Немецко-фашистское командование обороняло Никопольский плацдарм со всевозраставшим упорством и даже усиливало свои войска под Никополем за счет частей, перебрасываемых из Кривого Рога и Кировограда. Осенью 1943 года на плацдарме действовало восемь пехотных, две танковые и две горнострелковые дивизии противника, объединенные в оперативную группу "Шернер". Наша разведка располагала сведениями о том, что и на севере Крымского полуострова немецко-фашистские войска усиливаются. Затем гитлеровцы, как и ожидалось, повели наступление с севера на юг, с Никопольского плацдарма, против 5-й ударной армии Южного фронта. Их танковым частям удалось выйти в тыл трем стрелковым дивизиям этой армии. Огнем нашей артиллерии и действиями самолетов-штурмовиков в течение одного только дня боя здесь было уничтожено до 40 вражеских танков. Ночью по решению командования стрелковые дивизии, оказавшиеся в исключительно невыгодном положении, были отведены на другой рубеж, существенно усилив здесь оборону наших войск. Благодаря принятым мерам контратакующий удар противника был отбит, ему не удалось осуществить свое намерение прорваться к Крыму.
Чтобы не распылять и далее усилия войск Четвертого Украинского фронта для действий на двух разрозненных операционных направлениях, Ставка Верховною Командования отложила наступательные операции с целью ликвидации Никопольского плацдарма до накопления соответствующих сил и средств. Однако и в январе 1944 года предпринятые Третьим и Четвертым Украинскими фронтами неоднократные попытки разбить никопольско-криворожскую группировку немецко-фашистских войск успеха не имели. С разрешения Ставки в середине января атаки наших войск были прекращены.
Представитель Ставки Верховного Главнокомандования на Третьем и Четвертом Украинском фронтах Маршал Советского Союза Василевский приводит в своих воспоминаниях такой эпизод, связанный с событиями тех дней:
"Однако было ясно, что собственными силами мы не могли захватить Никопольский плацдарм. Если мы будем продолжать боевые действия таким же образом, понесем неоправданные потери, а задачу все же не решим. Нужно было подключить Второй Украинский фронт, провести перегруппировку войск, пополнить войска Ф. И. Толбухина резервами. Посоветовался с Федором Ивановичем, он поддержал меня, и я решил позвонить в Ставку с его КП. И. В. Сталин не соглашался со мной, упрекая нас в неумении организовать действия войск и управление боевыми действиями. Мне не оставалось ничего, как резко настаивать на своем мнении. Повышенный тон И. В. Сталина непроизвольно толкал на такой же ответный. Сталин бросил трубку.
Стоявший рядом со мной и все слышавший Федор Иванович сказал улыбаясь:
- Ну, знаешь, Александр Михайлович, я от страху чуть под лавку не залез!
Все же после этих переговоров Третий Украинский франт, игравший при проведении Никопольско-Криво-рожской операции основную роль, получил от Второго Украинского фронта 37-ю армию генерал-лейтенанта М. Н. Шарохина и из резерва Ставки - 31-й гвардейский стрелковый корпус, а от Четвертого Украинского фронта - 4-й гвардейский механизированный корпус".
Судьба Никопольского плацдарма окончательно решилась в феврале 1944 года, когда по указанию Ставки была проведена Никопольско-Кризворожская операция, более широкая по своим масштабам и привлекавшимся к участию в ней силам и средствам. Ее цель заключалась в том, чтобы, кроме никопольской, разгромить еще одну крупную группировку противника, находившуюся в районе Кривого Рога, и освободить важный в экономическом отношении район Кривого Рога и Никополя.
На выполнение намеченной задачи нацеливались уже два фронта, причем основная роль отводилась не Четвертому, а Третьему Украинскому фронту, который наносил главный удар из района северо-восточнее Кривого Рога на Апостолово Фронт генерала Малиновского располагал и большими силами для выполнения задуманного и занимал лучшее, чем фронт Толбухина, оперативное положение: перед Третьим Украинским не было столь мощной преграды, какой является Днепр. Войска Четвертого Украинского выполняли ограниченную задачу, по-прежнему направляя усилия на ликвидацию плацдарма на левом берегу Днепра, затем, форсировав его, должны были выйти на Апостолово с юга.
При таком замысле действий наших войск ситуация для противника, оборонявшего Никопольский плацдарм, выглядела уже совершенно иначе, чем прежде. Удары двух советских фронтов на Апостолово с севера и юга и выход их в этот район означали бы охват действовавшей южнее Никополя вражеской группировки и лишение ее возможности отхода на запад. Иначе говоря, гитлеровцы могли попасть в очередной "котел". Но самое название "Шестая армия" достаточно красноречиво напоминало о том, чем кончился для нее "котел" под Сталинградом.
Третий Украинский фронт начал наступление с утра 31 января. Развивалось оно весьма успешно. Вошедшие в прорыв подвижные соединения быстро приближались к Апостолову и 5 февраля освободили его. Угроза для немецко-фашистских войск приобрела совершенно реальные очертания после того, как с юга ударил фронт Толбухина. Три его правофланговые армии - 3-я гвардейская, 5-я ударная и 28-я - своими активными действиями воспрепятствовали противнику перебросить части в полосу наступавших войск Малиновского. В короткий срок они также прорвали вражескую оборону, начав расчленять действовавшую на Никопольском плацдарме группировку, затем форсировали Днепр в районе Малой Лепетихи...
Думается, описывать дальше действия двух фронтов нет нужды. Достаточно сказать, что Никопольско-Криворожскую операцию оба фронта провели так, как было задумано. И в этом самом уже содержится наивысшая оценка для всех, кто к ней причастен. Однако такая оценка будет все же неполной для солдат обоих фронтов, сумевших все преодолеть на своем пути, и для их командующих, чья воля и разум шаг за шагом вели войска к достижению намеченной цели. Все преодолеть - это не только ожесточенное сопротивление врага, уже обреченного на неминуемый разгром и потому особенно яростного в своем ожесточении. Это еще и февральская погода на Украине в 1944-м.
Вот живые свидетельства двух участников операции.
А. М. Василевский:
- Много я повидал на своем веку распутиц. Но такой грязи и такого бездорожья, как зимой и весной 1944 года, не встречал ни раньше, ни позже. Буксовали даже тракторы и тягачи. Артиллеристы тащили пушки на себе. Бойцы с помощью местного населения переносили на руках снаряды и патроны от позиции к позиции за десятки километров.
С. С. Бирюзов:
- Зима на Украине близилась к концу. Шел то мокрый снег, то мелкий моросящий дождь. Дороги раскисли. В воздух не поднимались ни боевые, ни транспортные самолеты. Даже По-2 не мог оторваться от вязкого чернозема... Где-нибудь под Москвой в такое время еще свирепствуют метели и трещит мороз, а на Украине уже оголились поля и грунт напоминал раствор цемента. Наступать в таких условиях тяжело. Но и отступать гитлеровцам было не легче. Они вынуждены были бросать увязавшие в грязи вполне исправные пушки, автомашины и даже танки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
