тебя убьём, — сказал я, поднимаясь.
— Миша, я ведь не мальчик. Это не на эмоциях всё. Решение зрело очень давно. Просто сейчас подвернулся удобный момент. Рационально будет использовать его, уверяю тебя.
— Ты с этим ранением как-то преодолел несколько сотен километров до моих земель. Не слишком рационально.
— Потому что твоя борьба мне понятна. Здесь плохие, здесь хорошие. Прямая сшибка, лицом к морде. Славная победа, объятья красавицы, вкусное вино и запечённое мясо в кругу боевых товарищей!
Он мечтательно заулыбался, разительно изменившись лицом. Будто голодающий неделю человек вдруг почуял запах выпечки.
— Я к тому, что ты мог отыскать биоманта, где поближе, — пояснил я. — А то и самому затянуть раны. Ты ведь умеешь.
Олег слабо махнул рукой:
— Даже у меня есть пределы сил. Последние дни выдались… Энергозатратными, назовём это так. При мысли о работе с потоками времени меня откровенно тошнит, Миша.
— Я тебя понял. Сделаем. Но тебе нужно отдохнуть. Полагаю, тебя уже хватились.
— Уверен. У них же больше нет в запасе псов государя такого уровня. Впрочем, Грейсмит легко может прислать кого-то и по мою душу, если заподозрит мои помыслы.
— Тебе поставить охрану?
Кожин снова закатил глаза и шутливо-ворчливым тоном произнёс:
— Идите уже, Михаил. Не тревожьте больного. Мне нужно восстанавливаться перед скоропостижной гибелью. Как-нибудь справлюсь с желающими мне навредить.
— Поправляйся, — попросил его я. — Если что-то нужно просто скажи вслух. Черномор тебя подхватит, и мы всё решим.
— Да, Хозяин. Подхвачу! — тут же появился рядом со мной виртуальный помощник. — Настраиваю необходимые триггеры.
Кожин молча поднял два больших пальца, дескать, понял-принял.
Скверна отступила. Уже на следующий день в новостях подтвердили, что все захваченные монстрами территории окончательно перешли под контроль правительственных сил. Губернатор Пскова даже вернулся в город и теперь обещал скорое восстановление инфраструктуры, призывая жителей помогать властям по мере сил. Черномор и остальные искины анализировали сеть, выдавая мне отчёты. С востока на приграничные Конструкты спешно переводились опытные Зодчие. Тем более что во время вторжения погибло не меньше десятка моих коллег. И, к счастью выжил Фунтиков из Печор, единственный из тех, кто пришёл ко мне на помощь во время обороны против культистов Аль-Абаса.
В остальном же потери были колоссальные. Полностью полегло несколько дружин благородных семейств, вместе со своими хозяевами. Не обошлось и без тех, кто сбежал за границу при первой возможности, но основная часть аристократии приняла удар Скверны на себя, стараясь продержаться до подхода армии. И теперь, после победы, новости заполонили печальные известия и некрологи.
Мои «ученики», которых я никак не мог называть таким словом без кавычек, всё ещё несли вахту на назначенных Конструктах. Хотя первый день каждый из них проспал, восстанавливая силы. Громов меня не дёргал, позволяя заняться своими делами. И, судя по наблюдениям Черномора, меня ждали приятные новости.
К северу от Томашовки шли восстановительные работы по «Графу Александрову», а на месте гибели орды Скверны шла кристаллодобыча. И, кроме этого, люди Вепря тайно вывезли ко мне несколько неразорвавшихся снарядов с борта нового дирижабля. Я был уверен, что в них найдётся гадолиний, но версия требовала подтверждения.
Автобусы повезли работников неодимового завода обратно на предприятие. Простаивать такое производство не должно. Возражений от вахтовиков не поступило, так как деньги они получали за работу, а не за простой. Да и в целом после вести о триумфе человеческой воли над Скверной — народ потянулся обратно в свои дома, искренне радуясь, что обошлось без больших жертв. Паулина приехала одна из первых, но нам удалось обменяться лишь парочкой фраз. Второй из которых была жалоба Князевой на взлом Черномором её личного телефона.
— Ты, Миша-Мишенька, стоишь любых потерь, но это моё пространство! Запрети ему! — сказала она. Я же поблагодарил её за присланную Тень. Визит телохранительницы, отправленной ко мне на помощь с учётом недавнего покушения на Паулину — недооценить было нельзя.
Статую генерала с огромным трудом перетащили чуть в сторону от дороги. Поднимать на холм не стали, пусть стоит здесь. Всё же памятник. Надо будет просто табличку установить какую-нибудь.
Тело новообращённого генерала Мичурина, запечатанное в кусок глины, перевезли армейским тягачом на холм Томашовки, где я поместил его в специальную клетку от Тринадцатого Отдела, подальше от Колодца. На всякий случай.
Подразделения Военного Министерства стали покидать мои земли уже через день после подтверждения конца войны. Жизнь, вроде бы, налаживалась. Я даже выпустил Нямко и Светко из подземелья. Ведро за это время переработало ещё несколько кусков неодимовой руды и настойчиво совало мне в руки странные кристаллы, приговаривая своё «ням». Каждый раз интонация была всё возмущённее. Однако модуль синтеза был занят снарядом с поля боя. Так что пока отложу.
Следующую ночь я собирался провести в состоянии покоя, в кровати, и по совету Буревого — за просмотром чего-то лёгкого. Это было осознанное решение. Потому что иногда стоит обратить внимание на ментальное здоровье. Чтобы не вышло как у Кожина. Мне казалось, он неуязвимый. Хотя, возможно, и правда перенапрягся.
Цепочку странных и внезапных смертей среди аристократии Черномор вычленил довольно быстро. Больше тридцати имён. По всей территории Российской Империи. От Владивостока и до моих окраин. Кожин работал с размахом. Ну или вернее тот, кто его послал собирать кровавую жатву
Насильно отказав себе в анализе жертв, я завалился в кровать, включил телевизор и подтянул поближе огромную чашку чёрного чая с лимоном, а также тарелку с выпечкой. За окном стемнело, все дела завершены. Имею право последовать наказу врача! Но как только началась заставка с весёлой музыкой, обещающей хорошее настроение, в дверь постучали. Черномор без слов вывел мне картинку гостя.
На крыльце стояла Карина Делина. На высоких каблуках и в короткой юбке. На плечи была накинута дорога шубка. Уверено, под ней тоже что-то такое прячется. Я поставил на паузу фильм, медленно встал с кровати, набросил на себя тёплый халат и пошёл открывать. Вместе с чашкой чая.
— Мы можем поговорить, Миша? — тихонько спросила моя бывшая, обдав меня запахом духов. Я не успел ответить, как девушка проскользнула в дом. Отпив из чашки, я медленно закрыл дверь.
Глава 6
— Как себя чувствуешь? — сказала она, оглядывая прихожую. После чего развернулась и расстегнула шубку, ожидая, что я помогу ей раздеться. Явно дорогая вещь, никем не пойманная, соскользнула на пол, показав оголённую спину гостьи.
Я с невозмутимым видом глотнул чая и ответил:
— Устал. Хотел отдохнуть.
— Надеюсь, я не помешала? — посмотрела она на меня через плечо, справившись с удивлением. Да,
