Я уже примеривался, как бы половчей разобрать панель у лифта и устроить тут небольшой переполох, когда двери наконец открылись. Мужчина, на вид лет сорока, с интересом смотрел на меня из кабинки лифта. Вид сидящего перед сенсором парня говорил сам за себя.
— Сбежать вздумал? Уважаю! — И, протянув руку для рукопожатия, представился: — Паша Волков.
— Саня. А я думал, про меня уже забыли.
— Не, я проспал. — Он демонстративно зевнул. — Аврал постоянный. Ладно, поехали, а то нас на полигоне заждались.
Такой искренней радости я давно не испытывал. Наконец-то выберусь из этой казармы, второй день без свежего воздуха. Граф вчера сказал, что полигон находится за городом, проветрюсь по дороге.
Оказалось, я поторопился. Двери лифта открылись прямо в помещении гаража, а небольшой микроавтобус не слишком отличался от моей камеры. Хотя стекло опустить разрешили. Павел сел за руль, а я пристроился на переднее пассажирское. «Фольксваген» прибавил газу, и мы выбрались в город. Судя по количеству людей на улице — рань несусветная. Теперь понятно, почему Волков зевал.
— Так ты и есть знаменитый Ящер? Наслышан. Покажи, а? Ни разу не видел чешуйчатых.
Пришлось снять перчатку и продемонстрировать ладонь.
— Нормально, и цвет нейтральный. Я боялся, что ты как зеленый попугай будешь. Только этого в нашем цирке не хватает.
— А вы вообще в курсе, что мне предстоит? А то все спешат, никто толком не объяснил.
Волков почесал за ухом.
— Знаю, как не знать. У тебя, судя по чешуе, инициация повисла на межфазе. Ни туда, ни назад. Процесс надо подтолкнуть.
— Как подтолкнуть?
— Да придумают что-нибудь. Затейников хватает.
Я с подозрением посмотрел на собеседника. Мне показалось или он как-то слишком быстро закруглил разговор?
— Ладно. Нам ехать долго еще? Может, расскажешь пока что-нибудь?
— Ну думаю, часа за два доберемся, если пробки проскочим.
Похоже, со столичным движением даже магией бороться бесполезно. Выехав на трассу, микроавтобус резко прибавил скорости. Все это время Павел травил байки. Кстати, Волков оказался не только оборотнем, но и майором. Правда, армейским. Эдакий оборотень в погонах. Только обращался не в волка, а в медведя. И это несовпадение его сильно расстраивало.
— Такая непруха, представляешь? Нет, ты не думай, у моего мишки габариты хорошие, вес за восемьсот и ростом под трешку. Полуформа тоже жуткая, скорость и сила — танк отдыхает. Тут я доволен. А с фамилией не повезло, был бы Медведевым — совсем другое дело, — рассмеялся Волков. — Знаешь, Санек, оборотней в России хватает. Городских мало, но это понятно, какому зверю захочется в кирпичной коробке сидеть? Даже мне неуютно, а я москвич коренной, всю жизнь в каменных джунглях. Пришлось даже дачу за городом купить. По уму, нашего брата в селах искать надо, в лесах. Там мы вне конкуренции, и атмосфера для оборотня самая подходящая. В лесу мы и с магами на равных, и с вампирами.
— Опа! Вампиры тоже существуют? Я думал, Граф шутит.
— Куда ж без них. Особенно в последнее время расплодилось. Церковники их крепко прижали — пачками горят. Этими… как их… гнездами, вот. По мне, так туда им и дорога. Но проблем с нежитью все равно хватает. Маги они, хоть и кореженные. Обычную силу не принимают, работают через кровь. И колдунство у них препоганое, уж поверь. Короче, у них свои проблемы, у нас — свои. Стараемся не пересекаться. Вот разгребемся — прижмем их к ногтю.
— А к оборотням церковь как относится?
— Как тебе сказать. У нас ведь тоже с инициацией не все ладно, почти как у вампиров. И человеческое мясо для оборотня — сильный допинг. Настолько сильный, что людоеды встречаются. А назад дороги нет, это как наркотик. Только вместо ломки — «черти» да церковь. Вампир может надкусить и отпустить, а оборотень что? Отгрыз ногу, и беги, парень, дальше? Короче, с перевертышами «кресты» не церемонятся, там же фанатик на фанатике. Меня на шубу пустят, тебя на сапоги. — Волков ощерился. — Держи с ними ухо востро.
За разговорами время пролетело незаметно, майор оказался отменным рассказчиком и психологом. Наверное, именно он и помог мне окончательно принять изменившуюся реальность. В его рассказах все было как-то обыденно и мало похоже на сказку. «Черти», как могли, старались удержать мир от падения в пропасть. Люди собрались разные, многие без специальной подготовки. Инженеры, художники, певцы и программисты — кого только не было. С бору по сосенке.
И всю эту пеструю толпу кидали на амбразуру. Серьезно учить было некогда и некому. Многие гибли, но те, кто выживал, становились мастерами. Новообращенный «избранный» такому профи на один зуб. Сейчас легче стало, но навалилось множество других проблем: обучение, контроль, система наказания, отношения между людьми и сверхами. Я попытался представить свое будущее, и голова пошла кругом.
— Сашка, ты башку себе не засоряй пока. Расслабься. — Майор по моему виду понял, что я перегрелся. — Само со временем устаканится. Мы, кстати, приехали, вон за тем поворотом начинается полигон. Пять минут — и на месте.
Полигон оказался открытым. У меня чуть челюсть на землю не упала от такого подхода. Магистральная дорога федерального значения в десяти минутах езды. Там, между прочим, вертолеты МЧС регулярно патрулируют, и вдруг магическая учебка. Я думал, меня опять под землю спрячут, а тут даже колючей проволоки нет. Десяток ангаров и асфальтированный выезд к трассе.
— Майор, ты куда меня привез? Где секретность? Где пулеметные вышки, рвы, колючка и мины-ловушки? Вы бы еще указатель на трассе поставили — «Магический полигон — 10 км. Посторонним вход воспрещен!».
— А зачем прятаться? Правительство в курсе, гражданских пугнет заклинанием, а сверхам тут рады. Одного, кстати, так и нашли. К друзьям на дачу ехал и свернул не туда. Остановился у КПП, дорогой интересовался.
Волков притормозил возле охранника. Двадцатилетний парень в мешковатой форме лениво махнул рукой, приветствуя.
— Привет, командир. Мы к Золушке.
Парень молча указал в сторону дальнего строения.
— Что за Золушка? — Меня разобрало любопытство.
— Да полигоном командует. Девчонка — ураган, но под горячую руку лучше не лезть. Один недоумок ее из лужи окатил и нахамил в придачу. Так она ему машину в шарик скатала — вылитая тыква. С тех пор — Золушка.
Мы остановились возле здания, и майор заглушил машину. На полигоне было тихо. Неудивительно, на часах — полвосьмого. Хотя небольшие группы по десять — пятнадцать человек уже сидели на траве и медитировали. Как и я, все в белых штанах и футболках. За каждой группой присматривает человек. Костюм такой же, только черный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
