Алая Богиня способна уничтожить его в любой момент. Я слышала, как она сказала об этом во время боя.
– Я тоже это слышал.
– То, что их связывает, – больше родства. Больше каких-либо отношений, которые могут существовать в нынешнем мире. Даже тень древнейшего интуитивно назвала Су Цзынь алой девой! И то лишь потому, что молодой небожитель Тао даже в мыслях не допускал, что какая-то богиня обладает такой страшной силой…
– Алая Богиня… Алая дева… – задумчиво произносит Синь Шэнь. – Это действительно странно. В своем сознании Тао видел ее в красном одеянии?
– Да, она…
И тут я застываю. Мы уже говорили об этом! Раньше. Лис уже задавался вопросом, почему все вокруг меня алое. На тот момент это были алая дева, мои алые ленты и Цветок Алого Пламени. Впоследствии к списку добавились и волосы Чжу Цин!
– Су Цзынь сказала, что все алое в этом мире связано с ней, – воскрешаю я в памяти наш диалог с бессмертной.
– Да, – кивает Синь Шэнь, – полагаю, кровавые печати создала именно она.
Точно! Еще и кровавые печати! Вот почему ее прозвали Алой Богиней – она создала самую кровавую технику и прослыла самой кровожадной бессмертной.
– Но мои алые ленты никак с ней не связаны! – хмурюсь, пытаясь уловить суть.
– Именно поэтому она уничтожила их. Это же очевидно.
Разве очевидно? Мои алые ленты покраснели, когда я поставила на них свою духовную метку. Но до этого я половину тысячелетия была в трауре по Бао Чжаню и нашему первенцу в смертном мире. На тот момент я уже была связана с древнейшим. И мое оружие окрасилось в цвет крови…
Нет, это глупости! Просто совпадение. У меня нет ничего общего с этой небожительницей.
И Синь Шэнь прав – она разорвала мои ленты из ревности! Потому что они не принадлежали ей.
А до этого она пыталась заполучить Чжу Цин, навязывая Цянькону мысль о браке с дочерью Повелителя Цветов. Потому что была твердо уверена: этот цветочек напрямую связан с ней.
Бао Чжань, что же ты отделил от себя?..
– Госпожа Инь Юэ? – слышу голос Летописца и возвращаюсь в реальность.
– Как вы нашли информацию о ней? – задаю вопрос прямо, решив больше не играть в тактичность с этим мудрым, но, безусловно, непростым бессмертным.
– На этот раз я четко знал, что нужно искать. И начал со свитка жизни Бао Чжаня – тот не был полным, но уже оттуда я смог почерпнуть все необходимое. Получив зацепку, я увеличил скорость поиска, и, пока шел бой между Небесным дворцом и группой мастеров под предводительством Алой Богини, я нашел все существующие упоминания о ней.
– Есть ли среди тех упоминаний информация о том, как можно разрушить бессмертное царство?
– Нет… – нахмурившись, медленно отвечает Летописец. – Госпожа Инь Юэ, вы полагаете…
– Верно, я полагаю, что то бессмертное царство, которое существует сейчас, не по душе Алой Богине. И, как его создательница, она уверена в своем праве разрушить его – и создать новое. – В очередной раз я восстанавливаю в памяти слова Су Цзынь. И еще слова Бао Чжаня в тех случаях, когда я заводила речь о судьбе верхнего мира.
Как хорошо, что я умудрилась взять с древнейшего обещание защитить наш мир от его наставницы и смертных мастеров! Иначе… Боюсь, земли небожителей уже были бы уничтожены.
– Мы должны остановить ее, – произносит Синь Шэнь.
– Для этого нам необходимо узнать ее слабые стороны или увеличить свою собственную силу.
– Что ты задумала? – настораживается лис, вглядываясь в мое лицо.
– Бао Чжань не может навредить ей. Все твои генералы едва ли сумеют к ней прикоснуться, учитывая отряд ловких мастеров, способных сбивать с толку своими перемещениями. Твои атаки, я уверена, она сумеет предугадать: Цяо Цяо была влюблена в тебя и, несомненно, следила за тобой, добывая информацию отовсюду, откуда только могла… Если говорить откровенно, Су Цзынь тебе не соперник. Из всех небожителей только я для нее – неизвестный противник. И то лишь потому, что я сама не знаю своей силы, а мое любимое оружие она демонстративно разорвала на глазах у всей небесной армии. Очевидно, что она хотела унизить меня и заставить испытывать неуверенность…
– Должен ли я спрашивать, получилось ли у нее? – продолжая сосредоточенно наблюдать за моей мимикой, уточняет Синь Шэнь.
– Она разозлила меня. Не более, – спокойно встречаю я его взгляд.
– Тебе не кажется, что ты слишком легкомысленно относишься к потере личного оружия?
– Произойди это парой месяцев раньше, я была бы подавлена. Но теперь я знаю, почему в свое время алые ленты появились у меня, и понимаю, какую функцию они несли. Мой траур давно закончился, гэгэ, – говорю я прямо, – и мне больше не нужны погремушки для отвлечения внимания.
– Ты хочешь за пару дней освоить искусство боя на мечах? – приподнимает бровь лис, кажется так и не осознавший, какие масштабные перемены произошли в моем сознании.
– Я собираюсь разобраться со своей истинной силой, которую не принимала так долго. И которую принципиально подавляла, даже не выяснив, почему это делаю…
Синь Шэнь поджимает губы и отводит взгляд, сообразив наконец, о чем я говорю.
Вот только вряд ли он понимает, что не так уж и виноват в моей неосведомленности… Ведь я отказалась от своей истинной силы намного раньше, чем он забрал мои воспоминания: это произошло, когда я вернулась из смертного мира! Да, впоследствии я не задавалась вопросом, почему игнорирую свою суть, полагая, что это как-то связано с психологической травмой, стоившей мне пятисот лет жизни. И тут лучший друг мог бы посоветовать мне не культивировать это внутреннее неприятие дара небес, полученного после прохождения испытания.
Но Синь Шэнь в тот момент добыл для меня легендарное оружие. И мое развитие пошло по совсем другому курсу.
– Что думает об этом господин Летописец? – перевожу я взгляд на мудреца.
– Это верное решение. Госпожа Инь Юэ уже давно готова принять свою силу целиком, – кивает старец. – Происшествие в тронном зале демонстрирует это лучше всяких слов.
Так появление Цзы Сяо от одной моей мысли – следствие внутреннего беспорядка и глубинного непонимания собственной мощи?
Я разворачиваюсь к Летописцу:
– Не могли бы вы помочь мне с тренировками? У меня не так уж много времени, и ваш опыт определенно не будет лишним.
– Ты собираешься остаться во дворце? – удивляется Синь Шэнь.
– На пять-шесть дней. Моя долина закрыта от посетителей, так что ничего серьезного там не произойдет.
– А как же Бао Чжань? Он останется в долине? – еще больше удивляется владыка.
– Да, в данный момент он
