Дикий страх!
— За наше с тобой будущее?
Я могла бы сейчас сказать правду.
Сказать ему, что он не так всевластен, как думает. Сказать, что он не может предвидеть все и не может спасти каждого.
Что его враги могут воспользоваться даже нашей минутной слабостью. Что в тот день, когда он ударил по мне своими словами, наши отношения дали трещину. Трещину, через которую смогли пробраться его враги. Люди, которые до сих пор держат меня в страхе.
И пусть я до сих пор не остыла к Паше, мои чувства к нему ничто по сравнению с чувствами к дочери.
— Ага, — киваю, отвернувшись к окну. — Куда мы едем? — спрашиваю его. На местности я ориентируюсь хорошо. Мне нужно знать, как сбежать и в какую сторону мне двигаться.
— Ко мне.
Паша живет в отеле, где работает Лаура. Меня найдут довольно быстро в его номере. Паша бы так глупить не стал. А это значит, что у него новый “дом”.
— Зачем? — продолжаю вытягивать из него сведения и подробности происходящего.
— У нас с тобой там встреча с юристом, Надюша. Он должен будет нас развести по всем канонам.
— А потом ты меня вернешь? — уточняю у него.
— Да, — отвечает он, скрипнув зубами. Этот звук проходится по моим нервам сладкой пилюлей. Что-то и для него неприятное есть во всем этом. Даже радует. — Верну тебя твоему жениху, к которому ты так спешишь. Уже соскучилась?
Отворачиваюсь к окну, сдерживая улыбку. Кто-то не на шутку ревнует. Это даже приятно.
Жаль, что я больше не имею права на эту слабость.
Хотя даже когда мы были друзьями, я любила в шутку его ревновать к его работникам. Но не сейчас. Больше я ему не друг и не жена. Он свободный мужчина.
Как и он не имеет права меня ревновать. Все правильно!
Сейчас главное, чтобы Дорофеев не узнал о том, что Паша меня нашел. Нужно быстро сделать все, как скажет Сабуров, и уехать от него.
Каждая минута в присутствии Паши увеличивает шанс, что у меня могут отобрать Ангелину. Моего маленького ангелочка.
Ангелина и правда мой ангелочек. Спокойный, милый ребенок, если делать все, как она хочет. Собственно, характер у нее и правда Пашин.
— Надя, — заговаривает Паша, привлекая мое внимание. Приходится повернуться к нему. — Скучно в дороге. Предлагаю поболтать. Расскажи, как ты жила все эти полтора года?
— Строила бизнес, — коротко отвечаю и неуверенно спрашиваю. — А ты?
Больше всего меня интересует один момент. Насколько я навредила Сабуровым своим поступком.
— У меня после твоего побега все рушиться начало, — признается он. — Потерял один очень важный для семейного бизнеса контракт. Партнер в последний момент отказал, а следом за ним его близкие “друзья”. Мы потерпели огромные убытки. Но я даже не чувствовал этого, потому что все мои силы были направлены на твои поиски.
— Ясно, — вновь возвращаю свое внимание окну, но лишь чтобы скрыть свои эмоции.
Та важная сделка сорвалась из-за меня.
Я знаю…
Но меня заставили это сделать. Заставили разрушить репутацию Сабуровых.
И мне до сих пор за это стыдно.
Я не оправдываю себя, но Дорофеев нашел, чем на меня надавить и кому именно начать угрожать.
Правда после я пыталась все исправить, но уже не смогла.
Меня не стали слушать.
Хотя я даже не знаю, услышали ли.
— Я искал тебя, Надя, — рядом, практически на ухо, доносится шепот Паши, а затем его пальцы касаются моих волос. — Разве нельзя было позвонить мне? Хотя бы один раз, — мои глаза закрывают, но даже не помогает, чтобы не заплакать. — Нам двоим нужен был этот разговор. Я бы перестал тебя искать, если бы ты сказала, что счастлива с другим. Что у тебя все хорошо. Я ведь думал, что тебя похитили. Заставили сбежать…
Как хочется ему сказать, что он прав. В каждой мысли. В каждом слове.
Меня заставили сбежать…
Меня похитили...
Меня до сих пор держат в заложниках, но мое заточение свободное. Я могу быть, где хочу, и делать, что мне угодно. Но один шаг в сторону к Паше, и я потеряю самое дорогое. Я потеряю свою дочь…
— Паш, давай сейчас поговорим, — разворачиваюсь и стараюсь говорить так громко, чтобы он отсел подальше. — Поговорим, и ты оставишь меня. Давай? — молю его. — Пожалуйста! — и новая слеза стекает по моей щеке.
— Мы поговорим, — обещает он, подняв руку и нежным касанием пальцев вытерев мою слезу. — Сегодня.
Павел
Машина заезжает на территорию арендованного дома. Мои люди нашли, сняли и заключили договор очень быстро. Буквально полчаса, и в моем распоряжении дом практически без жильцов по соседству.
Стоило мне придумать план с разводом, парням был отдан приказ найти место, где меня и Надю никто не найдет.
В отеле нас с легкостью мог настигнуть жених Нади. Отец ее будущего ребенка.
Стоило мне узнать этот факт и невыносимая ненависть к Ефиму и всей его семье в груди родилась. Они помогали моей Наде скрываться, а затем и вовсе сделали из нее мать своего будущего наследника.
Тьфу!
Я не собираюсь им ее отдавать.
Ребенка воспитаем, но отцом для него буду я. Может, и не единственным, но он будет называть меня папой.
— Располагайся в доме, — открываю дверь перед Надей, впуская ее в дом. — Я сделаю звонок и присоединюсь к тебе.
Пропускаю ее внутрь, не страшась, что она сбежит. Охраны у дома столько, что ее побег кто-то да заметит.
Отхожу к дальнему углу, чтобы еще раз набрать юриста, который займется нашим с Надей временным разводом, а после передаст документы моему семейному юристу. Он должен был находиться уже в доме к нашему приезду, но водитель доложил, что его еще нет.
— Павел Денисович, буду через десять минут, — обещает мужчина. — Ждал бумаги по вашему имуществу.
— Ждем, — отвечаю ему и отключаюсь.
Бросаю взгляд через стеклянные двери на Надю. Свернулась на диване моя девочка, устало смотрит перед собой.
Хочу увезти ее.
Забрать из этого дурдома. Вижу, что ее что-то беспокоит. И даже не похищение. Его она приняла относительно спокойно, но что-то все же ее гложет.
До чертиков в душе хочу ей помочь, но не знаю как.
Я пытался спросить ее, но она молчит.
Плакала. Плакала от того, что ей неспокойно, но даже не заикается о проблеме. Не дает все решить.
— Павел Денисович, — водитель подходит ко мне. — Вам еще нужны мои услуги?
— Слушай, Лень, — делаю шаг к нему, решив докопаться до всего сам. — Можешь взять другую машину и поехать обратно? Расспросить соседей об
