– Точно! – кивнул Леха.
– А еще собаку зовут Алмаз, – заметил заместитель с генеральскими погонами.
– Ты-то откуда знаешь? – удивился министр.
– Мы с Алмазом вместе служить начинали. Я лейтенантом, а он маленьким щенком.
– Ну ладно. С этим разобрались, – подвел итог министр. – Пострадавшие, садитесь в вездеход, я отвезу вас в медпункт.
– Меня не нужно, – замотал головой Леха. – Мне еще машину откапывать. У вас случайно лопаты не найдется?
– А я ему помогу, можно? – поднял руку Серега. – А вы лучше заберите с собой женщин.
– А здесь что, женщины есть? – удивился министр.
– Да, это мы! – радостно объявила Олимпиада Петровна и шагнула к министру, едва не свалив его своим бюстом.
16
Министр любезно выделил Лехе с Сергеем две саперные лопатки, после чего вся спасательная команда вместе с Олимпиадой Петровной и Любой уехала.
Супруга Тютюнина напоследок крикнула, чтобы Сергей не задерживался долго, и тот ответил: «Ладно».
– Ну и что теперь делать? – вздохнул Тютюнин, когда вездеход скрылся из виду, оставив лишь шлейф красноватой пыли.
– Откапывать пойдем, чего же еще.
– Да я не об этом. Оборудование-то пропало.
– Да и хрен с ним. Ты думаешь, Бухалов чего-нибудь помнит?
– А что, нет?
– Ну ты же не помнишь, как на Восьмое марта милиционера облевал.
– Что?
– Вот то-то и оно. Иногда память нам изменяет. Друзья спустились к месту, где под слоем глины скрывался окуркинской «запорожец», и приступили к работе.
Глина была рыхлая и копалась легко, а толстая шкура «лупатого» помогла ему перенести испытание без потерь.
Даже двигатель завелся почти что сразу, и друзья с комфортом совершили спуск на днище машины, поскольку колеса до твердой земли не доставали.
Чтобы привести себя и автомобиль в порядок, было решено ехать на уже знакомую речку Каменку.
Там друзья искупались, прополоскали вещи, а затем, набрав в ведерко воды, поднялись к «запорожцу», чтобы его помыть.
Не успели они намочить бока «лупатого» скакуна, как услышали рев десятков глоток и увидели ту самую орду пионеров, о которой рассказывал Окуркин.
– Чего-то они сегодня поздно, – заметил он. Человек пятьдесят детей разного возраста еще издали
Стали метать в реку заряды. Каменка содрогнулась от взрывов.
– Интересно, их мамочки знают об этом? – подумал вслух Тютюнин.
Они с Лехой постояли за кустами еще немного, однако взрывов больше не последовало, и друзья вышли на открытое место, чтобы посмотреть, за чем же охотятся малолетние преступники.
Оказалось, что дети собирали вовсе не оглушенную рыбу. Они собирали лягушек!
Зеленых и коричневых лягушек с вытянутыми ногами и посиневшими животами. Мальчишки словно грибы забрасывали их в лукошки, и Окуркин неожиданно для себя крикнул:
– Эй, почем улов, парни?!
Сбор лягушек сейчас же прекратился, десятки подозрительных глаз уставились на двух невесть откуда взявшихся дачников.
В руках у одного «пионера» Тютюнин заметил неиспользованный заряд.
«Дурак Леха, – подумал Сергей. – Ой дурак…»
– А ты чего, купить хочешь? – с ехидной улыбочкой поинтересовался самый крупный хулиган. Он как две капли воды был похож на Мишку Квакина из книжки «Тимур и его команда», которую злые языки называли «Чубайс и его Семья».
– Куплю, если товар хороший, – с расстановкой произнес Леха, косясь на пионера с неизрасходованным зарядом.
– Ты чего, Мишка, Лохматый запретил нам с другими торговаться! – одернул главного хулигана кто-то из пацанов.
– Да плевал я на Лохматого, – огрызнулся тот. – С кем хочу, с тем и торгую.
– А вы откуда будете, парни? Может, я к вам в гости наведаюсь? Там и поговорим, – продолжал сходить с ума Окуркин, сам дивясь своей смелости.
– Из Горелкова мы, – ответил Мишка. – А вы-то кто такие? Гости столичные?
– Мы-то? – Окуркин задумался, что бы такое соврать, но тут его неожиданно опередил разволновавшийся Сергей.
– Саперы мы, – сказал он. – Из МЧС.
– Эй, так это вы нефтебазу-то взорвали?! – догадался тот пацан, что предупреждал о Лохматом.
– Пришлось, парень, пришлось. Чуть сами там не остались.
– Ух ты! – Подозрительность в глазах горелковских мальчишек сменилась восхищением. – А чего было-то, бонба ?
– А то, – кивнул Леха. – С дав них времен. С самого монголо-татарского ига пролежала… Проржавела вся…
– Ладно, – складывая к лукошко последних лягушек, согласился Мишка. – Будете в Горелкове, спросите товарища Ежова.
– Так ты, стало быть, Ежов? – догадался Леха.
– Нет, я его товарищ.
17
Было время, когда дунтосвинты делили планету Квак с мотофибами, однако вследствие долгих войн мотофибы были почти полностью уничтожены, и лишь часть их сумела укрыться на отдаленных ледяных астероидах.
Оставшись без конкурентов, дунтосвинты стали быстро размножаться, и вскоре первые из них вышли на сушу, иначе все прибрежные океанические воды походили бы на густую похлебку из морской воды и дунтосвинтов.
Прошли тысячелетия, сухопутные дунтосвинты вынужденно приспособились к тяжелым условиям, быстро развиваясь, строя себе жилища и отводя от рек и озер каналы, в которых они разводили лягушек.
Что же до водоплавающих дунтосвинтов, то те подчинялись воле океанских течений и мигрировали вслед за морскими лягушками фугу, которыми они питались. Когда поголовье фугу в океане увеличивалось, жизнь водоплавающих дунтосвинтов становилась беззаботнее, но такое случалось не часто, и однажды из-за неурожая фугу произошел первый поход водоплавающих дунтосвинтов на сушу.
Благодаря своей многочисленности водоплавающие после долгих кровопролитных войн завоевали земли своих сухопутных собратьев и были немало удивлены тем, как далеко в своем развитии те ушли от морских сородичей.
Вожди морских дунтосвинтов поражались специальным сооружениям, где даже в жаркий день можно было полежать в прохладной трясине.
Они с удовольствием ели озерных и речных лягушек, наслаждаясь их нежным мясом. И вскоре им окончательно стало ясно, что жить на суше правильнее и полезнее для дунтосвинтской нации.
Разрозненные вожди организовали совет и избрали Редиректора, который объявил водоплавающих и сухопутных дунтосвинтов равными в правах и основал первый дунтосвинтский город – Квакбург.
Когда-то это было небольшое поселение из полусотни насыпных глиняных холмов, изрытых ходами и соединенных друг с другом заполненными илом каналами. Однако со временем город так разросся, что занял целую половину острова, дрейфовавшего в Саргассовом океане.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
