– с осторожностью разбавляет нашу вспыхнувшую перепалку вернувшийся официант. Георгий с негодованием кивает и тянется за вилкой.
– Быстро рассказывай, где какой в реальности опыт получила.
Он пожирает меня раздраженным взглядом. Я наскоро перечисляю все пройденные курсы, прошлые обязанности, ухитряюсь упомянуть о знаниях в химико-промышленной области.
– У тебя по нефтегазу ноль, Афина.
– Ну… не совсем. Я раньше вплотную с этим не работала, да, в технологических процессах не участвовала, но общие понятия…
– Общие понятия ты можешь себе засунуть в то самое место, которое пять минут назад облобызал каждый присутствующий здесь мужик! Мне нужно углубленное знание процессов, чтобы ты не перепутала ничего и понимала, о чем мы вообще разговариваем!
– Я понимаю!
– Как определяют коксуемость десятипроцентного остатка? – отбривает он неожиданно.
Грудь моя наполняется воздухом. Но я… молчу.
– Когда применяются специальные смесители при компаундировании? – добивает он, и я вновь молчу. Да откуда же я знаю?! – Как определить долю механических примесей в дизтопливе? Категории нефтяных топлив? Паспорт качества нефтепродукта? – полного ответа снова не будет, и Георгий откидывается на спинку стула.
– Но перевести я смогу!
– Этого мало. И заметь, я тебя еще не заваливал.
– Из-за этого я не подхожу? Или все же я не подойду тебе с любыми знаниями? Даже с этими?
– Афин, давай честно… у тебя много пробелов.
– Мне нужна эта работа. Я ни на что больше не претендую! Мы же почти перестанем пересекаться, я не буду попадаться тебе на глаза. Ну не отнимай возможность зарабатывать и перспективу развиваться только из-за того, что было когда-то давно! Я уже все забыла, правда!
– Так легко первый раз забывается?
Во рту пересыхает, в моих трясущихся пальцах оказываются вилка и нож. Дребезжа, они тихонько ударяются о тарелку, пока я дергано пытаюсь разрезать огромный ломоть курицы в цезаре. Понимая, что сама себя выдаю, откладываю приборы в сторону.
– Георгий Александрович, вы хотели обсудить сегодняшнее расписание, – смело гляжу в его глаза. Не то голубые, не то зеленые. Пронзительные донельзя. В них томится сдержанное ожидание, но утонуть в них больше себе не позволю. Мне одного раза хватило оступиться. – Мы можем начинать.
– Ответь, Афина. Неужто так легко?
– Да, – отрезаю надменно. Не ему воскрешать в моей памяти ту ночь, когда он сделал меня женщиной. Не ему!
– Лжешь…
Глаза его проницательно прищуриваются, внимательно изучая мое лицо.
– Для тебя это в норме вещей. Так принимай мой ответ. Лживый или нет. Какая уже разница?!
– Помнишь, значит. А никогда не жалела, что ушла тогда?
– Никогда. Все, что о тебе думаю, я озвучила еще четыре года назад.
Не знаю, что именно Георгий хотел прочесть в моих глазах, но что-то он там заметил. Потому как спокойно подается вперед, заявляя:
– Сегодня днем занимаешься документами. Вечером я заеду за тобой. А завтра… – голос его становится зловещим, – весь день придется со мной провести на заводе. Если, конечно… ты не передумала оставаться. Тебе придется подтягивать знания. Учиться. Разбираться. Если не согласна, свободна хоть сейчас.
Слова эти тяжелым камнем опускаются на душу, придавливая меня. Но я и виду не показываю. Лишь киваю молча и возвращаюсь к салату.
Я получаю еще кое-какие уточнения. До вечера пропадаю в документах. Пару раз созваниваюсь с мамой, болтаю с Линой. После звонка Георгия, будь он неладен, иду собираться. Деловой наряд выглядит очень скромно, ну тут-то никто точно не прицепится. И вообще! Его злость неуместна!
Стук в дверь. Я в растерянности поворачиваюсь в ее сторону. Подхожу медленно.
Спрашиваю, кто там…
– Открывай. Это я.
– Я бы и сама спустилась… – лепечу, отворяя.
Георгий нетерпеливо проходит в мой номер, сгущая и без того напряженную атмосферу. Стоит горой посередине комнаты, разглядывает меня придирчиво. Я смущаюсь, ничего не могу с собой поделать.
– Осмотр закончен? – не даю и намека на тревогу.
– Меня устраивает. Идем.
Не обращаю внимания. Цепляя сумочку, надеваю удобные туфли. Да, не супермодные, зато мозоли не натирают.
Только мы спускаемся и выходим на улицу, я замираю от резкого окрика, и в меня тут же врезается что-то твердое и тяжелое. Меня отбрасывает назад. Сильные руки помогают подняться.
Едва оказываюсь на ногах, глаза мои расширяются: на груди и животе расплываются огромные грязновато-желтые мокрые следы. Еще и воняют!
Мужчина, проезжавший мимо на велосипеде, кажется, зазевался и облил меня дешевым пойлом из алюминиевой банки.
– Ну и куда ты прешь, увалень! – наступает на него Гоша, а тот рассыпается в искренних извинениях, с опаской косится на моего спутника и, подхватывая велосипед, старается поскорее убраться прочь.
Я со скорбью оглядываю испорченную одежду. Вот же нерпуха, а! Вечно меня затягивает во все переделки!
Георгий, недовольно сцепив челюсти, обходит меня, прилипает сбоку и нюхает мои волосы.
– Ну а это-то еще зачем?!
Отталкиваю его неосознанно.
– Он умудрился тебе еще и на волосы эту бурду вылить. Несет как от пивной бочки.
– Кошмар!!! И что теперь делать? Времени впритык!
– Иди переодевайся, что!
– Как будто я на три дня миллион нарядов набрала!
Георгий вновь морщится:
– Лучше бы и правда тряпки с собой притащила… пошли, – разворачивается.
– Куда?!
– К тебе, – роняет он через плечо.
– Я сама справлюсь! Вы можете здесь подождать!
– Вижу я, как ты справляешься. Вперед!
Глава 11
«Ага! Разбежалась! Ко мне…» – думаю я про себя, наскоро промывая волосы и смывая с себя неприличный запах.
Колдую над прической как могу быстро – хорошо, фен прихватила!
Перепачканная одежда валяется комком на полу ванной комнаты.
Волосы оставляю влажными: полностью высушить все равно не успею. Так! Одеваться!
Блузка! Скорее пальцами перебираю пуговицы. Суета давит на меня, не могу успокоиться.
Юбку! Давай-давай-давай! Ну! Что там с замком?! Заело, что ли?! А ну вперед! Под-да-вай-ся же! Ну!
Резкий рывок, и…
– Ааа, ты что, сломался?! – вырывается у меня в панике. Кому расскажи, что я с замком разговариваю, пальцем у виска покрутит!
Долбанный замок! Вот паршивец!
Нервно разглядываю молнию и пытаюсь сделать хоть что-то. Что за невезуха?!
Ну все! Деловой одежды у меня больше нет! Только та, в которой я прилетела. Кааапеееец!
Внезапно раздается суровый стук в дверь.
Даже спрашивать не нужно, и так знаю, кто тарабанит.
– Афина, ты готова? – раздается грозное. Эх, была не была! Опускаю ручку…
– У меня проблема!
– Что там?
– Вот…
Красноречиво указываю на свою неловкость. И на себя в неподходящей одежде.
– Я же просил строгий костюм…
Без слов сую ему в руки испорченную юбку. Дергаю бровью от возмущения и досады. Руки складываю на груди.
– Так, поехали,
