планету, как — не знаю, я ведь не подозревал, кого нужно спросить, да и не был уверен до того дня, что такая прослойка существует. Впрочем, это тоже уже не имеет значения. Роми, как доани, чьё тело побывало во всех этапах преобразования планеты, чувствовала постепенное понижение температур на протяжении всего процесса. Ты, Адан, как доа, не должен был ничего чувствовать, лишь видеть рисунок пространства и итог, если бы не наручник тайко, который соединял тебя с Роми. Я же, как бывший человек, имел возможность испытывать весь спектр ощущений, пока с пространства шёлухой спадает слой за слоем. Энергетический отлив. Я в тот момент думал, что всё идет к огню и за снегом последует лава. Но появилась Мира. — Он повернулся к Таль: — Ты сказала, они почувствовали в ней хозяйку? Что это означает?
— Тлай создали не просто энергетических убийц, которые должны сидеть на Эннере и ждать доани сколько понадобится, пусть хоть целую вечность, — заговорила Таль. — Они многое продумали. Распознать энергию доани, не обязательно в чистом виде, даже смешанную с другой, и уничтожить — это первая ступень. Следующая — считать след, понять — откуда и как появился доани. Потом найти способ, как добраться туда, чтобы выполнить свою главную миссию — ликвидировать источник «заразы», обезвредить остальных. В этом смысле Гончие — идеальные механизмы. Единственное ограничение — они не могут самостоятельно перемещаться между мирами. Для этого им необходим проводник или хозяин. Первым может быть тело убитого доани. Если бы, — Таль посмотрела на Роми, — тогда на поле у Адана не получилось их разнести в пух и прах, ты бы погибла, а Гончие влезли бы внутрь и ждали.
— Пока рано или поздно за ней не явятся атради, — проговорил Ллэр. — И не заберут тело на Тмиор, как в принципе и сделал я, — он качнул головой, кажется, даже с уважением.
— Верно. Не пришёл бы никто, значит, Гончие остались бы ждать. Для них не существует понятия времени, — Таль повернулась к Ллэру и Мире. — С хозяином — чуть сложнее. Им может стать только представитель расы тлай. Видимо, на скале Гончие сначала приняли Миру за доани, что неудивительно, если вспомнить, как смешались ваши биополя, — Таль на мгновение встретилась взглядом с Аданом, отвела глаза. И он совершенно чётко понял: она каким-то образом знает, что между ним и Роми произошло до появления Теней, словно Таль была там и видела. — Потом распознали в ней хозяйку. Древние тлай могли направлять Гончих, контролировать. Мира же… — она пожала плечами. — В идеале тоже должна уметь. Наверное, сможет вспомнить, как, если научится контролировать обе сущности. Тогда на скале она стала пассивной хозяйкой. Позволила использовать своё тело, перенести их на Тмиор, добраться до Самара и… — Таль замолчала, повернулась к ним спиной, застыла. Каким-то чужим голосом, совсем без эмоций сказала: — То, что вы рассказываете, подтверждает мои догадки. Вероятно, эти твари считали устройство Тмиора, когда оказались там. Быстро разобрались, что к чему. Все слои, кто всем управляет, как его найти, как уничтожить. Из-за солнца собирались вернуться обратно в Миру и переждать, чтобы продолжить миссию, но каким-то чудом Мира смогла задержать их снаружи, обрекая на гибель. Наверное, тут уже сущность доа сыграла свою роль. Тогда Гончие попытались защититься от солнца другим способом. Видимо, не вышло. А может, ваше присутствие или наручники повлияли. Или само место. Пещеру ведь создали когда-то тайко.
— Которые тысячи лет назад враждовали именно с тлай, — пробормотала Роми. — И наверняка успели изобрести немало защитных примочек.
— Так ты и про пещеру знаешь? — удивился Адан.
— Я знала, что в ней прячет Самар, — Таль повернулась к нему. — Если ты это имеешь в виду. Но я никогда там не была.
Все замолчали, видимо, думая каждый о своём.
— Атради наверняка можно спасти, — громко заявила Мира.
— Можно попробовать, — Таль не спешила никого обнадёживать, хотя Адан был уверен: она бы никогда не завела этот разговор, если бы не имела решения. Хотя бы временного, с большими рисками и возможными нежелательными последствиями. — Роми придётся пройти два обратных процесса. Сначала естественным путём, теряя энергию, снова стать доани. Только потом я смогу попытаться искусственно «отмотать» обращение до «заводских настроек» и сделать из неё доа. Это долгий и болезненный процесс. Но другого пути я не вижу.
— А их? — с надеждой спросила Мира.
— Алэй и Ллэр в прошлом обычные люди. Теряя энергию атради, они будут превращаться обратно в тех, кем были до Тмиора. Но в отличие от доани, их организм не способен на регенерацию мёртвых тканей. — Таль перевела взгляд на Ллэра, ободряюще улыбнулась. — Возможно, мы всё-таки сможем обмануть смерть. Наши с тобой опыты, помнишь? Кажется, я знаю лекарство, — она кивком указала на Миру. — Её кровь. У меня получилось сделать сыворотку, задействовав гены тлай. Она может стать катализатором для морфаллаксиса, пока вы превращаетесь в доа. Процесс, конечно, болезненный, стопроцентной гарантии, что всё пройдёт успешно, дать не могу, но… Когда-то вы побывали в Плеши, стали сильнее, одарённее. Это огромный плюс, — она обернулась к Алэю. — И вы всегда можете отказаться.
Тот чуть прищурился, едва заметно улыбнулся, как и прежде — молча.
— А остальные атради? — не унималась Мира. — Погибнут?
— Остальные… — Таль вздохнула. — С ними будут происходить те же процессы, — она на миг взглянула на Роми с Алэем. — Обращённые умрут. Истинные без нужной энергии потеряют способности и застрянут в одном из миров. Тут уж, как повезёт. Тем, кто сейчас на Тмиоре, однозначно не повезло. — Она пожала плечами. — Мне сложно представить, что там сейчас творится. Опять же теоретически, если кто и может их оттуда вытащить, это ты.
— Что нужно делать? — Мира выпрямилась, глядя на мать в упор.
Таль несколько секунд молча смотрела ей в глаза. Потом, словно приняв нелёгкое решение, заговорила медленно, будто подбирала правильные слова:
— Тебе придётся прислушаться к себе, нащупать это знание. Стать по-настоящему тлай, в полную силу. Дальше всё зависит от того, насколько тебе удастся контролировать способности. Если получится помирить в себе доа и тлай, сумеешь снять блок и открыть портал оттуда сюда. Идти за тобой или нет — их выбор. Рисковать своей жизнью ради них или нет — твой. С одинаковой вероятностью ты можешь попасть туда и не суметь выбраться. Или перебить их всех.
