За обедом говорила в основном миссис Сен-Жан. Она осуждала обилие блюд на столе и тем не менее ела с огромным аппетитом.
Уэбб с трудом дождался окончания обеда: он рассчитывал, что ему удастся увести мистера Сен-Жана подальше от матери. И ему действительно это удалось.
— Вы играете, мистер Сен-Жан? — спросил Жиль, протягивая ему кий.
— Играю время от времени, но думаю, что сегодня воздержусь. Я лучше осмотрю вашу прекрасную коллекцию оружия. — Он погладил пальцами старинный мушкет. — Можно взглянуть?
— Конечно, — кивнул Жиль.
Маркиз посмотрел на Уэбба и пожал плечами. Затем протянул кий лорду Драйдену, и они молча приступили к игре. Но Уэбб знал: играющие будут внимательно прислушиваться к его разговору с женихом Лили.
— Я полагаю, что вы любите охотиться, — сказал Уэбб.
— Очень, — с воодушевлением ответил Адам. Он вскинул мушкет и направил дуло в сторону камина, над которым висела голова кабана. — Хотя в последнее время у меня на это почти не было времени.
— Из-за вашей помолвки? Адам замялся. Наконец кивнул:
— Да, именно. Из-за помолвки. Моя Лили завалила меня делами. — Он повесил мушкет на крючок и принялся разглядывать инкрустированный драгоценными камнями кинжал.
— Гм-м… — Уэбб снова потянулся к графину. — Готов поклясться: Лили сказала, что вы не были помолвлены до того, как оказались на борту судна.
Адам смутился, и Уэбб понял, что уличил американца во лжи, пусть и небольшой.
Но тут Адам расплылся в улыбке:
— Ах да, так оно и было. Но ухаживание… оно ведь отнимает все свободное время. Вы же знаете Лили… — Адам протянул Уэббу свой пустой бокал.
Выпад был отбит, и Уэбб отдал должное противнику — тот ловко выкрутился. Он снова наполнил бокал гостя.
— Конечно, вам придется нелегко, раз уж вы решились взять в жены нашу Лили, — улыбнулся Уэбб. — Она ужасно хитрая. Знаю по собственному опыту. Мне с величайшим трудом удалось улизнуть от нее. Иначе я оказался бы на вашем месте. Незавидная судьба…
Если Адам и понял намек, то не подал виду. Во всяком случае, он не почувствовал себя оскорбленным.
— Незавидная судьба, вы говорите? Я называю это улыбкой фортуны, — говорил Адам, расхаживая перед коллекцией дуэльных пистолетов. — Я очень заинтересован в том, чтобы взять Лили в жены. Земли, которые она унаследовала, примыкают к моим. Если мы поженимся, у нас будит самая обширная в Виргинии плантация. Я позволил ей выйти замуж за моего лучшего друга, но я ждал…
Невозмутимость Адама и его самоуверенность смутили Унйба.
Неужели это правда? Неужели Лили намеревается выйти замуж за этого самовлюбленного болвана? Уэбб постарался отогнать неприятные мысли. Нет, Лили, конечно же, не хочет выходить замуж за этого человека. Он внимательно наблюдал за ней во время обеда и не заметил, чтобы она хоть раз ответила на пылкие взгляды Адама.
Тогда почему она придумала эту помолвку? Лишь для того, чтобы не ехать в Париж?
— И кроме того, — продолжал Адам, проводя пальцем по рукоятке испанского кинжала, — в ней есть что-то такое… какая-то особая грация, которую мы, мужчины, так ценим в женщинах. — Американец с улыбкой посмотрел на собеседника.
— Грация? — переспросил Уэбб, не совсем уверенный в том, что они говорят об одной и той же женщине. Если Лили и обладала какими-то достоинствами, то грация определенно не принадлежала к их числу. — Когда я в последний раз гостил в Байрнвуде, она разбила коллекцию восточных ваз в гостиной. Ты помнишь, Жиль?
— Местный гончар долгие месяцы трудился, чтобы спасти то, что можно было спасти, — с улыбкой ответил маркиз.
— Полагаю, Лили уже не в том возрасте, чтобы вести себя подобным образом, — заметил Адам.
Уэбб нахмурился. Адам вел себя так, словно бросал ему вызов, вел себя… точно петух на заднем дворе. И этот петух осушил уже третий бокал самого лучшего портвейна Жиля.
— Рад это слышать, — усмехнулся Уэбб. — Значит, хозяева могут больше не беспокоиться за свои коллекции. — Склонив голову к плечу, Уэбб наблюдал за ударом отца по бильярдному шару. — А вы неплохо защищаете Лили, — добавил он.
— Я всегда буду защищать ее, — ответил Сен-Жан.
— Действительно, ей без этого не обойтись, — заметил Уэбб, снова наполняя бокал Адама. — Лили все еще носит траур, однако намеревается выйти замуж за другого. Очень странно…
Наполнив и свой бокал, Уэбб вопросительно посмотрел на Адама. Тот немного смутился, однако тотчас же нашелся с ответом:
— Мне кажется, что это говорит в ее пользу. Она носит траур не только по мужу, но и по его покойному отцу. Дань уважения… Лили никогда не позволит себе оскорбить память покойных, сменив траур на другое платье. Всему свое время. — Адам скрестил на груди руки. — Именно поэтому мы держали нашу помолвку в секрете… во всяком случае, до сих пор. — Американец выразительно взглянул на Драйдена — младшего.
Уэбб, однако, никак не мог согласиться с замечанием гостя. Достойное поведение и Лили — вещи несовместимые. Ведь Лили не может обойтись без скандала.
— Вот вы и выпустили кота из мешка, — усмехнулся Уэбб. — Но следует заметить, что вы очень уклончивы в своих ответах, мой друг. Заполучить вдову до того, как она снимет траур, весьма рискованно, не так ли?
— Никакого риска. «Кто рано встает, того удача ждет». — Адам выпрямился во весь свой немалый рост и пристально посмотрел Уэббу в глаза: — Если же вы намекаете на то, что я воспользовался ее положением, то мне придется потребовать от вас сатисфакции.
— Полагаю, что вы имеете на это право, — ответил Уэбб, однако решил больше не задавать провокационных вопросов. — Но лучше приберегите свои пистолеты для другого случая. У меня и в мыслях не было вас обидеть.
Какое-то время удары бильярдных шаров да тиканье часов на камине были единственными звуками в комнате.
— Адам, это ваше первое путешествие в Европу? — нарушил молчание Уэбб.
— Да, — последовал ответ. — Но мой отец посещал Англию ежегодно вместе с мистером Коуплендом. Это были деловые поездки. Правда, мистер Коупленд умер несколько лет назад… Отец называл эти путешествия своими днями отдохновения — конечно, не при маме. — Адам смущенно улыбнулся.
— И сейчас вы пошли по стопам отца — отправились в Англию с миссис Коупленд?
— Да, полагаю, именно так. Пошел по стопам… Лили решила лично заняться своими делами, и я вызвался сопровождать ее. Потом, естественно, и мама решила, что ей лучше отправиться с нами.
Уэбб поднялся и налил себе еще портвейна. Дождавшись, когда Адам опорожнит свой бокал, он налил и ему.
— Интересно, какого рода дела могут быть здесь, в Англии, у такой молодой вдовы, как миссис Коупленд? И почему она не может поручить все это вам, тем более сейчас, когда вы собираетесь пожениться?
