– Так ты здесь уже был! – заметила Кэрри, ощутив укол ревности при мысли, что он уже много раз сидел на этих самых табуретах с другими женщинами.
– Не по своей воле, – сумрачно отозвался Карлос. – Меня упрашивали, уламывали и умасливали.
– Если тебе это не нравилось, достаточно было сказать «нет», – вырвалось у Кэрри, и она тут же покраснела до корней волос. – Я хочу сказать... я ведь не просила... и, если тебе здесь не нравится... может быть, уйдем?
Запустив сильные пальцы в пышную массу бронзовых кудрей, Карлос развернул Кэрри лицом к себе.
– Я не хочу уходить. Мне хочется, чтобы ты была красивой...
У нее перехватило дыхание.
– Я могу быть только той, кто я есть...
– Дорогая, ты можешь быть такой, какой захочешь.
Кэрри смотрела в его сияющие глаза, затененные пушистыми ресницами, и сердце ее билось где-то в горле. Однако недавний горький опыт взывал к осторожности. Да, этот мужчина ввел ее в сказку – но Кэрри слишком хорошо знала, что в реальной жизни даже самая прекрасная сказка скоро оборачивается разочарованием. Она приоткрыла рот, чтобы вздохнуть, – и в этот миг Карлос, склонившись к ней, прильнул губами к ее губам. Поцелуй длился всего секунду – но в эти несколько мгновений Кэрри словно пронзил мощный электрический удар, воспламенивший каждую клеточку, каждое нервное окончание ее тела. Эротический разряд был столь силен, что она отшатнулась и, наверное, упала бы, не поддержи ее Карлос сильной рукой.
– Расслабься, – хрипло прошептал он.
С ленивой грацией откинувшись на табурете, он наблюдал за Кэрри непроницаемыми золотистыми глазами хищника.
Хотела бы Кэрри обрести хоть тысячную долю его невозмутимости! Но нет, она была потрясена – и душевно, и физически – и даже ради спасения жизни не смогла бы скрыть потрясения. Должно быть, для Карлоса такой поцелуй абсолютно ничего не значил, но по ее телу и по душе он пронесся опустошительным ураганом.
Что это значит? – в тревоге вопрошала себя Кэрри. Чего он от меня хочет? Самого очевидного? Но не проще ли завести любовницу из своего круга? Ради всего святого, что у него со мной общего? Разве только то, что мы оба люди...
– Прости... не смог удержаться, – протянул Карлос своим бархатным голосом с очаровательным акцентом.
– Так я и поверила! – услышала Кэрри собственный сердитый голос. Неопределенность и тревога заставили ее забыть о вежливости. – Не играй со мной!
– А ты меня не поощряй, – молниеносно парировал Карлос.
На счастье Кэрри, занавес раздвинулся и на сцену вышла первая модель. Она держалась надменно и неприступно, как королева, однако заметив Карлоса, послала ему соблазнительную улыбку.
Шоу очаровало Кэрри. Никогда еще она не была на показе мод, а осознание того, что все представление разворачивается для них двоих, сводило ее с ума. Описания разнообразных нарядов звучали для нее какой-то тарабарщиной – зато сами наряды наполняли восторженным трепетом. При появлении каждого нового платья она думала: «Ничего прекраснее и быть не может!» – и поражалась, как ребенок, когда следующее оказывалось еще красивее. Кэрри и в голову не приходило сравнивать наряды, выискивать в них недостатки, мысленно примерять на себя – она вообще не представляла себя в этих королевских одеяниях и чистосердечно радовалась уже тому, что теперь знает, какая красота бывает на свете.
– Кажется, тебе понравилось, – заметил Карлос, когда последняя модель исчезла с подиума и занавес закрылся.
– Да... спасибо, – вздохнула она, и бледное личико ее озарилось улыбкой – словно солнце блеснуло из-за туч.
– А теперь пойдем примерим то, что я для тебя отобрал.
– Но зачем?! – изумленно воскликнула Кэрри. – Я в жизни не носила ничего подобного! До сих пор мне вполне хватало джинсов и сарафанов. Куда, скажи на милость, мне надевать деловой костюм или вечернее платье?
Не слушая ее возражений, Карлос помог ей сойти с табурета и отправил в примерочную. Там за Кэрри взялась целая толпа усердных помощниц. Перед ней выстроились ряды туфель и сумочек: общими усилиями продавщицы надевали на нее один наряд за другим, а затем заставляли пройтись по подиуму.
Поначалу Кэрри чувствовала себя скованно и ходила по сцене, как деревянная: но постепенно, осмелев, начала подражать увиденным только что манекенщицам – двигалась плавно, расправив плечи и окидывая зал надменным «невидящим» взором. Чем шире улыбался Карлос, тем старательнее Кэрри исполняла свою роль, счастливая тем, что доставляет ему удовольствие.
– Надень зеленое платье, – приказал Карлос, когда ее «персональное шоу» окончилось.
Итак, он купил мне только одно платье. Вот и хорошо, с облегчением подумала Кэрри. Не слишком-то практичный выбор: я предпочла бы отправиться в самый обычный магазин и приобрести там брюки, пару юбок и несколько футболок. А платье... один Бог знает, сколько в таком шикарном заведении может стоить один-единственный «ансамбль», как это называют продавщицы!
Зеленое платье – из тяжелого шелка, на косточках, с открытыми плечами и юбкой-колоколом до колен – очаровало Кэрри с первого взгляда. Взглянув на себя в зеркало, она встретилась взглядом с незнакомкой – очаровательной и уверенной в себе девушкой из высшего общества, юной принцессой, готовой ехать на бал. Пусть это только иллюзия – Кэрри была счастлива и благодарна Карлосу, подарившему ей сказку. Неуверенно покачиваясь на не привычных ей высоких каблуках, она вышла из примерочной – и застыла, словно загипнотизированная его пристальным взглядом.
– Ты великолепна, милая. – Карлос снял с ближайшей вешалки шубу из светлого меха и накинул Кэрри на плечи. – А теперь ты выглядишь, как королева.
Из многочисленных зеркал несмело улыбались Кэрри ее двойники. Сияющий белизной пушистый мех подчеркивал яркое золото волос, а гордая, мощная фигура Карлоса оттеняла ее хрупкую фигурку.
– Ты, должно быть, волшебник, – прошептала Кэрри. – Этот день я прожила, точно в сказке.
– День еще не окончен.
Однако уже наступил вечер. Выйдя на улицу, Кэрри с удивлением заметила, что сгущаются сумерки.
– Этот магазин открыт допоздна?
– Нет, они задержали закрытие ради нас, – как ни в чем не бывало ответил Карлос.
Дженнаро, ожидавший у лимузина, при их приближении хмуро покосился на Кэрри и молча сел на свое место рядом с шофером.
– Почему Дженнаро так на меня смотрит? – смущенно прошептала Кэрри.
– Он не должен никак на тебя смотреть, – холодно ответил Карлос, и Кэрри ощутила неловкость.
День закончился ужином в роскошном ресторане. Но Кэрри почти ничего не ела – ее смущали незнакомые блюда с иностранными названиями и обилие столовых приборов. Дома найду что-нибудь в холодильнике, решила она.
