– Что вы делаете? – ахнула Кэрри, с ужасом осознавая, что взгляды всех в салоне обратились в их сторону.
– Не хочу оставлять тебя на милость этого психа с ножницами...
– Карлос! – послышался вдруг бархатный женский голос.
К ним подлетела высокая элегантная брюнетка с кошачьими глазами и ярко-алыми губами. Она широко улыбалась, но Кэрри почувствовала, что женщина чем-то встревожена.
– Представляешь, эта овца в приемной тебя не узнала! В чем дело, Карлос? Чем ты недоволен? Я не отпущу одного из лучших моих клиентов с такой гримасой!
– Твой главный стилист предложил остричь всю эту красоту! – сердито объяснил Карлос.
Кэрри стояла с пылающими щеками, пока брюнетка окидывала взглядом знатока ее непокорные бронзовые локоны.
– Старательный парень, но, к сожалению, начисто лишен воображения. Я сама все сделаю. Всего-то и нужно, что немного подровнять. Еще одна твоя аргентинская кузина? – поинтересовалась она так, словно Кэрри ничего не слышала и сама ответить не могла.
– Да, и почти не говорит по-английски.
Кэрри потрясенно уставилась на Карлоса, не веря собственным ушам.
– Но имя-то у нее есть? Я Сиси. – Брюнетка ткнула себя в грудь наманикюренным пальчиком. – А вы...
– Исабель, – с непроницаемым лицом представил свою спутницу Карлос. – Она невероятно застенчива. Приведи ее, пожалуйста, в божеский вид...
– И сколько же ей лет? – с игривой улыбкой поинтересовалась Сиси.
Они разговаривали через ее голову, словно Кэрри была маленьким ребенком.
– Достаточно, чтобы выглядеть женщиной, – коротко ответил Карлос.
– Тогда тебе придется заняться и ее одеждой, – хохотнув, заметила хозяйка салона.
Пятнадцать минут спустя Кэрри сидела перед зеркалом, а Сиси с преувеличенной осторожностью подравнивала ее густые кудри.
– Карлос всегда получает то, что хочет... – промурлыкала она.
Кэрри не знала ни слова по-испански и не доверяла своим актерским способностям, поэтому сидела молча, сжав губы и стараясь не выдавать своего смущения. Ну уж она Карлосу покажет, только выберется отсюда! Что это такое? Зачем он ни с того ни с сего лишил ее возможности говорить?
– Жаль, что я не говорю по-испански, – вздохнула Сиси. – Вы-то наверняка знаете всю подноготную, а я правую руку бы отдала, лишь бы узнать точно, что там произошло у него с Лоттой. Об их разрыве ходят такие интригующие слухи!
Кто такая Лотта? – заинтересовалась Кэрри. Бывшая подруга Карлоса? И что такого скандального могло произойти между ними?
За стрижкой последовал макияж. Большую часть сеанса Кэрри просидела, зажмурившись: когда ей наконец позволили открыть глаза и взглянуть в зеркало, она не узнала себя.
– В Нью-Йорке визажиста лучше меня не найти, – гордо объявила Сиси. – Звучит не слишком скромно, но это так и есть.
Дымчатые тени на веках подчеркнули глубокую синеву глаз Кэрри, придали им глубину и выразительность. Искусно наложенные румяна улучшили форму лица, а губы стараниями визажистки приобрели сочность и нежность едва созревшего персика.
В ожидании Кэрри Карлос расхаживал по приемной. Женщины, ждущие своей очереди, бросали на него любопытные взгляды, но он их не замечал. Наконец показалась Кэрри. Карлос устремил на нее пристальный взор – и в уголках его резко очерченных губ заиграла легкая, чуть насмешливая улыбка.
– Красавица Исабель... – протянул он. И в этот миг Кэрри поняла: она его любит. Любит страстно, безоглядно. Его неприкрытое восхищение зажгло ее, словно электрический ток лампочку. И источником тока, согревшего Кэрри изнутри, был Карлос Виэйра. Он очистил ее в собственных глазах, помог ей впервые за два года ощутить довольство собой и уважение к себе.
Взяв Кэрри под руку, он сопроводил ее к лимузину.
– Зачем ты рассказал Сиси эту безумную историю об аргентинской кузине? – спросила Кэрри, с удивлением заметив, что все ее раздражение куда-то испарилось.
– Сиси – первая сплетница в Нью-Йорке. – Карлос усмехнулся. – Ты и пикнуть не успела бы, как она вытрясла бы из тебя всю подноготную.
– Но я и так не могла рта открыть! Я ведь ни слова не знаю по-испански!
– Вот именно. – Карлос широко улыбнулся. – Отлично придумано, верно?
Кэрри шутливо ткнула его локтем в бок и испугалась собственной фамильярности. Однако Карлос лишь улыбнулся в ответ. От этой улыбки сердце Кэрри запрыгало, словно мячик. Да, обаяния ему не занимать, подумала она, тщетно стараясь, как говорится, «нащупать почву под ногами». Напрасно – почва куда-то испарилась. Всякий раз, как Карлос обращал на нее свой бездонный золотистый взор, Кэрри словно взмывала в воздух.
Следующей остановкой стал роскошный магазин таких размеров и такой красоты, что, едва они вошли, Кэрри спряталась у Карлоса за спиной и постаралась слиться с полом.
– Кем хочешь быть здесь? – поддразнил он ее, склоняя к ней темноволосую голову, – и от его близости у Кэрри вновь запрыгало сердце. – Эксцентричной дочерью миллионера? Или европейской принцессой, путешествующей инкогнито?
– Я лучше буду самой собой, – осторожно улыбнувшись, ответила Кэрри. – Но говорить за меня будешь ты.
– Не волнуйся так, – ободряюще заметил Карлос. – Всех этих людей интересуют только деньги. – В голосе его послышалась горечь. – Если ты беден, они на тебя и не взглянут, а если богат – прыгают перед тобой на задних лапках.
– Ну, я в этом мало что понимаю, – смущенно заметила Кэрри.
Карлос неожиданно рассмеялся.
В отдел белья он отправил ее одну. Продавщица, рассыпаясь в любезностях, выложила перед Кэрри по меньшей мере сотню предметов туалета: были среди них и такие, о назначении которых Кэрри могла только догадываться. Не обращая внимания на уговоры продавщицы, она выбрала себе несколько пар трусиков и лифчиков. Нет, спасибо, ночная рубашка не нужна. В сумке, принесенной Дженнаро, нашлась одна, а тратить чужие деньги без нужды Кэрри не собиралась. Она и так ощущала уколы совести: не очень-то это порядочно – одеваться за чужой счет! Хотя, с другой стороны, что дурного, если Карлосу это нравится? Если рядом с ней он улыбается и шутит, забыв о своих проблемах? Если она помогает ему хотя бы на несколько часов отвлечься от забот?
– Теперь на сцену вступаю я, – объявил Карлос, которого Кэрри, выйдя из отдела дамского белья, обнаружила на высоком табурете возле мини-бара, в просторном зале со сценой и подиумом. – Шампанского?
Кэрри не без труда взгромоздилась на соседний табурет и приняла запотевший бокал.
– Где это мы?
– Здесь модели демонстрируют товар. Можешь выбрать то, что тебе по душе, и примерить.
– Так ты здесь уже был! – заметила Кэрри, ощутив укол ревности при мысли, что он уже много раз сидел на этих самых табуретах с другими женщинами.
