Я мог видеть, как ее материнские инстинкты снова пробуждаются, но этот ребенок не был нашим. Это был ребенок Невио.
Тем не менее, я уже чувствовал, как во мне растет чувство защищенности. Теперь этот мальчик был частью нашей семьи.
Я повернулся к Массимо и Алессио.
— Где Невио? Больше никакой лжи. Это слишком серьезно для вашей ерунды о преданности.
— Мы не знаем, — сказал Алессио, пожимая плечами.
— Он исчез, не сказав ни слова. Мы не видели его и не разговаривали с ним более двадцати четырех часов. Может быть, он отправился в рейд, чтобы проветрить голову.
Я сомневался в этом.
Наш последний разговор промелькнул у меня в голове.
«Я уйду, если когда-нибудь буду бояться нарушить свое обещание».
Так ли это было?
— Проверьте его комнату. Его одежда исчезла?
Массимо и Алессио ушли.
— Как ты думаешь, его не будет дольше, чем обычно? — тихо спросила Фина, ее глаза расширились от беспокойства.
— Убегает от своей ответственности, — с усмешкой сказал Фабиано.
Я не рассказал Фине о своем разговоре с Невио. Это только заставило бы ее волноваться еще больше.
— Он вернется, — я не чувствовал той уверенности, которую выражал мой голос.
— Как давно ты знаешь об этом? — спросил я Фабиано.
— С утра. Если бы я знал раньше, я бы сказал тебе и надрал задницу Невио за то, что он взвалил на Аврору подобную задачу. Она сама еще почти ребенок.
— Я совершеннолетняя. И я хорошо заботилась о Баттисте.
— В этом никто не сомневается, — сказал Нино. — Но на тебя не должна была ложиться забота о ребенке Невио.
— Вот именно, — сказал Фабиано, затем его глаза встретились с моими. — Ты знал, что Аврора и Невио занимались сексом?
— Папа! — воскликнула Аврора, и ее щеки густо покраснели. — Я никогда этого не говорила.
— Ты думаешь, я вчера родился? Один взгляд на твое лицо, и я знаю, что это правда, — прорычал Фабиано. — Я допросил слишком много людей, чтобы не уметь читать выражения их лиц.
— Я бы предпочла пытку этому унижению, — пробормотала она, избегая смотреть всем в глаза. Леона похлопала себя по колену.
Фабиано пересек комнату и остановился передо мной.
— Ты знал?
— Да, — признался я, даже если это подорвало бы доверие Фабиано ко мне. Но если я продолжу лгать, это только усугубит ситуацию.
— А как насчет обещания, которое мы дали после нашей смертельной битвы? Я отнесся к нему серьезно. Очевидно, что ты этого не делал.
— Сексуальная жизнь наших детей — их личное дело, поэтому я думаю, что Римо не хотел нарушать доверие Невио, — сказала Леона.
Фабиано усмехнулся.
— Да, я уверен, что так и произошло. Кто еще из вас знал? — он огляделся. — Отлично! Значит, все знали, кроме меня?
— Я не знал! — быстро сказал Джулио.
— Ты тоже знала? — Фабиано повернулся к Леоне, которая строго посмотрела на него.
— Нет. Но если бы Аврора рассказала мне о чем-то подобном, я бы не обманула ее доверия, рассказав тебе. Но она этого не сделала, — она бросила на Аврору взгляд, который заставил ту еще глубже зарыться в подушки.
— Единственный секс, который меня волнует, — это тот, который произвел на свет этого ребенка, — пробормотал я, но одного взгляда на лицо Фабиано было достаточно, чтобы понять, что он определенно так просто от этого не откажется.
— Я ничего не знаю о матери, кроме того, что она не из Штатов и, вероятно, уже покинула страну, — быстро ответила Аврора, явно обрадованная смене темы.
— Конечно, — пробормотал я.
Вернулись Алессио и Массимо.
— Часть его одежды пропала, но оружие на месте, — сказал Массимо.
— Что это значит? — спросила Фина с ноткой паники в голосе. Она поднялась на ноги и подошла ко мне.
— Что он улетел самолетом, — сказал я.
Фина схватила меня за руки.
— Но куда он мог пойти?
— Мы найдем его, — твердо сказал я, целуя ее в губы, затем мягко отстраняя ее.
— Мы должны позвонить Адамо на случай, если Невио там появится, несмотря на улики, намекающие на другой сценарий, — сказал Нино.
Я сомневался, что это будет так, но Нино был прав, и Адамо в любом случае нужно было знать.
— Сделай это. — Нино достал телефон и отошел в угол комнаты, чтобы не шуметь.
— Может, он с Гретой, — предположила Фина. — Я ей позвоню.
— Пока ничего не говори о ребенке.
Она медленно кивнула. Грета не могла вынашивать детей из-за своих травм, а у Невио был ребенок, которого он явно не хотел.
Я уставился на Аврору. Малыш заснул у нее на руках, одной рукой сжимая большой палец ее правой руки.
— Баттиста слишком много потерял за последние несколько недель. Если вы заберете его у меня сейчас, это будет слишком тяжело для него. Вы все для него чужие.
Я кивнул. Я мог сказать, что Баттиста и Аврора сблизились, и мальчику сейчас нужен был кто-то, кому он доверял.
— Ты не можешь вернуться в квартиру. Пока я выслеживаю Невио и удостоверюсь, что он возьмет себя в руки, я хочу, чтобы ты продолжала присматривать за ребенком, как делала это до сих пор.
Аврора колебалась.
— Но если я съеду, Диего будет настаивать, чтобы Карлотта тоже переехала к нему домой.
Это была не моя проблема.
— Я не хочу видеть своего внука нигде, кроме как в этом особняке.
Она кивнула. И я попытался свыкнуться с тем фактом, что я был гребаным дедушкой. Что за бардак. Я не чувствовал себя старым и все еще мог надрать кому угодно задницу, но теперь у меня появился внук. Грета и Амо обсуждали возможность завести детей, и Фина даже согласилась помочь им, когда они почувствуют себя готовыми, но я не думал, что так скоро стану дедушкой.
— Она не переедет в особняк Фальконе. Ее дом —
