы идём с минимальной огневой мощью сегодня, поскольку будет много гражданских.
После первых нескольких вечеринок мы поняли, что нам не нужно ничего, кроме ножей и пистолетов. «Суб-Роза» ещё не совсем догнала, что мы здесь и пытаемся проникнуть в их врата в Бэйн-Фолс.
Гейл проводит рукой по челюсти — его верный признак дискомфорта. Джон ёрзает на стуле и встаёт, меняя тему, прежде чем я слишком глубоко вникну в их маленький секрет.
— Лейтенант, я всё ещё думаю, что подходить к членам «Суб-Розы» слишком рано. Они могут быть всего лишь мелкой рыбешкой, которую мы выявили в организации. Мы должны быть уверены на сто процентов, что «орёл приземлился», прежде чем раскрывать свои карты.
Тейлор трёт затылок и кивает. — Да, я имею в виду, они вполне могут свернуть всё дело до конца лета, если мы не будем осторожны. И тогда коту под хвост все наши два года здесь, зря потраченное время и гребаные усилия.
Я хмуро смотрю на них.
— Вы хотите сказать, я зря терял время. Вы, парни, ничего не делали, кроме как трахались с местными, как грёбаные псы. И никто не говорил о том, чтобы раскрывать прикрытие. Я сказал вам, это внедрение — посмотреть, залают ли они, когда мы ткнём в них палкой. Генерал ещё не отдал приказов, что он хочет, чтобы мы делали, когда обнаружим их врата. — Мои кулаки сжимаются по бокам.
Эта миссия целиком на моей шее. Тёмные силы не для слабаков. Они для чертовых преступников-психопатов, которые каким-то образом проходят подготовительный лагерь «Подземных испытаний».
И меня, конечно, полностю чертовски поимели с этой миссией. После всего моего времени на службе в секретных войсках и попыток доказать, что я достоин быть сержантом, а затем лейтенантом, мне достаётся роль в отряде на заставе.
«Икар» — это испытательный отряд для долгосрочных интегрированных миссий за пределами базы. Насколько я понял за время в Тёмных силах, только опытные отряды отправляются на такие миссии и получают этот вкус свободы, которого мы все добиваемся.
Я смотрю за гаражную дверь автомастерской и щурюсь на нашу фальшивую жизнь, наполненную вещами, о которых я только мечтал. Нахождение здесь, в Бэйн-Фолс, было как новый старт, но у каждой мечты есть цена, которую нужно заплатить.
Это те вещи, которые мы, возможно, сможем сохранить, если успешно выполним эту миссию. Наше время здесь окупилось. Местные теперь доверяют нам, а люди из «Суб-Розы» стали допускать ошибки в своей безопасности, так что у нас есть хорошее представление о том, кто управляет точками входа в подземный мир.
Отряд «Икар». Морщу нос от названия. Когда генерал Нолан отозвал меня с особенно ужасной миссии, с которой я только что вернулся, и сказал, что у него есть видение чего-то нового, я никогда не мог представить, что это будет так. Оказывается, он уже некоторое время собирает секретные отряды. Меня мутит от мысли, сколько таких, «расходных материалов», как он выразился, существует. Узнаем ли мы, когда наше время выйдет? Наш единственный способ связи с базой — через Нолана.
И из всех вышестоящих офицеров я доверяю ему меньше всего. Испорченная цепочка командования — это генерал Нолан и капитан Бриджер на вершине — люди, которые дали понять, что для них не проблема избавиться от отрядов, которые плохо работают.
Я выполнил каждый его приказ. Потому что это то, что я, блять, делаю, — я добиваюсь результата, чтобы мой отряд увидел следующий день. Но я не ожидал, что он так внезапно сменит направление нашей миссии вчера.
Капля пота скатывается по моему виску, когда я думаю о беспощадном генерале. Я никому не доверяю. Мы все в какой-то момент жизни усвоили на горьком опыте, что не стоит доверять полностью. К сожалению, это моя ахиллесова пята. Ты должен доверять своим товарищам по отряду на сто процентов, когда ты на задании. И этот корабль для меня уплыл давным-давно.
Даже сейчас. Я не знаю, могу ли
