— Граф, а почему меня отвязали? Чешуя на месте, я все еще вооружен и очень опасен.
— Рядом со мной — не очень. Мы поговорили с Черным, с Игорем Сергеевичем, подняли характеристики из университета и военкомата. Ты вроде нормальный парень, с головой дружишь. Опять же рисковал жизнью ради друга. Сработаемся.
Граф испытующе посмотрел на меня, но намек я предпочел проигнорировать. Кое-какие догадки насчет него у меня были, но обсуждать их здесь я был не готов. Обстоятельства явно складываются не в мою пользу, и я предпочел увести разговор в сторону:
— Сколько я здесь валяюсь?
— Уже почти сутки. Не переживай, Чернявский позвонил твоей маме. Эту ночь вы провели вместе, в компании друзей и сокурсников. Так что до завтра тебя искать не будут.
Оперативно. За сутки проработали, даже мать предупредили. Заботливые, блин. Если не врут — может, и сработаемся. С каждой минутой я все отчетливей понимал, что прежней, беззаботной жизни пришел конец. Оборотня из поля зрения они не выпустят. И не важно, кто это такие — хоть ФСБ, хоть люди в черном. Одно радует, если я до сих пор не на операционном столе и даже не в клетке, значит, я не один такой. И есть шанс отделаться легким испугом.
— На запчасти разбирать не будете?
Граф улыбнулся. Пододвинув к себе табуретку, он сел рядом с кроватью.
— Не будем. Потом поймешь почему. Я понимаю, у тебя много вопросов. Через пятнадцать минут в конференц-зале я буду читать вводную для новичков. Поступим так — придешь, послушаешь, а потом обсудим наши дальнейшие планы. Идет?
— А я могу отказаться?
Не то чтобы я хотел так поступить, но интересно, осталась ли возможность жить по-старому. От брошенного на меня взгляда во рту мгновенно пересохло. Одного его хватило, чтобы понять — пути назад нет. Но Граф решил объяснить подробней:
— Забудь. Пока мы с тобой не закончим, прежней жизни у тебя нет. Куда ты пойдешь в таком виде? — Граф показал на мою чешую.
— Это же не навсегда. Мне сказали, что я буду выглядеть как человек.
— Женя тебя не обманула, но внешность не главное. Ты не человек, и не важно, как ты выглядишь. В одиночку тебе не справиться. Оборотень в городе — это хищник в каменных джунглях. Кругом двуногая еда. Поверь мне, ты не захочешь однажды проснуться рядом с обглоданным телом человека. А так — мы поможем тебе, а ты поможешь нам.
Видя, что я собрался спорить дальше, он оборвал меня на полуслове:
— Все. Диалоги — потом, я спешу. Через пятнадцать минут жду в конференц-зале. Тебя проводят. Послушаешь и сам поймешь, что прежняя жизнь закончилась у всех. Поговорим после вводной.
Граф ушел, а я не торопясь начал одеваться. Моей одежды в палате не оказалось, вместо нее на кресле лежали белые штаны, рубашка с длинным рукавом и легкие кроссовки — все моего размера. В кармане я нашел тонкие кожаные перчатки. Взглянув на себя в зеркало, я испытал чувство глубокой благодарности. В этой организации явно привыкли думать головой. Одежда закрывала от любопытных взглядов все чешуйчатые участки тела. Догадаться, что я не человек, было невозможно. Чудак в перчатках гораздо лучше фрика.
До назначенного времени оставалось минут пять, как раз хватит, чтобы привести мысли в порядок. Впечатление сложилось положительное, и не в последнюю очередь из-за персонала. Медсестра Евгения, которую действительно заботило мое состояние, произвела на меня впечатление. Не знаю, может, это проявляются новые способности, но от нее и правда веяло заботой и теплотой. И она совершенно не боялась. Перед ней был просто я, а не чешуйчатый монстр, привязанный к кровати.
А в том, что я способен учуять страх, сомнений не было. Помнится, стоило пробить защиту, как тощий буквально взорвался этим запахом. От Жени страхом не пахло, она относилась ко мне как к простому человеку. Да и внешне — очень красивая девушка.
Граф тоже произвел сильное впечатление. Уверенный, погруженный в себя человек, при том что по возрасту ему лишь слегка за двадцать. В отличие от Евгении, он закрылся полностью. И опасностью во время разговора от него тянуло очень сильно. Если мне не изменяют чувства — согнет в бараний рог и не поморщится. Приказы отдает, а у самого в глазах усталость. Такое чувство, будто надоело ему все хуже горькой редьки.
Чем же они занимаются?
В конференц-зал меня проводил молчаливый охранник. Комната вывела нас в коридор, по обе стороны которого располагалось два десятка одинаковых дверей с номерами. В конце — просторный лифт. Вместо кнопки вызова — сенсорная панель с датчиками отпечатков, без сопровождающего с этажа не выбраться. Сперва я не понял, что мне показалось неправильным. Потом дошло — кнопки на панели расположены в обратном порядке. Отсутствие окон и искусственное освещение натолкнули на мысль, что мы находимся глубоко под землей. Наша цель располагалась на минус седьмом этаже.
Охранник довел меня до двери и ушел по своим делам. Просторный зал выглядел как комната из фильмов про американские спецслужбы. Именно в таких проводят совещания и брифинги. Особенно рассмешили металлические стульчики, по виду напоминающие недоношенную парту — с подставкой для письма. Совершенно голые стены и уже привычное отсутствие окон. Правда, отделка на уровне: панели из натурального дерева, а на полу — настоящий паркет.
К моему приходу в зале сидело человек двадцать. Большинство — молодежь. Такое чувство, что я попал на студенческое собрание. Одежда у всех была одинаковая, ну разве что мои перчатки слегка выделяются на общем фоне. Особо ко мне не присматривались, несколько человек обернулись на шум, но повышенного интереса я не вызвал. Все активно общались и много жестикулировали. Время от времени кто-то повышал голос и начинал возбужденно что-то доказывать. Спорил народ активно, но без рукоприкладства. Вообще сложилось впечатление, что все успели перезнакомиться. Набиваться в компанию я не собирался, поэтому сел отдельно — чуть позади.
Примерно через минуту свет в зале слегка притушили, и народ начал успокаиваться. Интересный способ добиться внимания, как в кинотеатре. Когда зал окончательно утих, вошел Граф. Спокойно пройдя через комнату, он подхватил пульт с переднего кресла и встал перед проектором. То, что за его действиями внимательно наблюдают, мужчину совершенно не смущало. Повернувшись к зрителям, он поздоровался. Акустика была просто великолепна, намеренно негромкий голос легко разнесся по всему залу:
— Все вы знаете, что мир изменился. Каждый из вас, так или иначе, столкнулся с последствиями, и не всегда они были приятными. Многие из вас в курсе того, о чем я буду рассказывать. Прошу отнестись с пониманием и не мешать. Итак, два года назад на территории Соединенных Штатов Америки произошла катастрофа, причины которой правительство посчитало нужным скрыть от общественности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
