Окруженный свитой адмирал Пинкван отправился в длинное путешествие по главным коридорам Собрания – так требовал древний церемониал. Прежде, в далекие ста-родунтосвинтские времена, курьер обходил таким образом все каналы поселений. По сравнению с курьерами прошлого адмиралу было куда легче, ведь он шагал не по глубокой грязи, а по красным ковровым дорожкам.
Молодые секретарши и письмоводительши, работавшие в Пентакване, при виде процессии останавливались и с интересом рассматривали адмирала, что было немудрено – в его возрасте почтенные дунтосвинты находили себе спутницу жизни.
– Внимание! Господин адмирал флота Его Императорского Величества Пинкван Ква Боземото! – объявил глашатай, когда адмирал наконец появился в зале заседаний.
Демонстрируя ему свое уважение, сенаторы затрясли гребнями и стали со скрежетом царапать когтями свои столы. А Пинкван, оставив церемониальное сопровождение у дверей, важно взошел на трибуну, окинул взглядом притихший зал и провозгласил:
– Ква – нашему Императору! Ква -• уважаемым сенаторам и мне, скромному Пинквану – ква!
– Ква-ква-восемь-раз-ква! – – дружной скороговоркой произнесли сенаторы, и снова в зале воцарилась тишина. Это было затишье перед бурей.
– Ур-родливый водоп-плавающий Пинкван! Где ты был все это время и почему тебе нечего нам сказать, мор-рда зеленая, а?! – – прокричал Председатель собрания. Он не имел против адмирала ничего личного, однако такова была традиция.
– Я не уродливый водоплавающий, мои предки, в частности Пинкван Ква Твисту, взошел на берег девятьсот тридцать четыре периода тому назад… С тех пор я хожу по суше, и уши мои не забиты морским песком… Но лицо мое хранит память о морских водах, и такова моя природа – я всего лишь дунтосвинт…
Произнеся этот заученный текст, Пинкван вздохнул. Еще не менее получаса, согласно традиции, ему предстояло нести всякий вздор, и лишь после этого можно было перейти к делу.
Такова традиция.
Наконец отговорив положенные по протоколу слова, Пинкван стал докладывать о выводах, которые сделал, посетив Солнечную систему:
– Юпитер – большая планета. Земляне там ни разу не появлялись, мотивируя это высокой гравитацией, однако полагаю, все дело в их лени.
– Откуда сведения о такой их позиции? Я имею в виду гравитацию и все такое, – поинтересовался сенатор от округа Болотазия.
– Я опирался на донесения сотрудников Имперской разведки. У меня не было причин не доверять им. Теперь дальше: Венера – не заселена, каналы на Марсе не достроены, диск Сатурна по-прежнему имеет небольшой люфт. Землянам ни до чего нет дела. Они нюхают клей и беспорядочно размножаются.
– Это ужасно! Какой же клей они нюхают? – крикнул с верхнего ряда сенатор от полуколониальных мотофибских земель.
– Одну минуту, у меня записано… -Адмирал заглянул в записи. – Резиновый клей «Момент».
– А где, простите, его можно взять здесь, в Квакбурге?
– Сенатор Торчкван, вы задаете вопросы не по существу! – напомнил Председатель.
– Итак, земляне ведут себя очень пассивно и не выказывают охоты куда-либо двигаться со своей планеты, однако, мне кажется, я знаю почему…
– И почему же, адмирал? – поинтересовался Председатель, старый осанистый дунтосвинт с бордовым гребнем.
– Потому что на их планете много болот, рек и озер, населенных лягушками. Было бы глупо куда-то бежать от такого богатства…
– Да!
– Правильно!
– Теперь нам понятен их интерес! – выкрикивали сенаторы с места. Адмирал Пинкван поднял лапу, призывая всех к тишине.
– Это еще не все новости, уважаемые сенаторы. Самым удивительным является то, что сами люди лягушками не питаются…
– Что?!!
– Как?! Почему?! – снова заволновалось собрание. Нормальному дунтосвинту трудно было представить, что можно жить рядом с озерными лягушками и не кушать их.
– У меня вопрос, – поднял руку влиятельный сенатор округа Лубандия. – У меня вопрос, а являются ли эти земляне белковой формой жизни? Может, они какие-нибудь метаноиды или коксохимисты? Иначе почему они не кушают… э-э… озерных лягушечек?!
– Отвечу и на этот вопрос, господа сенаторы. Судя по донесениям агентов Имперской разведки, земляне отнюдь не метаноиды. Некоторые из них кушают лягушек. Делают это, во-первых, змеи-ужи, во-вторых, птицы-цапли и, в-третьих, человеки-французы.
– То есть ужи, цапли и французы – наши прямые конкуренты? – уточнил сенатор от Лубандии.
– Так точно, господа сенаторы. Злейшие наши враги. Однако и остальные земляне не сахар – они отнимают у наших лягушечек жизненное пространство, осушая болота и строя плотины.
– Смерть им! Смерть! – закричали сенаторы.
Все повскакивали со своих мест, поднялся шум и гвалт.
– Вот именно, вот именно, господа сенаторы, – с улыбкой произнес Пинкван, пользуясь тем, что может усилить свой голос с помощью микрофона.
Собрание немного успокоилось.
Сенатор от округа Лубандия снова подал голос:
– Каковы будут ваши рекомендации, адмирал? Что мы можем сделать, чтобы как можно скорее завоевать Землю? Вы пришли к каким-то выводам?
– Выводы, конечно, сложились, – согласился Пинкван. – И выводы вполне определенные. Благодаря деятельности Имперской разведки Земля, а в частности Россия, наполнена нашими агентами. И надо сказать, большинству из них удалось забраться на руководящие посты. Осталось совсем немного. Подвести к Земле самый большой флот Его Императорского Величества во главе с флагманом «Су-перквак» и заменить всех землян на наших дунтосвинтов или на сочувствующих нам человеков.
– А что, есть и такие? – удивился один из сенаторов.
– Представьте себе, господа сенаторы, такие есть. Президент самой большой и мощной страны сочувствует дун-тосвинтской программе – об этом свидетельствуют записи бесед с ним наших агентов.
– Удивительно! Предлагаю обеспечить ему и его семье неприкосновенность, а также принять их в дунтосвинты! – восторженно воскликнул сенатор от округа Лубандия. – Надеюсь, он не уж, не цапля и не француз?
– Нет, с этим все в порядке. Он – американец.
– Но послушайте! – подал голос с верхних рядов сенатор Торчкван. – Где же в Квакбурге можно достать клей «Момент»?
– Вы уже всех достали, господин сенатор Торчкван! – рассердился Председатель. – Лучше бы попросили уважаемого докладчика адмирала Пинквана рассказать нам о России. Что это такое, адмирал?
Услышав знакомое слово, Пинкван посерьезнел и задумчиво проговорил:
– Говорить о России можно долго, господа. Но одно могу сказать вам вполне определенно – умом Россию не, понять…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
