о невольнике. Я с Лорэлем-то не поняла, что буду делать дальше, а теперь у меня есть еще Миша. Талантливый музыкант! По совместительству мошенник, играющий в азартные игры, думаю, еще и карманник.
Из мужской комнаты до сих пор слышатся громкие голоса. Кажется, содержимое буфета они уже проиграли, а также белье и монеты. Да, такого, как Миша, нельзя выпускать на свободу! Но и в рабстве его совершенно нет охоты держать. Может, есть еще какой-нибудь способ обезопасить это чудо от себя самого. Миша ведь и вправду чудо, точней, его скрипка и ловкие пальцы игрока, держащие смычок.
Я поднялась из уютного кресла и неторопливо вошла в комнату мужчин. Все они так и сидят на полу. Между ними теперь разложены бумажные фанты и разбросаны игральные кубики. Моего появления никто даже не заметил. Миша что-то приговаривает, трясет стаканчик, внутри грохочут мелкие камушки. Один из них он незаметно прижал пальцем к дну этого же стакана. Я вслушалась в его бормотание.
- Никакого обмана! Никакого волшебства! Только судьба! Ее не обмануть, не исправить. Проверим фарт, господа и дамы.
- На что играем?
- На ягоды земляники, - ответил Эстон, а сам и головы не повернул.
- Просто на интерес. В моем мире тех ягод много.
Альер не сводит взгляд со стакана. Тут же на столе выложено несколько спелых клубничин, их украшает присыпка из сахарной пудры. Ставка и вправду мала, но обман кажется мне кощунством. Альер и Эстон смотрят на руки Миши, будто два помоечных кота на первую корюшку. Нет, таких обманывать подло.
- Миша, ты скучаешь по Питеру? - рука мошенника дрогнула, но камень из-под пальца так и не выпал.
- Немного, - музыкант мгновенно смог справиться с собой.
- Хочешь навестить родной город?
- Вы что, решили меня выбросить? Так это не делается! - камешек выпал, проскакал по полу. Альер и Эстон проследили за ним завороженными взглядами, а в их глазах внезапно загорелись огоньки понимания. Муж сжал кулаки, ключ побелел до чистоты мела.
- Бить себя не дам! - невольник подскочил на ноги.
А мы бить тебя и не будем, правда, Альер? - муж медленно встал.
- Даже не знаю, что тебе ответить, Эстон. Бить – нет. Но!
Миша отошел к стене, потрогал ошейник на своём горле.
- Собственность эльтем неприкосновенна! - выкрикнул он.
- Скрипач лишний, - подобрался Эстон, - Я буду счастлив, если супруга даст ему свободу и отправит на родину, в его мир. Это было бы честно. Питер, мосты, кружево белой ночи. Нельзя лишать человека свободы, тем более, талантливого. А там мы уж разберемся. Меня обманывать не смеет никто!
- Эльтем жестоки, но справедливы, - дьявольской улыбкой просиял Альер, - Диинаэ, ты должна поступить честно. Освободи музыканта, прошу.
- Нет уж! Так просто вы от меня не избавитесь! Я Верховной пожалуюсь! - Миша стащил со стола спелую ягоду и запихнул себе в рот, - Я не щенок, чтоб меня можно было так легко выбросить! Я – невольник Великой эльтем! Я талант! Я на скрипке играю. Кто ещё может похвастаться, что играет такому слушателю? Никто! Меня взяли на содержание, со мной контракт, можно сказать, заключили. Нет, я не дам себя выбросить!
- Почему? - я и вправду удивилась этой отповеди раба.
- Чтоб опять по подворотням ютиться? Спать, где придется? По чердакам лазать? А вы много знаете незапертых чердаков? Вот и я мало! Их почти не осталось. В метровское депо тоже теперь почти невозможно стало проехать. Везде камеры! Один раз мне повезло и что, опять на улицу возвращаться? А есть я что стану?
- Можно же устроиться на работу, снять комнату.
- Я уже устроился и у меня уже есть чудесная комната! С матрасом, душем, без клопов, тараканов и злобных соседей!
Тощий, бледный, с раскиданными по плечам длинными волосами этот парень мне внезапно напомнил дворового пса, который случайно прибился к чужому двору и теперь готов зубами держаться за порог, лишь бы только не выпнули.
А ведь свекровь права, Мишу и вправду нельзя освободить. Он пропадет и притом очень быстро. Так что тогда? Как мне поступить? Оставить его себе или просить о помощи Эстона? Я только взглянула на мужа, а он сразу откликнулся.
- Оставь ЭТО себе. Я подыщу выгодный контракт для дарования. Поселим его в квартире на Невском, Антонина порадуется. Утром мой водитель будет увозить его на работу, после обеда возвращать. Все какая-то польза. А по вечерам он станет играть нам на скрипке. Мишаэль и вправду очень красиво играет, он талантлив. Так и у тебя совесть будет чиста, и нам хорошо.
- Только не в метро! В переходе играть я больше не буду! И матрас без клопов! На все остальное согласен.
- Вот и отлично.
- Или мы можем отправить его в мой замок, - задумчиво предложил Альер, - Моя мама будет рада ТАКОЙ компании.
- Оставим в квартире. Я люблю по вечерам слушать музыку.
Против воли я зевнула. Альер потаенно улыбнулся, встал рядом со мной, нежно приобнял, чуть коснувшись моего живота.
- Тебе нужно лечь спать, хоть ненадолго. Кто знает, как сложится эта ночь. Моя дочка должна отдохнуть под твоим сердцем.
Голос полный заботы, мягкие слова. Вдруг стало так хорошо на душе. И главное, ч заручилась поддержкой своей новой свекрови, если что, она сможет поговорить с Денисом, как-то донести до него новость о сестренке. Все-таки у нее большой опыт, Эстон не единственный ее сын.
- Ты прав, только я не знаю, где моя спальня.
- Я покажу. Но сначала в купальни.
Ключ легко поднял меня на руки, я чуть взвизгнула от неожиданности и успела заметить промелькнувшую на лице Эстона улыбку. Кажется, он задумался о чем-то своем, может быть, о жене? О славной дочери вурдалака, от которой он чуть не отказался из страха за свою жизнь.
Миша открыл нам дверь в холл.
- Не нужно меня никуда выгонять. Умоляю! Я мало ем и дешево обхожусь. Если есть кого обмануть, то мое содержание выйдет бесплатным!
- Хорошо, ты остаешься.
Альер покачал головой, вынес меня на руках в холл, открыл дверь с ручкой в форме русалки. Мы оказались в купальне. Как же здесь хорошо. С потолка сам собой льется солнечный свет, иллюзия почти неотличима от жизни. Вдоль стен расставлены цветы в кадках, лианы поднимаются вверх по стенам.
