в помещение, откуда можно было попасть в подвальный этаж, к сейфам.
Существовал единственный способ добраться до этих сейфов: сначала миновать решетчатую преграду, а затем, пройдя в другой конец комнаты, открыть бронзовую дверь неприступного хранилища. Кессоны его резного дубового потолка были обиты железом. Стены бронированы стальными пластинами.
В просторном помещении четыре десятка мужчин сидели в креслах вдоль стен, а также вокруг небольшого помоста, где располагались члены счетной комиссии. Среди них выделялся бледный худой юноша, почти подросток, с холодным взглядом серых глаз. Он явно подражал Робеспьеру, а его костюм – сюртук с широким бархатным воротником и туго повязанным шейным платком, монокль и полированная дубинка – напоминал о щеголях времен Директории.
Прочие заговорщики – здоровяки с мощной мускулатурой, с квадратными челюстями, с грубыми и вульгарными чертами лица – дружно поднялись на ноги, когда звук гонга возвестил о прибытии последнего участника.
Орас Вельмон посмотрел на них с насмешливой улыбкой и воскликнул с напускной бравадой:
– Ура товарищам гангстерам!
Эффект оказался плачевным. Все сорок заговорщиков почувствовали себя оскорбленными. Слово «гангстеры» показалось им унизительным. По комнате пронесся ропот.
Но тут вмешался бледный молодой человек, восседавший на возвышении. Он ударил по столу ножом для разрезания бумаг и, восстановив тишину, сказал:
– Ему простительно, он нас не знает. Это тот самый французский участник, который некогда передал мистеру Мак-Аллерми информацию, необходимую для нашего дела.
И тут же высоким голосом, слабость которого он пытался компенсировать выразительными жестами и непреклонным тоном, продолжил:
– Господа, сегодня состоится первое общее собрание, давно запланированное нашим комитетом, поэтому я чувствую себя обязанным дать некоторые пояснения тем из вас, кто присоединился к нам не с самого начала.
Как вы знаете, друзья мои, наша ассоциация возникла несколько столетий назад. Она была образована людьми мужественными, исполненными религиозной веры, стремившимися помочь папству в смутные времена Ренессанса, когда папы защищали дух латинской цивилизации от варваров, пришедших с севера, от франков и немцев.
В нынешнем веке ассоциацию возродили, оживив и обновив ее, два выдающихся человека, два друга. Наш долг, а также чувство благодарности требуют воздать им дань уважения: это Джеймс Мак-Аллерми и Фредерик Филдс. Понимая особенности современной жизни, они адаптировали наш кодекс к изменившимся обстоятельствам, укрепили нашу дисциплину и, самое главное, поставили перед нами цель, достойную наших усилий.
Именно им пришла в голову оригинальная идея подчинить наших боевиков высшему органу власти, состоящему из независимых лидеров, твердых духом. Они назвали эту высшую инстанцию Советом по поддержанию Порядка и Всеобщей Дисциплины – СПВД. Этот Совет и есть мы, сорок суровых и непреклонных единомышленников, которые, подобно пуританам старых времен, не потворствуют ни чужим слабостям, ни собственным недостаткам.
Сорок Князей ада[25], отлично умеющих замечать, распознавать, судить и наносить удары. Такой Совет, господа, был необходим, поскольку изначально мы были вынуждены нанимать агентов всех мастей, лишенных угрызений совести. Кроме того, требовалось контролировать комитет, состоявший из одиннадцати человек, и, главное, подводить баланс и распределять прибыль таким образом, чтобы в результате общих усилий каждый получил свою справедливую долю.
Из этой прибыли СПВД отчисляет пятьдесят процентов себе, а вторую половину оставляет для тех, кто действует по всему миру. Точный подсчет. Никаких привилегий. Все в соответствии с уставом. Наши записи регулярно обновляются. Наши расчеты доступны каждому.
Как дисциплинарный, моральный и контрольный орган, СПВД тем не менее признает авторитет комитета, одиннадцать членов которого стояли у истоков мафиозной ассоциации и разработали ее планы и документы. Их инициатива и предпринятые ими усилия принесли несомненную пользу нашей ассоциации. Их было одиннадцать, одиннадцать вдохновенных провидцев, людей, достойных восхищения. Да, некоторые из них допускали ошибки и совершали преступления, и, однако, все они заслужили наше признание.
Вы знакомы с результатами их усилий, вы оценили их достижения, и, конечно, вы знаете, насколько благодаря им повысился ваш собственный уровень достатка. Я не буду подробно описывать вам их личные заслуги и успешные операции, после осуществления которых каждый из них с достойной восхищения честностью вот уже целый год отправляет в центральную кассу добычу, которую так легко можно было бы спрятать и оставить себе. Но они не нуждаются в похвале, ибо они просто честные люди. Мафия дает им возможность совершать великие дела и действовать быстро. И они действуют и, гордясь своим успехом, гордятся также тем, что служат мафии и обогащают ее. Их счета точны до последнего цента. Давайте же отдадим им дань восхищения.
Любое рассчитанное на долгий срок предприятие основывается на справедливости и честности. Так вот, среди этих первых членов комитета есть двое, чей вклад, чью решимость и достижения я хотел бы отметить особо: это Джеймс Мак-Аллерми и Фредерик Филдс. Малые предприятия дают результаты. Созданной нами ассоциации нужна была грандиозная цель, поражающая воображение и стимулирующая индивидуальную инициативу. Великолепная идея Мак-Аллерми позволила нам поставить такую цель. Паула Синнер! С самого начала эти волшебные слова заворожили нас. Бывшая соратница Мак-Аллерми, Патриция Джонстон, ныне наш непримиримый противник, обнародовала в прессе их истинное значение. Мафия против Арсена Люпена – такова истинная цель нашего предприятия.
Ах! Я до сих пор помню, какое сильное впечатление произвел на меня Мак-Аллерми, честнейший владелец газеты «Алло, полиция!», когда открыл мне, насколько он ненавидит Арсена Люпена, этого распоследнего негодяя и опаснейшего из преступников, – ибо он самый обаятельный, самый ловкий, способный и богатый из них. Я подчеркиваю – самый богатый. «Баснословное богатство Люпена, – сказал Мак-Аллерми, – оскорбляет всех страдающих от бедности честных людей. И именно это богатство я хочу заполучить. Тот факт, что Арсен Люпен является миллионером, более того, миллиардером, – это позор для нашего времени. Это ставит под угрозу нашу цивилизацию. Подумайте обо всем, что он украл, о богатствах былых веков, которыми он, отыскав их, завладел! Сокровища Древнего Рима, имущество королей Франции и монастырей Средневековья – все это оказалось в руках наглого мошенника. Какой мощью он наделен благодаря этому! Какими неисчерпаемыми ресурсами! Какой невероятной властью! И все же конфискация возможна. Я получил и оплатил конфиденциальную информацию, которую мне удалось частично проверить и согласно которой все свое богатство, бриллианты, драгоценные камни, имущество, поместья, виллы, дома и дворцы Арсен Люпен обратил в золото, американское золото. Есть Банк Франции с его сейфами и хранилищем, и есть банк Арсена Люпена с его сейфами и хранилищем». Так вот, банк Арсена Люпена находится прямо здесь: это банк Энгельмана. Сейфы Люпена рядом, в этой крепости! У меня есть ключи и коды. Доллары, слитки, золотые монеты – все это теперь наше…
Это заслуга Мак-Аллерми,
