– Я узнал, что именно держит ваши ошейники, – произнес Бастор, отдышавшись.
– Кольцо главного мага? – предположил Кэссиен.
– Вряд ли. Я тоже так думал. Но Сэнктин с ним не расстается, а еще он периодически покидает Виссир. Сейчас мы довольно далеко от дворца, а ведь не задохнулись. А в дни, когда нет игр, мы не можем сами сюда добраться. Это не кольцо.
– Именно так, – растянулись в уродливой улыбке губы Бастора. – Идем, я покажу.
– Жди Улисса, – кратко приказал Росомаха Неро оставаться на месте. – Кэсс, ты с нами. Идем за коротышкой Бастором, посмотрим, что он выяснил.
За три года проведенных на этой арене игр Росомаха уже ориентировался в коридорах грандиозной постройки. Они шли под трибуной самого императора. Но титулованные особы заходили сюда с другой стороны, и там стояла охрана.
– Я даже не спрашиваю, откуда тебе известны наши планы. Но мне интересно, почему ты решил помочь? – спросил Росомаха, пока они поднимались наверх по одной из лестниц. В голову ему вдруг пришла мысль, что Риасмас слишком самонадеян, а его охрана плохо работает. Знающему этот лабиринт человеку ничего не стоит сюда подняться и запустить стрелу в голову правящей особы.
– Сбежать хочу вместе с вами, – шепотом ответил Бастор. – Пока вы во дворце, у меня есть возможность, потом же вас снова переведут в школу. А я больше не могу оставаться в Виссире. Брут обещал после игр лишить меня хозяйства своим же мечом за то, что я настучал Сэнктину про его дела. Знал бы, ни за что не следил за ним. Нет больше покровительства, и Его Величеству я давно надоел – шут из меня никудышный.
– Взять с собой крысу? Ну уж нет, – усмехнулся Кэссиен, но замолчал, ведь они как раз вышли в одной из стен арены, и из небольшой бойницы была видна ее часть.
Росомаха понял, что ошибся. Из бойницы не видать императорской ложи, никого отсюда не убить. Он повернулся, вопросительно глядя на Бастора.
– И что ты хотел нам показать?
– Смотри, – указал Бастор на флагшток. На его верхушке блестел синий драгоценный камень, отражая яркие лучи летнего солнца. – Это и есть артефакт, который держит вас. Его действие распространяется на площадь круга определенного радиуса, вы можете отходить только на равное расстояние, дальше никуда. А чтобы никто не догадался, его периодически переставляют.
– Точно! Он же на крыше стоял, помнишь? В школе таггиров, потом его забрал один из офицеров легиона, когда нас перевели во дворец, – повернулся к Росомахе Кэссиен. – Тогда все просто! Мы похитим камень и заберем с собой.
– Уверен, Кэсс? Тогда сможем уйти только мы, остальные триста таггиров просто задохнутся в ошейниках. А брать с собой всех, увы, мы не можем. Даже если мы похитим камень и уложим охрану дворца, нас просто задавят войска легиона. Шанс выжить есть только у небольшой компании. Для того, чтобы освободить всех, нужны силы и детальный план. – Росомаха не стал вспоминать при Басторе о цели намеченного опасного путешествия. – Даже если бы артефакт действовал лишь на пятерых, нас легко вычислить по ошейникам.
– И что тогда? – растерянно пробормотал Кэссиен, понимая, что друг прав.
– Нужно отключить артефакт. И узнать заклинание для самих ошейников. Еще бы найти кого-то с магическим даром, в чьих устах оно возымеет силу.
– Любой ученик мага, у которого есть дар, подойдет, – зашептал коротышка Бастор. – Мне ведь тоже нужно снять браслеты, – потряс он руками, и на них зазвенели кольца. – Но мои не привязаны магией к артефакту.
– Любой, да не любой. Допустим, до артефакта мы доберемся и даже сможем его отключить, хотя ума не приложу, как это сделать. Сколько у нас времени, прежде чем включится другой, резервный? Мы слишком дорогое развлечение, чтобы нас терять, поэтому и магия защиты многоуровневая.
– Думаю, не больше часа, пока охрана не заметит наше исчезновение.
– Значит, нужно успеть за это время. Иначе мы все погибнем, даже успев покинуть дворец и спрятаться в городе. Дороги перекроют сразу, как только мы сбежим.
– Знаю, как найти заклинание, – вдруг понял Кэссиен. – Когда хоронят таггира, с него всегда снимают ошейник. Завтра бои начнутся в полную силу, кто-то да умрет на арене. В конце дня все трупы вывозят, только куда… Наверняка, кто-то будет снимать с них ошейники, чтобы, обновив их свойства, надеть другим бойцам.
– Я прослежу и все узнаю, если пообещаете взять меня с собой, – быстро зашептал карлик. – У меня отличная память.
– Еще бы, разносить столько сплетен. – Росомаха и Кэссиен переглянулись и одновременно кивнули друг другу. – Хорошо. Так тому и быть. Я попробую выяснить о свойствах того камня, – снова повернулся Росомаха, рассматривая незаметное на первый взгляд украшение арены, одно из многих здесь.
Он вдруг понял, как убедить Каллисту, чтобы она раздобыла нужные сведения, и не выдать планируемого побега. Его выступление только через восемь дней, так решил Риасмас, ведь в предпоследний день на арене сражались самые сильные таггиры, и билеты на зрелище в последние дни резко возрастали в цене. Его вернут во дворец сегодня вечером, и у него будет время, чтобы встретиться с императрицей.
Глава 3. Сюрприз для победителя
Все эти дни Бри провела в заточении в той самой комнатушке, похожей на кладовую. Она знала, что император со своей свитой ежедневно уезжает на арену смотреть бои таггиров, поэтому постоянно искала возможность для побега. И каждый вечер к ней заявлялся Сэнктин, снова уговаривая пойти на его условия, а заодно блокировал ее магию.
Девушка сидела под окном и смотрела на обрывок неба, вспоминая о любимой Грэнии. Наверное, женщина сейчас на небесах, смотрит на приемную дочь свысока, но помочь не может. Бри даже встала, в отчаянии подняла руки и схватилась за решетку, всматриваясь в лазурную высь. Днем на ней звезд не видать, а ночью они выходят на небосклон и смотрят на тех, кто внизу. Наверное, только они и знают, что будет с живыми, меняют их судьбы, управляют всем сущим. Ведь именно они дают ей силы, да еще и наградили запрещенной магией, сыграв злую шутку. Да и запретная ли это магия, коль о ней никто и ничего здесь не знает?
Она вдруг услышала, как открывается дверь, и подумала, что это рабыня принесла ужин, ведь Сэнктин так рано не мог вернуться во дворец. Но гостьей оказалась Дэрия, которая вошла в комнатушку и остановилась напротив сидящей на кровати пленницы.
– Ты была права: я услышала, как Риасмас хвастал, что в последний день игр отдаст тебя на растерзание львам. Но мне жаль тебя. Это не самая приятная смерть. Поэтому принесла то, что ты и просила. – Дэрия обернулась к дверям, убеждаясь, что они закрыты, а потом достала из-под туники кусочек ткани, перетянутый серой нитью.
– Что это? – не сразу поняла Бри.
– Ты же просила яд. Это засушенные ягоды тэльфии. Они не действуют сразу. Ягоды нужно тщательно разжевать. Через пару часов яд проникает в тело, и человек просто засыпает. Это самая легкая смерть. Советую съесть их, когда за тобой придут, чтобы отвести на казнь. Если повезет, умрешь еще до того, как тебя доставят на арену.
– Спасибо. – Бри осторожно взяла сверточек, думая, где бы получше его спрятать в комнатушке. Конечно, можно принять яд сейчас и не больше мучить себя…
Как будто прочитав мысли пленницы, Дэрия недовольно произнесла:
– Не вздумай съесть их раньше срока. Все знают, что только у меня есть доступ в твою комнату, ведь это я отвечаю за рабынь, которые приносят тебе еду.
– Хорошо, я не подведу. Надеюсь, все получится, – проговорила Бри, убирая опасный подарок под матрас.
Когда Дэрия ушла, девушка снова горько расплакалась. Умирать совсем не хотелось, как не хотелось и принимать предложение Сэнктина, которое не сулило ничего хорошего. Уж лучше было жить в гильдии склиссов. Оказывается, преступный мир Эолиума не так страшен, как его правители.
Но ведь должен быть выход! Неужели слова странного мужчины в больнице – обман, и нет никакого будущего?!
