более, что мы тут уже освоились, – добавил второй.
– Другие точно магию использовать будут, – заметил третий.
– А вы нам про свой мир расскажите. Как это, без магии жить? – четвертый наконец-то выдал причины вторжения пятерки на кухню.
А пятый промолчал, он вообще почти не разговаривал.
Махнула рукой, мол, работайте, мне не жалко. Мне дико. Я не могла понять логики магов – лучше одну морковь есть, чем каплю магии на печь потратить? И что мне с хлебом делать, дровяную печь класть? Не выкидывать же опару, жалко. У меня вообще рука что-то выбросить не поднимается.
Уйти в размышления не дала госпожа Кинази. Целительница зашла на кухню счастливая до невозможности, что прямо светилась вся.
– Карина, это было потрясающе вкусно! Спасибо, порадовала чем-то настоящим, а то эти концентраты так надоели, что зубы сводит.
– Концентраты? – переспросила я.
– Ну да, мы все ими питаемся. А у вас такого нет, да? Это что-то типа обогащенной необходимыми питательными веществами и магически насыщенной субстанции, высушенной и спрессованной. Ее с утра съедаешь и на сутки хватает. Я тебе принесла, кстати, держи.
Женщина вложила мне в руки цилиндр с крупными, размером раза в два больше пятирублевой монеты, таблетками.
– По одной с утра, – напомнила она.
– То есть тут никто не голодает, – дошло до меня. – А зачем вы детей морковью кормите?
– Потому что у кадетов должен быть режим. Да и полезно питаться чем-то, помимо концентратов, – голос ректора за спиной заставил меня вздрогнуть.
И что его снова нелегкая принесла? Ушел же вроде? Внутри заворочалось недовольство собой. Вот я глупая, пожалела деток, называется. Магию их ценную и непонятную потратила, продукты перевела, а они тут и без этого неплохо жили.
А все почему?
Потому что нет инструкции. Был бы список оговоренных должностных обязанностей, даже не подумала бы никого кормить. Хотя таблетками питаться совсем не хочется… Курочки бы или супчика…
Медленно развернулась и сказала то, что должна была сказать раньше:
– Мне жаль, что так получилось, и я потратила вашу магию. Постараюсь больше не допустить такого. Впредь готовить не буду. Кухню приберем. И я бы хотела увидеть список своих обязанностей.
– Пойдемте, – кивнул мне ректор. – Именно это я и хотел с вами обсудить.
***
Кабинет ректора был обычный. Не знаю, что я ожидала увидеть, но он ничем принципиально не отличался от кабинета Бориса Сергеевича. Массивный стол, книжные шкафы, ковер, кресла и диванчик для посетителей. Ну, мебель чуть внушительнее, да окна с тяжелыми шторами, а не жалюзи. И ноутбука нет. На столе бумаги и чернильный набор. Вот только в кресле руководителя совсем другой человек…
И снова так тоскливо на душе стало, такое невыносимое одиночество навалилось, что не выдержала, спросила:
– Лорд Готье, вы можете вернуть меня обратно?
– Что, уже хотите сбежать? – с кривой усмешкой спросил он. – Испугались первых же трудностей?
Задумалась. То есть вот так это выглядит со стороны? Но, наверное, он прав, а на правду не обижаются.
– Дело не в трудностях. Просто я не вижу, чем могу быть полезна, а быть обузой не хочу, – объяснила я свою позицию.
У нас психологи так детей учат – что бы ты не чувствовал, не молчи, не замыкайся и не уходи от проблемы, а объясни, что именно в ситуации тебя не устраивает. Откровенный разговор – путь к взаимопониманию.
Но проблема в том, что искать с ректором это самое взаимопонимание я совсем не хотела.
В своем мире я инвалид, но никто не посмеет сказать, что я обуза. Даже на ферме я честно отрабатывала свою миску похлебки, и там никто не смотрел, что я подросток и едва хожу. Я ухаживала за скотиной и птицей, помогала на огороде, даже туши разделывала. На работу выходила с рассветом и работала до заката, потому что иначе хозяин обещался меня отослать к приемным и намекал, что у них на меня есть планы, которые мне не понравятся. О планах я и без него знала, потому и не роптала. И даже когда в межу от усталости без сознания падала, о трудностях не думала.
А теперь мне об этом говорит Светлый, которому магию тратить нельзя, а руками работать зазорно. И как мне вести себя с ним?
– Я не могу вас отправить назад. Для начала, я не знаю, откуда вы. Я был уверен, что из Мороксойла, это империя Темных магов на западном континенте, ведь госпожа Кинази не сочла нужным сообщить мне, что вы из иного мира. Видите ли, она прибежала ко мне и сообщила, что девушка из портала – специально присланный в Академию завхоз. Но перемещение пошло не так, и в результате вы пострадали сами и потеряли багаж вместе с документами. Портал действительно был не такой, как обычно, а сомневаться в своих словах наш целитель до сегодняшнего дня оснований не давала. Поэтому я и объявил вас завхозом. Но теперь пришла пора разобраться, что вы такое на самом деле.
“Что”. Он сказал про меня “что”. Показательно.
– Силина Карина Евгеньевна, человек, – повторно представилась я. – На Окенчаре впервые. В своем мире магических способностей не имела, поскольку магии там нет. Соответственно, ничего об этом не знаю. Попала сюда случайно…
Замолчала. Или не случайно? Я упала и потеряла сознание, и потом мне приснился какой-то разговор. Как будто меня в училище записать хотят, но сомневаются, потому что у меня мозги растеклись. И другой мир предложили за то, что Колю к жизни вернут. Но я на самом деле здесь, значит, он должен остаться там, так получается? И что, тогда мне нельзя назад?
– Госпожа Силина, вы опять меня игнорируете, – раздался недовольный голос ректора. – Вы подписывать документы будете или как?
– Что “или как”? – переспросила я.
Опять я все прослушала. Привычка у меня такая. Когда-то она мне даже нравилась, что я в любой момент могу отрешиться от всего. Не слышать оскорблений, насмешек и обидных слов, думать в это время о чем-то теплом и приятном, а потом спокойно вернуться к работе, не тратя силы на переживания и “деструктивные эмоции”. Ну, вы поняли, откуда я это слово знаю, да?
А сейчас эта привычка меня подводит. Вокруг все время
