большими острыми зубами. Ульт сориентировался мгновенно: схватил зубами два ближайших рюкзака и бросился в сторону ущелья. Вот что значит инстинкты!
Эльф, конечно, был в своем репертуаре.
— Дай мне оружие! — судя по решительному лицу и собранному виду, темный реально собирался драться со всей этой оравой.
— Бежим, дурак!
Понимая, что слушать он меня не станет, я подхватила ближайший ко мне рюкзак — пояс со всем нашим оружием я на ночь и не снимала, только дубину, в обнимку с которой спала, на место пристроила. Другой рукой я схватила эльфа и побежала за драконом, подгоняемая воем чудовищ.
Темный пытался вырываться — ну точно псих! — но я все–таки значительно сильнее. Так мы и бежали к такой близкой и одновременно далекой расщелине в горах.
А дракон, хвостатая скотина, несся во весь опор, поднимая за собой тучи пыли. Притворщик и симулянт! Ну, сварю я ему еще кашки, как же! Вчера котелок воды из реки принести не мог, а сегодня бегает так, что не догонишь!
Около перевала мы остановились перевести дух и оглядеться. Преследователи давно отстали, и опасность вроде как миновала. Значит, пришла пора для разборок — как раз напряжение сброшу.
— Ты, — я ткнула пальцем в худую грудь эльфа, — ты должен был дежурить и бдить! Как ты мог уснуть, зная, что одни до нас уже не проснулись! Тебе вообще хоть что–то доверить можно?
— Думай, что говоришь! — взвился темный. — Это сирены! Как я мог противостоять их чарам?!
— Какие еще сирены, что ты мне лапшу на уши вешаешь! Эти чудовища совсем не похожи на дев с крыльями!
— Сама ты дева с крыльями! Это самые обычные сирены, они усыпляют жертв магией и утаскивают их в воду.
— Луаронас, — говорят, обращение по имени помогает наладить контакт, — так почему, как только ты почувствовал, что засыпаешь, не разбудил меня, устойчивую к магии?
— Если бы всё было так просто, то сирены давно бы уже вымерли от голода, но ведь живут, как видишь, — поморщился темный.
Он, похоже, и сам понимал, что накосячил, пусть и признавать вину не хотел.
— А почему, если ты знал о существовании таких тварей, сразу не догадался или хотя бы не предположил? Мы бы могли подготовиться лучше.
— Можно подумать, ты не знала!
— Не знала. А ты знал, но сразу не сказал.
— Да мне и в голову не пришло, что сирены могут уйти так далеко от человеческого жилья. До сих пор не могу понять: что они там делали? Здесь особо не прокормишься, разве что случайные путники попадутся.
— Одни им попались, вторые были близки к этому, — вздохнула я и села на землю. — Всё вообще очень странно, так что пойдем мы через эльфийский лес.
— Без меня, — отрезал темный.
— Смотри, даже чудовища ушли подальше от человеческих земель — значит, что–то неладное творится в королевстве.
— Послушай, это неразумные существа, нельзя судить только по их случайному появлению в степи, — как маленькой начал объяснять мне эльф. — От светлых ничего хорошего ждать не приходится, поверь. Уж лучше сирены, чем они.
— Верю. — Честно говоря, идти к светлым эльфам почему–то совсем не хотелось. Может, потому, что я сейчас орка? — Но во сне ко мне явился… дух или кто–то вроде него — именно он разбудил меня, а еще сказал, что нужно идти через эльфийский лес.
— Конечно, ты, орка, будешь слушать своих духов, но я для этого причины не вижу. Как и не вижу необходимости идти к светлым.
— Ладно, — решила закончить спор я, — давай выйдем на тракт и разведаем обстановку? Ведь на нем обязательно кто–то должен встретиться.
— Идет, — согласился мой спутник. — Только сначала нам нужно пройти через ущелье.
— Нет, сначала у нас есть еще один серьезный разговор! — Я встала и пошла к дракону, скрестив руки на груди. — Ну и как это называется?
Дракон, так и державший в зубах трофейные рюкзаки, непонимающе хлопал глазами.
— Не прикидывайся! Вчера, значит, еле на ногах стоял, а сегодня мы его догнать не могли!
— А ведь точно! — эльф вскочил с земли и подошел к дракону, обошел сбоку, потрогал крыло. — Крыло еще до конца не зажило, зато его энергетические каналы полностью восстановились! Я думал, на это минимум месяц уйдет. Интересно, что так ускорило процесс?
— Может, он сам как–то? Все–таки дракон — магическое создание, — неуверенно предположила я, пусть определенные соображения на данный счет у меня имелись.
— У них очень однобокая магия, к лечению она не имеет никакого отношения, — отмахнулся эльф. — Ты вообще странная какая–то. Говоришь хорошо, лучше, чем обычные орки, а в элементарных вещах совсем дикая.
На это я ничего отвечать не стала, а тоже внимательно осмотрела крыло Ульта. Оно уже не выглядело настолько страшно: кости не торчали, никаких рваных ошметков. Всё цельное с тоненькой, как пленка, свежей кожей. Однако! Как бы теперь точно узнать, связано ли чудесное исцеление дракона со мной или это просто совпадение? У эльфа спрашивать не хотелось, к тому же что–то мне подсказывало, что он тоже не спец в магии.
— Я рада, что ты пошел на поправку, — погладила я дракона по морде. — Может, в скором времени нам не придется идти пешком. Всегда мечтала полетать на драконе!
— Мечтай дальше, — обломал мои надежды эльф. — Как только окажемся по ту сторону гор, никакие полеты без специального разрешения, которое надо еще получить, невозможны. Нас собьют на первой же заставе. А к Светлому лесу мы даже подлететь не сможем — там защитный контур. Кстати, зайти в лес без разрешения хозяев нам также не удастся. Так что если твои духи не смогут договориться насчет нас со светлыми заранее, то путь туда заказан.
— Ну и вредный же ты!
— Я полезный: веду тебя в человеческую столицу, испытывая голод и нужду, претерпевая неудобства и рискуя собой, — хмыкнул эльф. — И отдай мне оружие. Кто знает, что нас ждет в ущелье или на тракте.
Я вздохнула и сняла ремень темного, оставшись в своем потрепанном, к которому прицепила за небольшой крючок дубину и нож. Эльф дрожащими руками принял свое добро и надел на себя.
— Не ожидал, — Луаронас посмотрел на меня, — что ты вернешь мне меч с кинжалами. Я бы не вернул.
— Раз уж мы идем вместе, придется учиться доверять друг другу. Надеюсь, я не ошиблась и смогу доверить тебе свою спину в настоящем бою.
Эльф ничего не
