— Это место действительно невероятное, — пробормотал Гэрретт, пораженно оглядываясь вокруг. — Неужели Рождество действительно такое важное событие?
Джорджия не смогла не поднять удивленно бровь.
— Важное событие? Ты откуда? с Марса?
Взгляд, который бросил Гэрретт на нее, был немного смущенный.
— Извини, это… э, я имел в виду не совсем это, — сказал он. — Думаю, моя семья не особо любила Рождество. И поэтому я сам раньше никогда об этом не задумывался.
Рассмеявшись, Джорджия покачала головой.
— Ладно, приму это как оправдание. Откуда я родом, Рождество — важный праздник, поэтому не знала ничего иного. Пожалуйста, хотя бы скажи, что ты посидел под елкой и раздал всем пятерым братьям прикольные подарки?
Гэрретт покачал головой с серьезным лицом.
— Прости, нет. Честно говоря, мы едва знали, что такое Рождество. — Он слегка заколебался. — Думаю, это можно назвать… культурным явлением.
— Ох, — сказала Джорджия, внезапно почувствовав смущение. Конечно, существовало множество людей, которые не праздновали Рождество по религиозным и культурным причинам. — Прости, не хотела показаться бесчувственной.
— Все нормально, — заверил ее Гэрретт. — Просто наше детство прошло у черта на куличках, и мы не видели всего этого.
Он почти беспомощно указал на огоньки, леденцовые трости, воткнутые в снег, и массивную статую Санта-Клауса, стоящего у двери ресторана.
— Рождество не было частью нашего… сообщества, — закончил Гэрретт. — Я знал о его существовании, но оно казалось таким далеким. Однако сейчас я нахожусь здесь… и определенно вижу в этом привлекательность.
— Ну, если хочешь, я могу посвятить тебя в рождественские радости, которых тебе не хватало все эти годы, — рассмеялась Джорджия. — Давай просто разберемся с катанием Логана, а потом насладимся горячим шоколадом с корицей, горячим жареным картофелем и глазированной ветчиной, а также всеми кексами, которые ты сможешь съесть.
— Звучит потрясающе, — сказал Гэрретт, тепло улыбнувшись.
Как оказалось, Эмилия не шутила, когда сказала, что «все включено»… когда Джорджия подошла к сотруднику курорта, чтобы арендовать коньки для Логана, он спросил номер, где они остановились, и, когда она ему назвала, тот просто кивнул, сказав, что обо всем позаботится.
— На озере есть смотрители, так что вы можете расслабиться и посидеть, пока мальчик будет там, — сказал ей член персонала с теплой улыбкой, пока Логан сидел на ступеньке и шнуровал коньки. — Мы хотим, чтобы всем было весело, поэтому, пожалуйста, не беспокойтесь.
Джорджия кивнула, взглянув на Логана, которому, казалось, просто не терпелось покататься. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее.
— Я буду в порядке, мам, обещаю.
— Знаю, дорогой, — ответила она. — Но… будь осторожен, хорошо?
— Ладно.
Джорджия расслабленно выдохнула, когда Логан встал, а член персонала открыл ему ворота, позволяя присоединиться к другим катающимся на коньках. Смотрители в ярко-красных жилетах было хорошо видны.
Не было никаких сомнений, что катание Логана улучшилось по сравнению с прошлым годом, судя по его скольжению по льду. У него уже отлично получались все физические упражнения… с возрастом она станет хорошим спортсменом. Он любил гулять с Фредди… или, скорее, бегать… и лазать по деревьям, хотя у Джорджии чуть не случился сердечный приступ, когда она вышла на улицу и увидела его на высоте двадцати футов в ветвях одной из ели, росших прямо за их домом.
Не раз спортивный тренер из школы спрашивал Джорджию, не хотел бы он записаться на внеклассные футбольные или бейсбольные занятия, но, когда она спрашивала у Логана, тот только пожимал плечами, и Джорджии пришлось сказать тренеру, что командные виды спорта не для него.
— Ну же, Фредди, не будь таким чрезмерно контролирующим, — пробормотала она, потянув пса за поводок. Фредди в последний раз бросил печальный взгляд на каток, прежде чем последовать за Джорджией к столику на открытом воздухе в одном их ресторанов на берегу озера. Было холодно, но в ресторане оказались обогреватели и толстые одеяла на стульях.
— Логан довольно хорошо катается, — заметил Гэрретт, когда она села рядом с ним. — Быстрее, чем другие дети его возраста.
Джорджия кивнула, затем нахмурилась.
— Там не так много детей, как я думала, — сказала она. — На самом деле, везде более пусто, чем я ожидала. Думала, что это место будет битком набито.
Гэрретт огляделся.
— Думаю, ты права, — ответил он. — Когда мы шли вниз по улице, на улице было не так уж много людей. Это кажется странным.
— Хотя сейчас еще довольно рано. Возможно, людям нравятся бездельничать в своих постелях. Если все жилье здесь такое красивое, как шале, то не могу сказать, что виню их.
— Возможно, ты права, — согласился Гэрретт, хотя Джорджия заметила, что он не переставал хмуриться, а его глаза продолжали обшаривать немногочисленную толпу. — Ну. По крайней мере, это означает, что не будет очередей.
— И столики будут быстро обслуживаться, — сказала Джорджия, когда к ним подошла улыбающаяся официантка с меню в руках.
— Ты закажешь за меня, — сказал Гэрретт после изучения меню. — Разве ты не говорила, что собираешься показать, что такое Рождество?
Джорджия подняла взгляд, и на ее лице появилось подобие улыбки.
— Уверен в этом?
Гэрретт тепло на нее посмотрел.
— Конечно. Я тебе доверяю.
— Ну, похоже, ты привык жить в опасности, — рассмеялась Джорджия, листая меню и ощущая волнение при мысли о том, чтобы познакомить Гэрретта с каким-нибудь настоящим рождественским блюдом.
Для начала она заказал теплый, приправленный специями глинтвейн, который подали с бадьяном и двумя ломтиками сушеного апельсина на ободке кружки, а на блюдце примостился крошечный имбирный пряник. Джорджия уже чувствовала, как ее щеки начинают пылать от тепла, когда поднесла кружку к губам, позволяя сладкому, пряному вкусу растечься по языку.
— Ммм. — Не смогла сдержать она удовлетворенного возгласа. — Вот так он должен быть приготовлен.
Гэрретт, потягивавший свое вино, сначала казался осторожным, вероятно, из-за сильного запаха. Но после маленького глотка быстро сделал еще один, глядя на нее почти удивительно.
— Это потрясающе.
— И не говори, — сказала Джорджия, делая еще один глоток.
Они пили вместе в довольной тишине, пар от их напитков поднимался в воздухе между их лицами.
Джорджия не смогла устоять, чтобы не поизучать лицо Гэрретта. Она давно поняла, что он великолепен. Но сейчас ее мысли вернулись к воспоминанию, как они смотрели друг на друга ранее… ее будто тянуло к нему как магнитом.
Она никогда раньше не чувствовала такой сильной связи с мужчинами, и определенно не так быстро. Он также смутил ее: Джорджия не знала чем себя занять, пока наблюдала, как он обучал Логана разводить огонь.
Ее взгляд скользнул вниз к его губам, когда он сделал очередной глоток глинтвейна, а мгновение спустя он провел по ним языком. Джорджия поймала себя на том, что повторяет за ним этот жест, и сглотнула.
«Каково с ним целоваться?»
Он был бы сладким, как вино, а его рот теплым и мягким. И она заметила это, потому что утро выдалось ясным и морозным, голубизну неба не нарушали облака.
Его тело тоже казалось теплым, когда бы он притянул ее к себе, обхватив одной большой рукой затылок, и поцеловал, обняв другой рукой за талию.
Поцелуй Гэрретта был бы таким же, как он сам: горячим, грубоватым, но шокирующе нежным… по крайней мере, пока страсть не накроет их обоих, и он не повалит ее на кровать, срывая с нее одежду, пока она бы выгибалась под ним, постанывая его имя…
— Кхе-Кхе…
— Джорджия! Все в порядке?
Джорджия наклонилась, пытаясь скрыть от Гэрретта свои слезящиеся глаза и красные щеке, пока прочищала горло от глинтвейна, которому удалось проникнуть прямо в легкие.
— Я… Я… кхе-кхе… в порядке, честно, — удалось ей выдавить, как можно деликатнее промокнув нос салфеткой.
